Дитя греха
Шрифт:
О господи, предложить ей деньги за собственного сына!..
Рыдания подступили к горлу Райанны.
Нет, только не здесь, не сейчас, не на глазах у этого человека…
Она прислонилась к двери, дрожа от охватившей ее слабости.
Алексис бросился к ней.
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
Я не позволю ему, не позволю… Райанна отшатнулась от мужчины, словно от прокаженного.
— Не прикасайся
— Отстань от меня! Отстань! — в истерике кричала женщина.
Алексис замер. Противоречивые чувства переполняли его душу, но у него не было времени их анализировать. Мужчина видел, что Райанна еле держится на ногах. Он схватил телефон, набрал внутренний номер, что-то бросил в трубку на греческом и повернулся к Райанне.
— Сиделка сейчас будет здесь, она поможет тебе. Если отойдешь от двери, она сможет войти. Я-я не трону тебя.
Грудь Райанны судорожно вздымалась, сотрясаемая бурными рыданиями.
— Пожалуйста, впусти ее.
Райанна отодвинулась. Мисс Томпсон немедленно взяла ситуацию под контроль — она быстро вывела всхлипывающую Райанну в коридор, бросив осуждающий взгляд на растерянного Алексиса.
Мужчина закрыл за ними дверь, тяжелой походкой подошел к письменному столу и опустился на стул. Он долго сидел не двигаясь и неотрывно смотрел на обрывки документа и отвергнутого чека.
Они больше не понадобятся.
— Где Ники? — встревоженно спросила Райанна.
— Кэрен читает ему. Он в полном порядке, просто сейчас отдыхает, — спокойно ответила сиделка.
Райанна устало закрыла глаза. Ее переполняли страх и отвращение к человеку, который мог пасть так низко, чтобы пытаться купить собственного ребенка.
Я должна выбраться отсюда!
Райанна затравленно взглянула на медленно отворившуюся дверь спальни. В комнату вошел Алексис Петракис.
— Мисс Томпсон, я хотел бы остаться наедине с вашей пациенткой, если позволите.
Сиделка встала и пристально посмотрела на своего хозяина.
— Мисс Дэвьюс нельзя расстраивать, — сурово заявила она одному из богатейших людей Греции.
— Не буду.
Мисс Томпсон кивнула и направилась к выходу. Когда дверь за ней закрылась, Райанна невольно вжалась в поддерживающие ее спину подушки.
Что он собирается делать? Господи, сколько еще я смогу вынести?
Алексис стоял у кровати и внимательно смотрел на лежащую на ней женщину.
Райанна почувствовала, что ее пробирает нервная дрожь. Алексис молчал, как ей показалось, целую вечность.
— Похоже, — наконец произнес он с усилием, — что я в тебе ошибся. Не во всем, — добавил Алексис, и в этих словах Райанна услышала нотку
Его голос звучал совершенно бесстрастно, и Райанна почувствовала, как у нее перехватило дыхание.
— Но ты отказалась от двадцати двух миллионов фунтов. И это настолько убедительно, что я готов… пересмотреть свое мнение. Я хочу… — Алексис запнулся, — наладить с тобой отношения. Ники ни к чему знать, что его родители находятся в состоянии войны друг с другом. Это причинит малышу слишком много горя. Нам надо прийти к примирению… во имя него, — темные бесстрастные глаза напряженно буравили Райанну. — Каковы бы ни были наши истинные чувства друг к другу, они не должны касаться Ники. Вот на этих условиях я готов сделать первый шаг к сближению.
На лице Райанны застыла гримаса враждебности.
— С этого момента, — продолжил Алексис, — твоя главная задача — быстрее поправиться, а моя — продолжать узнавать своего сына. Это также даст нам возможность привыкнуть друг к другу. Я был бы признателен, если бы ты со своей стороны приложила соответствующие усилия. Требуется всего лишь обычная любезность…
— Любезность? — срывающимся голосом переспросила Райанна. Она наконец-то обрела дар речи, справившись с оцепенением, в которое ее ввергли его слова. — Ты ждешь от меня любезности после всего, что сказал мне? После того, как угрожал, оскорблял, разглагольствовал…
— Но ведь теперь я понял, что многое из того, что я слышал о тебе, — неправда…
— А все, что я слышала о тебе, — правда! — злобно парировала Райанна. — Ты оказался отвратительным настолько, насколько я и думала!
— Я только что признал, что ошибался…
— А я сказала, что не ошиблась! Ты пытался купить моего сына! Каким, черт возьми, человеком надо быть, чтобы предложить такое?
Алексис нахмурился. Он не мог признаться Райанне, что сам еще ребенком прошел через такую пытку.
— Я должен был убедиться в том, что тебе не нужны мои деньги, должен был заставить тебя выбирать между Ники и огромным состоянием.
— Так ты преднамеренно предложил мне свои грязные деньги, чтобы посмотреть, не продам ли я сына?
— Мне надо было знать точно, Райанна… — хрипло сказал Алексис. — Зато теперь мы можем сделать шаг вперед. Мы оба нужны Ники, оба! Я оставлю тебя, чтобы ты спокойно подумала над моими словами. И, пожалуйста, приготовься еще к одной вещи: пора сказать Ники правду, и я собираюсь сделать это прямо сегодня. Его жизнь очень изменилась за эти несколько недель, и будет лучше, если он как можно скорее узнает, что у него есть отец.