Дистрофики

Кривин Феликс Давидович

* * *

Человек впадает в детство,Как река впадает в море.Вырывается из тесныхБерегов и категорий.Прочь заботы! Прочь напасти!Снова каждый юн и холост…Выпадает в жизни счастье,Как последний зуб и волос.

* * *

Светлая радость на каждом лице,Каждое сердце поет и трепещет.Все говорят о счастливом конце,Все улыбаются и рукоплещут.Крики слышны: «Молодец! Мо-ло-дец!»Вот и фанфары

уже прозвучали…Грустно вздыхает счастливый конец:Если бы все это было вначале!

* * *

Плачьте, плакальщицы, плачьте,Горя горького не прячьте.Почему бы вам не плакать?Вам за это деньги платят.Нелегка у вас задача,Но она вполне понятна.А иной бедняга плачетЦелый век — и все бесплатно!

* * *

Ходит в золоте луна, в серебре — вода.Ходит в мягком тишина, в зыбком — холода.Ходит в пышном торжество, в пестром — суета.И совсем без ничего ходит доброта.Ей бы серебро воды, золото луныВ мире не было б нужды, не было б войны.Это не ее вина, а ее печаль…Ходит в мягком тишина, голубеет даль.

* * *

Умный умничать не будет,Он и так умен.А дурак стремится людямПоказать, что умный он.Дураку живется тяжко,У него на сердце мрак.Как дурачиться бедняжке,Если он и так дурак?

* * *

Всем как будто дурак хорош,Но держите его подальше.Правда в устах дурака — это ложь,Его искренность хуже фальши.Он тиран, если даже добряк.Он злодей, пусть он злости не знает.Если камень на камень кладет дурак,Он не строит, а разрушает.

* * *

Мы далеко не так глупы,Как в поговорках говорится.И расшибаем мы не лбы,Когда заставят нас молиться.Вы слышите чугунный стук?О чем он миру возвещает?Все расшибается вокруг,И только наши лбы — крепчают.

* * *

Хотел я поехать в Одессу.Пришел на одесский вокзал.Кассир посмотрел с интересомИ мне деликатно сказал:Я вас бы отправил экспрессомВ Житомир, Москву, Ленинград.Но все поезда до ОдессыУ нас не идут, а стоят.

* * *

Шел серьезный и толковый, умный разговор.Я пытался вставить слово — разгорелся спор.Все кричат, один другого оскорбляют — страсть!Я пытался вставить слово — драка началась.Ну, у них, допустим повод. А за что меня?Я пытался вставить слово — началась резня.Что же сделал я плохого, почему убит?У пожарника лихого все в руках горит.

* * *

Синица хвасталась, что море подожжет.Вы слышали? Какое горе!На берегу волнуется народ:Хватает ведра, носит воду к морю.Синица хвасталась, но моря не зажгла.Одумалась

злодейка вероятно.Тут у народа новые дела:Хватает воду и несет обратно.

* * *

Пешеходу легко на улице:Транспорт движется — ты стоишь.И покуда ты будешь умницей,Под колеса не угодишь.А прогрессу труднее дышится,Даже если проезд открыт:Попадает здесь все, что движется,Под колеса того, что стоит.

* * *

Говорит сосна травинке:«Распрями, подруга, спинку.Если хочешь быть в чести».Но травинка гнется ниже:«Я уж тут, к земле поближе.Мало радости, сестра,Быть в чести у топора».

* * *

Мы на лень всегда смотрели косо,От нее не ждали мы добра.А она изобрела колесаИ вообще на выдумки хитра.Так зачем же мыслить однобоко?Лучше постараемся понять:Может лень не только мать пороков,Может быть, она пророков мать?

* * *

У лошади в шпореРождается истина.У лошади в шореРождается истина.Но самая главнаяИстина та,Что лошадь рождаетПри виде кнута.

* * *

Синонимы зреть и смотретьНе стали в глазах стареть.Но первый остался зрителем,Второй же пробился в смотрители.

* * *

Прокричала весенняя птица,Уходя в лучезарную высь:«Если хочешь летать научиться,Не летать, а падать учись!»И умчалась подруга крылатая,Рассекая небесную гладь.И с тех пор я падаю, падаю…Скоро буду, наверно, летать.

* * *

В одном лесу избрали зайца мэром,Чтоб послужил он скромности примером,Избавил зверя от привычки дерзкойС собратом-зверем поступать по-зверски.Ох, тяжело досталось это мэрство,Не видел зверь еще такого зверства.И он ворчал, пугливо озираясь:«Мэр-заяц! О, ну погоди, мэр-заяц!»

* * *

Что ни вечер, воет ветер:«Всем пора на боковую!Не беда, что солнце светит,Я сейчас его задую!»Воет ветер на рассвете,Заступая в караул:«Эй, вставайте, солнце светит!Это я его раздул!»

* * *

Пластилиновая память — не игрушка, не каприз.Скольких этими зубами заяц до смерти загрыз.А теперь кладет на полку, если нечего погрызть.Был он волк, но смяли волка, потому что это — жизнь.Не ему б ушами хлопать, да усами рисковать,У него огромный опыт всякой твари кровь пускать.Может, зайцем быть недолго? Наша жизнь полна чудес.Может, снова слепят волка? Потому что это — лес.

* * *