Дирдиры
Шрифт:
– Я знаю, знаю! У нас мало времени. Идем в этом направлении. Нам нужно спрятаться где-то там и быть начеку.
Анахо всплеснул руками:
– Ты, наверное, знаешь больше, чем я.
Они побежали обратно тем же путем, по которому Рейт пришел, к западной стороне южного холма. Пока они бежали, Рейт, тяжело дыша, посвятил его в подробности своего плана.
Анахо глухо спросил:
– Ты все это… сделал ради меня? Ты специально спустился вниз на поле?
– Не ломай себе над этим голову. Сейчас мы должны быть поблизости этого большого белого куста. Где бы нам тут спрятаться?
–
– Темно станет через несколько секунд. Наш план выглядит следующим образом: мы бежим точно на запад на тот земляной вал. Оттуда мы пробираемся к зарослям коричневого кактуса, а затем вдоль южной окраины. Очень важно, чтобы мы все время были вместе.
Анахо жалобно взмахнул рукой.
– А как нам это удастся? Ведь нам даже нельзя крикнуть. Охотники нас сразу услышат.
Рейт протянул ему конец троса:
– Крепко держись за него. И если мы все-таки потеряемся, то встречаемся с западной стороны той желтой группы деревьев.
Они подождали наступления темноты. Сбоку игрового поля строились молодые дирдиры; среди них были видны и опытные охотники. Рейт посмотрел на восток. Из-за специального освещения, а также атмосферы, поле казалось открытым и простиравшимся до самого горизонта. Лишь пристально вглядываясь, Рейту удалось рассмотреть восточную стену.
Наступила темнота. Освещение затемнилось до красного, затем замерцало и погасло. Далеко на севере светился лишь единственный пурпурный луч, чтобы обозначить направление. Освещением он не служил. Темнота была кромешной. Охота началась. С севера донеслись охотничьи выкрики дирдиров: угнетающие вопли и вой.
Рейт и Анахо побежали на запад. Время от времени они останавливались, чтобы вслушаться в темноту. Справа от них раздался угрожающий звон. Они неподвижно замерли. Звон и шаги исчезли вдали.
Они достигли намеченного ими холма и направились дальше, к зарослям кактуса. Поблизости что-то находилось; они снова остановились и прислушались. На их напряженные нервы и уши будто бы что-то подействовало, словно подсказывая остановиться.
Откуда-то издалека, сверху раздался многоголосый крик и пронесся по всему полю туда и обратно; затем второй и третий.
– Охотничьи крики Всех Семи, – прошептал Анахо. – Традиционный ритуал. Сейчас все охотники, присутствующие на поле, должны откликнуться Семерым. Голоса сверху замолчали; со всех концов охотничьего поля сквозь тьму раздались ответные охотничьи вопли. Анахо потихоньку толкнул Рейта.
– Пока они перекрикиваются, мы можем беспрепятственно передвигаться. Пошли.
Они помчались длинными прыжками; их ноги заменяли им глаза. Крики охотников прекратились. Снова стало тихо. Рейт наступил на большой камень, и это вызвало сильный грохот. Они замерли и крепко сжали зубы.
Никакой реакции не последовало. Они шли дальше и дальше, пытаясь ногами нащупать кактусы, но все время натыкались на твердую почву и пустоту. Рейт стал опасаться,
Прошло семь минут затемнения, как прикинул Рейт. Самое позднее через минуту им надо найти край зарослей кактусов! Шорох! Явно человеческие шаги – кто-то бежал примерно в десяти метрах от них. Через мгновение резкий глухой удар, резкий шепот, затем бряцание охотничьего оружия. Шорохи прекратились. Снова стало тихо.
Через несколько секунд они добежали до кактусов.
– К южной стороне, – прошептал Рейт. – А затем по-пластунски к середине стены.
Они продирались сквозь жесткие стебли и чувствовали острые, торчащие во все стороны колючки.
– Свет! Сейчас начнется!
Темнота исчезла, как рассвет на Сиболе: через серый и бледно-белый к яркому дневному свету.
Рейт и Анахо посмотрели назад. Кактусы служили хорошим укрытием. Они как будто и не находились в непосредственной опасности, несмотря на то, что в девяноста метрах от них по полю прыгали три дирдира с высоко поднятыми головами. Они вертели ими во все стороны, высматривая убегающую дичь. Рейт посмотрел на свои часы. Оставалось еще пятнадцать минут – если с Трезом ничего не случилось, и если он добрался до противоположной стены Стеклянного Дома.
В четырехстах метрах от них за совершенно открытым участком стоял жесткий белый лес. «Наверное, это самые длинные четыреста метров, которые мне когда-либо приходилось преодолевать», – думал Рейт.
Вдвоем они продрались через заросли кактуса до северного их края.
– Охотники будут оставаться в центральной части поля еще около часа, – объяснил Анахо. – Они препятствуют быстрому проникновению дичи в северную часть, после чего начинают двигаться на юг.
Рейт протянул Анахо оружие и засунул свое за пояс. Он поднялся на колени. В полутора километрах Рейт заметил какое-то движение. Он не знал, были это дирдиры или дичь. Вдруг Анахо резко затащил его обратно в укрытие. За зарослями кактусов прошла группа Безупречных. На их руках были укреплены искусственные когти, поддельные антенны свисали вниз с их блестящих белых черепов. У Рейта внутри все перевернулось. Он подавил в себе желание напасть на этих тварей и перестрелять их.
Дирдир-люди прошагали мимо, и казалось, что они не заметили беглецов только по чистой случайности. Они повернули на восток и, увидев перед собой дичь, помчались широким галопом.
Рейт снова взглянул на часы. Времени почти не оставалось. Он встал на колени и посмотрел во все стороны.
– Пошли!
Они вскочили и помчались к белому лесу.
На полпути они остановились и заползли за небольшой куст. У южного холма шла жаркая охота. Две группы охотников приблизились к дичи, которая продолжала скрываться на южном холме. Рейт взглянул на часы. Еще девять минут. Белый лес отделяли от них еще одна-две минуты. Одиноко стоявшее дерево-башня, отмеченное ими как ориентир, находилось сейчас в нескольких сотнях метров западнее леса. Они снова побежали. Из леса вышли четыре охотника, которые прятались в нем, высматривая добычу. У Рейта все внутри оборвалось.