Дикополь
Шрифт:
Отставной капитан третьего ранга, наш начальник, был, видимо, мужественный человек. Он раскидал мешки с песком, которыми мы завалили дверь, ведущую вниз, и, крича: "За мной! Спасем наших!.. Перебьем русских собак!.." - распахнул эту дверь, потрясая автоматом Калашникова.
Стоявший за дверью человек в черном выстрелил капитану третьего ранга в грудь из короткого, с толстым стволом ружья, и нашего босса с силой отбросило назад. Мы подхватили его на руки, тотчас захлопнули бетонную дверь, закидали ее мешками с песком. Затем склонились над капитаном третьего ранга. На
Но это было потом, а пока я жил у Зазы, ходил на дежурство во дворец (сутки отдежурил, трое - отдыхаешь!) и с нетерпением ожидал того дня, когда получу собственную квартиру. У Зазы каждый вечер собирались гости, офицеры из его отряда и других подразделений, какие-то бизнесмены из Москвы, Буйнакска, Махачкалы, Владикавказа, Караганды, девушки... Ах, я не видел таких девушек! Посмотри на меня, видишь, какой я большой, волосатый, с грубым лицом... Разве такой может нравиться девушкам? Я считал, что не может. И девушки в моем ауле сторонились меня... Но те, что приходили к Зазе, и не думали меня сторониться. Это были, конечно, русские девушки, и украинки, а также эстонки и несколько девушек из Казахстана. Вскоре я стал с ними почти таким же смелым, как Заза... Я брал с собой двух и трех девушек и уходил с ними в соседнюю комнату.
– Ай, Магома, - смеялся мой брат, - смотри, осторожней! Эти девушки могут выпить из тебя всю кровь...
Но я не боялся, что они выпьют из меня кровь. Я сам мог выпить кровь из кого угодно...
Наконец Заза сказал:
– Пора.
И мы спустились на второй этаж, и постучали в дверь квартиры, которая должна была стать моей, Заза, я, Руслан и Заур, Вова Тесоев и Алик...
– Кто там?
– послышался женский голос за дверью.
– Открывайте, - подмигнув мне, крикнул Заза.
– Милиция!
– Что нужно милиции в первом часу ночи?..
Заза сделал знак, и все, кроме меня, отошли в сторону.
– Что нужно?
– продолжал Заза.
– Проверка документов!..
– Какая может быть проверка ночью?
– недоумевали за дверью.
– Ночью все люди спят!.. Сейчас я позвоню в милицию и выясню! Выясню, посылали ли они кого-нибудь по нашему адресу...
Брат махнул рукой, и с разбегу я ударил в дверь плечом. Первым влетел в прихожую и успел поймать за волосы старуху, метнувшуюся с визгом в гостиную.
– Света, что происходит? Ты что-то уронила?..
В прихожей показался старик в полосатой пижаме. Он подслеповато щурился.
– Ой, Коля...
Я ладонью захлопнул старухе рот.
Следом за мной вошли Заза, Руслан и Заур, Вова Тесоев и Алик...
– Послушайте, - подмигнув мне, обратился к старику мой брат, - мы из милиции. Где у вас хранится топор?
– Из милиции?.. Ничего не понимаю. Топор?.. Там. В шкафчике, вместе с молотком, рубанком и гвоздями. Света, что происходит?
– Коля...
– прохрипела стиснутая мною карга, - беги...
– Что-о?
Заза, роясь в шкафу, отвечал:
– Сейчас, сейчас я объясню...
–
Наконец Заза нашел топор.
Руслан, и Заур, и Володя Тесоев стояли не шелохнувшись, глядя на рухнувшего старика. А Алик забился в угол прихожей, крича:
– Я их не знаю, не знаю!..
Внезапно старуха вырвалась у меня из рук и побежала в спальню. Кое-как выдернув топор из головы старика, так глубоко он засел, я направился за беглянкой...
Забежав в спальню, старуха завернулась в свисавшую с окна штору и застыла так. Мне стало смешно. Едва удерживаясь от смеха, я ударил по шторе топором.
Квартира у русских была хорошая, двухкомнатная. Я сделал там ремонт, купил кровать, стол, тумбочку, кресла. Заза, Руслан и Заур, Володя Тесоев и Алик, которому было стыдно за то, что кричал: "Я их не знаю, не знаю!" купили и подарили мне японский магнитофон и телевизор "Фунай"...
Мы хотели справить новоселье одновременно с Новым годом, но не удалось. В канун Нового года Руслана и Заура, Володю Тесоева и Алика пристукнули во дворце, а потом русские начали бомбить город, и дом, где располагалась моя квартира, не уцелел. Я был там и видел кучу битого кирпича. Всего лишь большую кучу битого кирпича!..
Рывком сев на кровати, Магома обхватил голову руками и некоторое время раскачивался из стороны в сторону. Потом поднял лицо, взглянув на меня полными слез глазами, дрожащие губы его выговорили:
– Почему сперва было так хорошо, а потом стало так плохо? Русский, скажи мне! Говорят - все из-за вас... Сперва вы нас угоняли в Сибирь, а потом, когда мы захотели жить свободно, вы... вы на нас двинули танки! Вот как... Мне все понятно! (Пауза.) Ай, ай, ай, ничего не понимаю... Магома тракторист, Магома - пахарь, мы были рисоводческое хозяйство... И зачем мне Заза? Зачем я поехал в город? Зачем мне там квартира?... Ай, ай, ай, глупый Магома, сколько людей убил!
Явился Салман, пахнущий водкой, веселый. Воровато оглянувшись на меня, он достал из-за пазухи и показал Магоме пачку долларов. Затем они расстелили возле печки бурку, усевшись на ней играть в "очко"...
Старуха, продолжая вязать, не обращала на игроков никакого внимания. Никогда нельзя было угадать, плохо ли ей, хорошо ли. Салман помыкал ею. Приказывал:
– Эй, тетка, принеси воды!
Или:
– Старая, пуговицу мне к куртке пришей!
Либо:
– Можешь сколько угодно молчать! Если б не я - с голоду бы подохла...
Зайдет как-то мне рассказала, что в молодости тетка Салмана была хохотушкой, певуньей. Но жених ее погиб на охоте. После его похорон она замолчала и молчит до сих пор. Родители ее умерли. Дом в пригороде Дикополя сожгли русские. А своей семьи у нее нет, потому что замуж она не вышла, кому охота жениться на молчунье, у которой неизвестно что на уме...
И все чаще Салман и Магома, не утерпев, отлучались куда-нибудь в гости, наказав караулить меня Зайдет. Едва шаги кунаков стихали, она отставляла автомат в угол и занималась обычными домашними делами. Словно забыв о моем присутствии, мыла полы, окна, посуду, готовила еду, стирала, гладила...