Диссидент. Том 1
Шрифт:
— Что? — тихо спросила она. — Ты… что-то вспомнил?
— Да, — солгал я источник этих воспоминаний. — И я… не верю, что это было на самом деле.
— Пожалуйста, — Зоя подняла на меня полные слез глаза, — прошу тебя, не уходи. Скажи, что мне сделать, чтобы ты остался?
— Что? — я потрусил головой, пытаясь вникнуть в суть сказанного. — Н-нет, я не… не настолько все вспомнил. Просто эпизод… очень странный.
Зоя разрыдалась, уронив лицо в ладони. Рывком подняв голову, она вытерла лицо надетой
— Тогда я… не понимаю, чем могу помочь.
— Зоя… ты же знаешь ведь, — я приблизился, присаживаясь рядом, — ладно я все забыл, но ты, очевидно, все помнишь. Что я должен был вспомнить такого, что заставило бы меня уйти?
— Я не скажу, Игнат, — сказала Зоя так, что невозможно было усомниться в этом. — Надеюсь, ты никогда не вспомнишь.
— Но… так ведь нельзя, это… это часть моей жизни. Я не могу просто…
— Можешь! — сестра вскочила, в истерике сжимая кулаки и крича на меня. — Оно убивало тебя изнутри! Зачем вспоминать то, что уже один раз привело тебя к краю?! Сейчас есть ты, я, это место и наши друзья! Почему ты просто не можешь жить, не задавая этих дурацких вопросов?!
— У-успокойся, Зой, — я поднял руки, словно сдаюсь. — Я ведь понятия не имею, что там. Может я… влюбился в системницу, может поругался с мамой, а может возненавидел Чрево. Я понятия не имею, о чем даже идет речь. Я смотрел воспоминания, видел там ужасные, по-настоящему жуткие вещи, но… никаких ответов.
— Они не нужны, не нужны! Слышишь?! — снова повысила голос Зоя. — Я просто хочу, чтобы ты был рядом, чтобы ты не бросал меня!
— И я никуда не ухожу, я даже… не об этом хотел спросить, — я поднялся, опасливо приближаясь к сестре, прекрасно понимая, что такие истерики — ничего нормального. — Не… не бойся. Ладно? Я совсем не помню причин ухода, помню только пару эпизодов в системе. И вот увидел кое-что очень странное… Хотел… спросить, может ты знаешь, кто такая Мира?
Зоя, кажется, тут же успокоилась, немного прошлась по комнате, давая себе время взять себя в руки:
— Я впервые слышу о Мире, — сестра утерла нос. — Может какая твоя подружка из системы или института. Я не в курсе.
— Это все, — сказал я, а Зоя упала на стул, убирая светлые волосы за уши. — Прости, что напугал.
Сестра молчала какое-то время, а потом встала, вплотную подходя ко мне. Её колени касались моих, а она стояла, скрестив руки на груди, словно пытаясь прикрыться, и смотрела на меня сверху вниз:
— Игнат, я клянусь тебе, что не скрываю ничего из того, что тебе действительно нужно знать. Просто… тогда произошло кое-что плохое. Действительно плохое. Я виню себя в этом, мама винит себя в этом, но, главное, ты винишь в этом нас. Я честна с тобой. Видишь? Но то, что случилось… сделали не мы. Мы тебе не враги.
— Я ничего не понимаю, — сказал я, выдыхая. Нет, все я понимал. Будь я настоящим Игнатом, может даже эти слова побудили бы меня вспомнить чего нехорошего, но я не был им. И если это никак не касалось настоящего — мне не нужно было ничего вспоминать. Хотя вот узнать, что за Мира — необходимо. Иначе когда-нибудь это вылезет боком. — И, честно говоря, не хочу понимать. Я вижу, какую боль эти воспоминания приносят тебе и уже это значит, что они ужасны.
