Дивен Стринг. Атомные ангелы
Шрифт:
Умная девочка решила не тратить время зря и отправиться к маме. Скорее всего, Серафима волнуется: ведь её так долго не было дома. А вдруг ей принесли этот ужасный журнал, от которого можно умереть?
Биси постаралась раздуть едва затеплившееся пламя вины в комплекс, но у неё опять не вышло. Хуже того: в головёнке мелькнула мысль, что мама всё-таки зря так переживать из-за каких-то статей, и что это, в сущности, очень глупо. Мысль была плохая — из тех самых мыслей, которые лечатся психоанализом, лоботомией и электрошоком. Бисальмунемия, конечно, понимала, что это всё очень полезная процедуры, помогающие
Идя по узкому тротуару, она рассеянно разглядывала привычные нью-йорскские здания — госпитали, хосписы, сумасшедшие дома, полицейские участки и закусочные, из открытых дверей которых доносился аромат соуса "Тысяча островов".
Попадались вывески магазинов огнестрельного оружия и салонов технических принадлежностей, любимых маньяками. Биси заинтересовалась новенькой бензопилой Craftsman с развратно сверкающей цепью, натянутой системой EZ Adjust, со встроенным Turbo Air Cleaning, позволяющим избавляться от мусора и держать механизм пилы в чистоте, и системой облегчённого запуска Slim-Pull, возлежащую на витринной ступеньке, обтянутой красным пластиком. Она была так могуча, так лениво грелась в сиреневых лучах подсветки, что любого нормального американца тут же охватывало желание попробовать её на деле — отрезать ей кому-нибудь голову или хотя бы ногу.
Увы, у маленькой Биси было плоховато с фантазией. Вместо того, чтобы воображать себе крики и фонтаны крови, она просто смотрела на блестящую цепь большими чудными глазами и думала о своих проблемах.
Проблем было много. Слишком много.
Во-первых, неясны были намерения Зелёного Человека. С одной стороны, он был довольно любезен — например, сделал ей бесплатную операцию. Хотя ведь её особые какашки, наверное, чего-то стоили: ведь зачем-то они были нужны Зелёному Человеку. Всё-таки на настоящего маньяка он непохож, значит — притворяется. Но зачем? Может быть, он их кому-то продаёт? И сколько же они стоят на самом деле?
Во-вторых, неясно было, что говорить взрослым. Скорее всего, Серафима Найберн уже позвонила в полицию, и её теперь вовсю ищут. Если она вернётся домой сейчас, ей придётся давать показания. В полиции нужно обязательно говорить правду. Тогда ей придётся рассказать про Зелёного Человека. Он рассердится и напечатает ту статью в журнале, от которой мамочка может умереть. Мамочку было жалко, но не врать же полицейским?
В-третьих, ей ужасно хотелось есть.
Третья проблема, впрочем, оказалось решаемой. Девочка сама не заметила, как добрела до очередной закусочной, из которой пахло сосисками и соусом "Тысяча островов".
Она подумала. Деньги у неё были — на телефонном счету, номер и код доступа к которому она помнила наизусть. В крайнем случае, если здесь не принимают электронные деньги, она сделает минет. Что это такое, Биси точно не знала, но девочки в школе говорили, что это стоит двадцатку. Биси ела немного — так что вряд ли счёт будет больше, а если и будет, что ж, она сделает это два раза, заодно и научится.
Ободрённая этими мыслями, она переступила
Увидев её, он не удивился.
— Здравствуй, — сказал он. — Быстро же ты оклемалась. Ну ладно, садись. Расскажу тебе кое-что. Только тихо, а то он услышит.
С этими словами он показал на свой живот.
ГЛАВА 36
— Вы упустили! Вы упустили её, безответственные личности! — ревел Иеремия Буллшитман, потрясая объедком сигары.
Ему очень хотелось назвать своих подчинённых дебилами, безмозглыми кретинами и клиническими дегенератами, а также вонючими задницами, козлами и мазафакерами, но он понимал, что в данном случае это может быть воспринято как умаление их прав на альтернативную умственную и сексуальную идентичность.
— Шеф, при чём тут мы? Она сама куда-то убежала, — пожал плечами менее альтернативный охранник. Более альтернативный забыл включить слуховой аппарат, и просто стоял, широко улыбаясь
— Вы должны были её охранять! — Буллшитман в ярости откусил от сигары кусок, задев палец. Брызнула кровь, зато Иеремия пришёл в чувство.
— Да чего ей сделается, — махнул рукой полицейский. — Она такая умная, — уважительно сказал он.
— Вот именно, — пробурчал Иеремия, достал горсть миниатюрных папиросок, положил в рот первую и крепко задумался.
Ему очень не нравилось это дело.
С одной стороны, виновность Люси Уисли представлялась ему несомненной и очевидной. Всё как по учебнику, начиная от неопровержимых улик и кончая вполне очевидной мотивацией: что может быть естественнее желания убить родителей, друга, любовника или психоаналитика? Любой суд присяжных не колебался бы в установлении виновности Люси.
И тем не менее, сердце этого грузного, грубоватого человека точил червь сомнения — как раз в том самом месте, где находились старые добрые американские ценности.
Он не верил, что Люси способна на преступление. Не верил, потому что не хотел в это верить. Молодая Уисли была его лучшим детективом, по-настоящему ответственно относилась к работе и любила её, — а он платил ей за это почти безграничным доверием. Она не могла так подвести его, да ещё в конце месяца, когда столько дел. Она подождала бы с убийством хотя бы до закрытия квартального плана. Нет, нет, Люси невиновна. Но, дьявольщина — кто же в таком случае убил Киссу Кукис?!
Полицейские переминались с ноги на ногу, ожидая, когда шеф отвлечётся от раздумий.
— Идите, — Иеремия выплюнул недоеденную метоловую папироску: он принял решение, и был намерен исполнить его немедленно. — Оба, отсюда, — конкретизировал он.
Потом взялся за телефонную трубку и набрал номер Роя Бэксайда.
ГЛАВА 37
Биси уплетала горячую сосиску в тесте и слушала рассказ Зелёного Человека.
К сожалению, говорить приходилось шёпотом. Тот, кто жил в нём и кого он так боялся, сейчас находился далеко — не телом, но сознанием. Но всё-таки клетки его мозга находились здесь, и слишком сильная звуковая вибрация могла вернуть его дьявольский интеллект обратно. Тогда им обоим не поздоровилось бы.