Шрифт:
ДИСПАНСЕР
Все события и персонажи выдуманы. Любые совпадения случайны.
Глава 1.
Осло, Норвегия. 2020 год. Реконструированный психоневрологический диспансер.
Афродита Альбертовна, невысокая симпатичная брюнетка тридцати пяти лет, сидела за дубовым столом в обновленном кабинете главного врача психиатрического диспансера. Её назначили на должность уже давно, до реконструкции старого здания больницы, чем она несказанно обязана чисто профессиональному мастерству.
Майская погода
Время словно остановилось на моменте вдоха аромата весенней эйфории. Но это произошло лишь на секунду, потому как в следующее мгновение из коридора раздался резкий, отчаянный женский вопль.
Афродита Альбертовна быстро вскочила с красного кожаного кресла и ринулась из кабинета. Так и есть. Одну из пациенток – постоялиц уже связывали медицинские санитары.
– Что происходит? – задала главврач вопрос ведущему психиатру диспансера, находящемуся тут же.
Леманн Рафаэль Генрихович был доктором, что называется, от бога. Любая душевная напасть пациента была для него будто раскрытая книга. Родом врач был из Германии, там же учился, но на стажировку приехал в Норвегию, где и работает уже много лет. Несмотря на солидный возраст, Рафаэль Генрихович немногим уступает профессиональным натурщикам, чем нередко мгновенно располагает к себе пациенток в сохранном сознании.
– Галлюцинируем, – пожал плечами психиатр, – ты же в курсе, что у госпожи Джонсон бредовое расстройство. Классика жанра. Сегодня она решила, что, воспроизведу дословно, «я хочу вживить ей в головной мозг спутник для связи с авиатранспортом, чтобы самолеты могли определять ее местоположение на случай ядерной бомбардировки с целью ее уничтожения».
Афродита Альбертовна грустно вздохнула и задала следующий вопрос:
– Рафаэль Генрихович, ты слышал что – либо о том, что в нашем коллективе совсем скоро будет пополнение? Некий доктор Карелин едет из России в наш диспансер. Из Министерства звонили. Хвалили его, говорят, первоклассный специалист.
Психиатр минуту помолчал, он вообще всегда сначала обдумывал ответ, затем только говорил.
– Что ж, примем как родного.
Произнеся эту неказистую фразу, доктор Леманн слабо улыбнулся и направился в сторону палаты той пациентки, которую пару минут назад, кричащую и вырывающуюся, увели санитары.
Афродита Альбертовна вернулась в кабинет и приступила к своим прямым обязанностям главврача психоневрологического диспансера. Здесь ей предстояло наработать базу широкого штата сотрудников, которая в результате переезда из старого здания была нещадно утеряна. Женщина думала и о колоссальном объеме документов, и о контингенте медицинских работников, который ей предстояло расширить в связи с тем, что во время реформации обновления адреса и самого здания диспансера многие из них, например, некоторые санитары и младший медицинский персонал предпочли стать уволенными. Они не выдерживали эмоциональных условий рабочих обязанностей. Афродита Альбертовна их прекрасно понимала. Работа с психически нездоровыми людьми – совсем не мёд. Она и сама бы не смогла работать в этом заведении, не имей она тяги к неизведанному и малоизученному, а именно, к сфере психической деятельности человека. Да, должность санитара, к примеру, это совсем не ее профессия: здесь нужен сильный мужчина, способный не дать больному причинить вреда не только самому себе, но и окружающим. Ей же, стройной, утонченной женщине, такие действия не под силу.
Вот руководить диспансером у Афродиты
Пока Афродита Альбертовна предавалась размышлениям по вопросам штатного пополнения, к ней в кабинет заглянула одна из пациенток – Фрида. Это была женщина средних лет, инженер, с диагнозом «интоксикационный делирий». Не выдержав разорения мужа в сфере крупного бизнеса, она решила принять седативный препарат. Но по незнанию действий и классификационных форм успокоительных лекарств, приобрела мощный транквилизатор «Стереамин»?. Изменения в психическом статусе Фриды заметили коллеги по работе, когда она начала говорить о несоответствующих действительности фактах. Например, таких, как надвигающийся захват завода, в котором она работает, или организация романтических встреч директора завода для нее, когда все работники предприятия, в том числе и
а – название препарата выдумано автором, любые совпадения случайны. Аналог лекарства существует в аптечной сети.
сам директор, отрицали правдивость этих утверждений больной. Затем ее привезли в стационар уже с нарушением сознания. Фрида рвала на себе одежду, передвигалась исключительно по – пластунски, не реагировала на внешние раздражители (вопросы, прикосновения). Негативная симптоматика сохранялась на протяжении нескольких месяцев. В результате проведенного лечения женщина стала выходить из этого патологического состояния. На момент ее визита к Афродите Альбертовне она была практически адекватна.
Заглянув к ней в кабинет, пациентка заговорщически прошептала:
– Афродита, извини, отчества не помню… Сегодня ночью я встретила в коридоремужчину, представившегося графом – алхимиком Сен – Жерменом, он приходил сюда с предложением просветить пациентов в алхимии. Но когда ему на пути повстречалась я, он сказал, что никого больше не желает видеть. И передаст знания только мне. Как ты считаешь, стоит ли мне ответить благосклонностью на столь уникальное предложение?
Главврач похолодела. Неужели у Фриды снова стартовал психоз? Или развивается новое психическое заболевание на фоне посттравматического синдрома после перенесенного нарушения, то есть имеет место быть резидуальный бред, эдакий остаточный островок неадекватности?
– Фрида, ты считаешь его предложение серьезным? Тебя не разыграли?, – стараясь сохранить максимально спокойный тон, спросила Афродита Альбертовна.
– Конечно, – кивнула головой пациентка, – я бы очень хотела овладеть познаниями алхимии. Это же так интересно! Вот только я сомневаюсь, что это действительно был граф. Разве сейчас данный титул актуален?
Афродита поразилась осмысленности слов больной. Ее мышление не походило на бредовое. Если только это была не галлюцинация, конечно. Или же если это был пациент с манией величественного бреда. Еще одним фактом, подтверждающим абсурдность этой встречи, является давняя смерть упомянутого графа, поэтому он никоим образом не мог появиться в помещении психоневрологического диспансера. Но об этом пункте биографии выдающегося алхимика и оккультиста Сен – Жермена, видимо, не знает и сама Фрида.