Зоя села рядом, прижимаясь ко мне всем телом и мелко дрожа. Черт, только сейчас я полноценно понял, что просто использую несчастную девушку, надломленную случившимся до ухода брата, его уходом, да и вообще всей своей несчастной жизнью. Она цепляется за брата, которого на самом деле больше нет, а я всего лишь чужак, попавший в пустую оболочку. Игнат умер? Вот, пожалуй, истинно то, что меня интересовало.
А может, он просто спит внутри меня?
Вечер
Сошлись в итоге на том, что нужно для начала разобраться с моей системой, а остальное потом уже. И именно поэтому, мы собрались в мастерской. Кто-то стоял в проходе, кто-то вовсе выглядывал из коридора, но мы с Зоей сидели на диванчике, ожидая Лиса и Нину. Я ожидал, что устанавливать чип мне будут в какой-то лаборатории, под наркозом, в чистоте и даже стерильности.
Вместо этого пришли мои товарищи, подняв нас с дивана и расстелив там что-то по типу пеленки. Меня на неё уложили на бок, лицом к спинке, пока Зоя волнительно порхала вокруг. До установки я успел обсудить с Лисом момент воспоминаний, и он пообещал перенести оставшуюся память на новый чип. О своей будущей системе, кстати, я почти ничего не знал. Это предстояло стать сюрпризом, так что я просто послушно лежал, ожидая боли.
Странный это процесс, когда что-то столь важное заказывают где-то на черном рынке, а потом получают с товарного подземного поезда. Это либо слишком просто, что можно сделать подобную операцию в землянке, либо люди настолько сжились с подобными условиями, что это стало рутиной.
Я сощурился из-за включенной лампы, светящей на мой затылок. Потом ещё и поморщился, потому что Нина обработала мне шею холодной мокрой ватой.
— Так, Зой, подержи ему голову, — позвала сестру медсестра, судя по звуку, поднимая скальпель из лотка. — Игнат, я сейчас сделаю тебе укол обезболивающего, ладно? — я почувствовал, как рукой в перчатке Нина натянула мою кожу чуть сбоку, медленно вводя иглу. Из воспоминаний не могу точно сказать, насколько больно было, но я тогда ни кричал ни плакал, хотя вполне вероятно, что просто держал лицо. — Так, самое болючие позади. Дальше произведу разрез. Совсем маленький, не шире двух сантиметров. Обычно чип ставят специальной ручкой, не выполняя никаких действий вручную. Но нам сначала нужно достать старую систему.
— А её не нужно там… отключить? — спросил я, рассматривая пыльную спинку дивана и нежную руку Зои, что поглаживала меня.
— Это же не флешка, — рассмеялся Лис, упав на стул с ноутбуком. — Я уже подключился и к одной и ко второй. Тут ничего сложного. Как скачал твой архив с кодами, также сохранил и воспоминания, сейчас выгружаю их в новую. Расслабься. Все мы здесь через это прошли. Только Нине было сложно. Зойке пришлось устраивать кружок шитья и кройки.
— Хорошо, что я этого не видела, — было видно, что Нина едва сдержалась, чтобы не коснуться шрама на затылке. — Так, вот так чувствуешь что-то?
Она трогала мою шею, а я, видно, ничего не почувствовав, показал большой палец. Вопросов было миллион. Почему один укол? Неужели этого достаточно, чтобы обезболить все? Не повредят ли мне сейчас чего важного? Бывали ли печальные исходы с этим всем? Но, кажется, эти операции действительно были настолько обычным делом, что даже Зоя ерзала скорее возбужденная, чем взволнованная.
— Ладно, хватит томить тебя, — Лис отставил ноутбук. Я не видел его ухмыляющейся морды, но был уверен, что он играет на публику. То есть на остальных ребят наблюдающих за переустановкой. — Твоя новая система называется «Крот». Знаю, не сильно помпезно, но она сейчас самая современная. Ты просто сравнишь со «Свободой» и поймешь о чем мы.