Диверсант
Шрифт:
Хьюз полез вверх, Кросс — за ним, оглядываясь на тропу и пока не видя преследователей.
Кросс поскользнулся, удержался и продолжал карабкаться дальше. Хьюз исчез за вершиной, откуда мгновение спустя показалась его рука. Кросс взобрался к нему, и оба распластались на камнях.
Хьюз положил рядом с собой два автомата. Кросс последовал его примеру.
— Это будет даже не сражение, а просто бойня, — пробормотал Хьюз.
Кросс согласно кивнул.
Тропа, по которой будут двигаться преследователи, проходила прямо под ними. Достаточно дождаться, пока
Оставалось только ждать. Кросс вспомнил о Бэбкоке. Догнал ли он добровольцев? Удалось ли им добраться до австрийской границы, или по пути их настигли террористы?
Размышления его прервал тихий голос Хьюза:
— Идут!
Кросс прислушался и мгновение спустя тоже услышал чье-то тяжелое дыхание. Он сжал рукояти автоматов.
Дыхание становилось все громче, к нему прибавились и другие. Постукивание — винтовка ударилась о рукоять пистолета. Скрип снега.
Кросс посмотрел на Хьюза.
Они почти одновременно кивнули друг другу.
И встали во весь рост.
По тропе шли двадцать три человека.
Хьюз открыл огонь. Мгновение спустя к нему присоединился Кросс. Люди внизу заметались по тропе, пытаясь поднять оружие, но так и не успевая этого сделать. Крайние упали почти одновременно. Кто-то бежал, орошая снег кровью из пробитой артерии.
Магазины обоих автоматов опустели, и Кросс схватил в правую руку пистолет, в левую — пистолет.
Один из террористов успел отбежать. Кросс взялся за винтовку, но Хьюз выстрелил первый. Тело террориста заскользило вниз по склону.
Кросс перевел взгляд на тропу. Потом посмотрел на Дарвина Хьюза.
— Нам придется спуститься к ним, — тихо произнес Хьюз.
И Кросс мысленно понадеялся, что все террористы уже мертвы.
Бэбкок плелся, опираясь на плечо Джилл Бейтс. Взятое у Ларрейби оружие они распределили между собой. Его не оставляла мысль о детях, захваченных террористами. Даже, если их исчезновение обнаружат, при такой погоде поиск с воздуха невозможен. Даже для самого опытного пилота это было бы чистой воды самоубийством.
— Где вы спрятали свое снаряжение?
— Это должно быть совсем рядом, — тяжело дыша отозвалась девушка.
Люис понадеялся, что она понимает “совсем рядом” так же, как и он. И еще, что, добравшись, он сможет немного отдохнуть. Совсем недолго. Из-за детей...
Они забрали с собой столько оружия и боеприпасов, сколько смогли унести. Остальное закопали в снег. Времени закапывать тела не было.
Кросс и Хьюз двинулись дальше по тропе.
Эйб Кросс испытывал умиротворение. Скоро это должно закончиться.
— Рано или поздно о случившемся узнают, — сказал Хьюз. — Занять место отряда по борьбе с терроризмом эти люди могли, только предварительно уничтожив его. Это отодвинет реализацию натовской программы почти на год. Нам прибавится работы.
— Упокой Господь их души, — пробормотал Кросс. И они продолжали идти дальше, двигаясь настолько быстро, насколько позволяли
Эйб Кросс поймал себя на том, что вновь думает о Джилл Бейтс.
Впереди тропа сворачивала, проходя под высокими скалами. Хьюз протянул левую руку и одернул Кросса назад. Потом присел на снегу.
— Окурок.
— Разве среди добровольцев никто не курит?
— Курит, — медленно произнес Хьюз, — но все они курят американские или английские сигареты. Это окурок от французской.
Кросс перевел взгляд на тропу.
Хьюз выразил вслух его мысли.
— Эти проклятые террористы нас обогнали.
Глава 33
Лыжи. Продукты. Тщательно упакованные медикаменты. А так же “смит-и-вессон”— тридцать восьмого калибра из числа тех, которыми вооружены морские пехотинцы, — скорее всего, украденный. Девушка вновь упомянула о бриллиантах. Похоже, они чрезвычайно много значили для нее. И в то же время она не могла позволить себе заполучить сокровища ценой человеческих жизней.
— Расскажи, каким образом ты оказалась впутанной в эту историю. — Девушка упомянула о заложниках, захваченных, чтобы остановить настоящих антитеррористов, и обвинила Ларрейби во всех грехах, начиная от лжи до гибели множества людей.
— Я могу отвести тебя в безопасное место, а потом спуститься и вызвать помощь, — предложила она.
Разговор требовал дополнительных усилий, но зато помогал Бэбкоку отвлечься от боли. Рана кровоточила и прогулка по горам отнюдь не пошла ей на пользу.
— Ты оставишь меня и догонишь остальных. Это лучший выход. Если выяснится, что мистер Хьюз и Кросс управились с террористами, пойдешь за помощью. Возможно, они пойдут с тобой или помогут детям.
— Это фамилия Эйба?
— Что? Кросс? Да. Если ты попытаешься спуститься и наткнешься на террористов, то просто бессмысленно погибнешь. Одной тебе не прорваться. Поэтому ты принесешь намного больше пользы, если вернешься к добровольцам. Не исключено, что Хьюз и Кросс уже присоединились к ним.
— Я тебя не оставлю.
Бэбкок слишком устал, чтобы спорить с ней.
— Так что это за история с бриллиантами? — после короткого молчания спросил Бэбкок, просто, чтобы сменить тему разговора.
— Они лежат здесь почти пятьдесят лет. Полежат и еще немного. Мой отец, брат и Ли — все они умерли из-за этих бриллиантов. Осталась только я. Тем более, что отыскать их прежних владельцев все равно невозможно. Да и бельгийскому правительству они ни к чему. Возможно, они вообще вывезены не из Бельгии.
— Кто такой Ларрейби? Каким образом он узнал об этом Ране и захваченных детях? — Боль в ноге нарастала с увеличением крутизны подъема. Бэбкок уже пожалел, что заговорил о бриллиантах.
— Мой муж действительно служил в западногерманской разведке. А отец был военным. Мы приехали сюда: я, отец, мой брат — он был полицейским — и парень, которого я любила. Мы намеревались найти бриллианты. Думаю, после смерти мужа отец и брат хотели мне помочь и поэтому, когда я встретила Ли...