Шрифт:
Глава 1
Планета была пустынной и раскаленной. Дышать отважному первопроходцу космоса было нечем, но он старался. Очень старался. А что еще ему оставалось? Спасти его мог бы только верный спичечный коробок, но воспользоваться им не было ни малейшей возможности - сквозь запотевшие иллюминаторы просматривалась огромная зеленая туша местного чудовища. Монстр сотрясал окрестности громовым ревом. Окрестности послушно тряслись, покачивались
Рядовой Валетов попытался сглотнуть вязкую слюну. Не получилось. Страдающий от недостатка жидкости организм требовал воды и с негодованием отвергал теплую, пропахшую резиной замену. Однако какое-то действие этот неудавшийся глоток все-таки произвел: рев стал отчетливее, в нем даже различались слова. Часть из них явно имела русское происхождение, но не была внесена в большинство словарей. Однако всяческий смысл произносимого, если он и был, надежно гасился двумя слоями резины и шумом в перегретой голове.
В отличие от своих подчиненных, лейтенант Мудрецкий стоял на плацу без противогаза и химзащиты. По этой печальной причине мощные речевые обороты, исторгаемые командиром отдельного мотострелкового батальона подполковником Стойлохряковым, доходили до лейтенантских ушей беспрепятственно. Левое ухо за последние полчаса несколько утратило чувствительность.
– …И, вашу мать, такими рас… - Слышимость исчезла совсем, осталась одна видимость. Подполковник хлопал ртом, как вытащенный из воды карась. Нет, не бывает у карасей такого пуза. Скорее все-таки карп. Мудрецкий чуть тряхнул головой, в ухе щелкнуло, и звук опять включился на полную мощность: -…Командовать в этой дыре!!!
Стойлохряков задохнулся, грозно выпучил глаза и утер трудовой пот с лоснящегося багрового лба. Перед ним тихо раскачивались под слабым летним ветерком прорезиненные фигуры с выпученными стеклянными глазами и решетчатыми рылами. Затея удалась на славу: новые противогазы раздавали здесь же, на плацу, и никто не успел выдрать клапан или вывинтить переговорную мембрану. Взвод химзащиты тихо варился в собственном поту и задыхался по стойке «смирно».
– Ладно, сынки.
– Комбат довольно ухмыльнулся и сменил гнев на милость: - Противогазы снять!
Над зеленью химзащиты взошли два десятка солнышек - местами красных, а местами и бледно-сизых.
– Значит, так, бойцы.
– Стойлохряков начал прохаживаться вдоль хрипящего и постанывающего строя.
– Все вы тут грамотные, за международными новостями следите, даже за спортивными, - командирский взгляд впился в шатающегося Валетова.
– Так что сейчас возьму самого умного, и пусть проведет с вами политзанятия по нынешнему положению! А чтобы вы не думали, что я тут ничего не знаю, расскажу вам все просто и по-человечески. Или кто-то хочет? Нет желающих? Ну, тогда радуйтесь, родина доверяет вам и в моем лице ставит боевую задачу. Боевую, я сказал!
«Чечня… - Мудрецкий почувствовал, что пот на спине не такой уж горячий, как казалось вначале.
– Все-таки припомнили мне эти учения».
– Не бойтесь, на курортах Кавказа загорать не придется… - Телепат в погонах оскалился, увидев маскировочный зеленый оттенок на лицах подчиненных.
– Хотя, может быть, еще попроситесь.
«Таджикистан? Нет, там сейчас вроде бы спокойно… - Лейтенант вдруг вспомнил, что комбат говорил о международном положении.
– Неужели в Багдад пошлют?!»
– Вы у меня кто? Молчать, когда я разговариваю!!!
– взъярился Стойлохряков.
– Вы у меня взвод химзащиты, то есть должны защищать меня с батальоном от оружия массового поражения. Понятно? До всех дошло? Так вот, если кто еще не слышал, сейчас такое оружие находится в руках не только наших вероятных союзников, но и террористов. Как отечественных, так и иностранных. Включая те страны, которые их поддерживают. Значит, что? Лейтенант, я вас спрашиваю, что это значит?
– Значит, могут применить, товарищ подполковник.
– Мудрецкий немного подумал и добавил: - Или у нас, или рядом, но так, что достанут.
– Правильно мыслишь. И вот что мы будем делать, если они применят, а у нас солдаты-химики только и умеют, что потешаться над своими боевыми товарищами? Ась, рядовой Валетов? Чего делать-то будем?
– Опозоримся, товарищ полковник.
– Фрол пожирал глазами начальство, словно голодный абориген каких-то островов свежезабитого английского мореплавателя Кука.
– Да хрен бы с вами, что вы опозоритесь, - зарычал Стойлохряков.
– Вы меня опозорите, да так, что дальше… - Тут комбат вспомнил финал учений и махнул рукой: - Ладно, и не такое уже успели. В общем, слушайте боевой приказ!
Химики распрямились и перестали шататься.
– Приказом по Приволжскому военному округу за подписью генерал-лейтенанта Лычко ваш взвод, как особо отличившийся в ходе совместных учений.
– Комбат обвел тяжелым взглядом шеренгу, не нашел улыбок и продолжил: - Направляется для дальнейшего совершенствования боевой подготовки в длительную командировку.
– А как же дембель, товарищ полковник?
– жалобно взвыл кто-то старослужащий из середины строя.
– Хороший вопрос, - благосклонно кивнул Стойлохряков.
– Приказ министра обороны мы ни отменять, ни приостанавливать не имеем права, поэтому товарищи дембеля могут спокойно спать в родной казарме. Точно так же мы должны оставить в расположении части всех, кто не прослужил у нас полгода. Так что в командировку поедут наиболее опытные бойцы во главе с командиром взвода. Товарищ лейтенант, к… - Комбат посмотрел на часы.
– В общем, после обеда чтобы был в штабе со списком. Двенадцать человек, и среди них - младший сержант Простаков, ефрейтор Резинкин и рядовой Валетов. Обязательно. Генерал Лычко лично приказал. Еще вопросы есть?
– Товарищ подполковник, - негромко поинтересовался Мудрецкий, - а куда едем-то?!
– Радуйся, лейтенант, почти что домой поедешь!
– Рожа Стойлохрякова стала такой сладкой, что с ней можно было пить чай. Вприглядку.
– Столица наших химвойск, чтоб ты знал, расположена на территории Саратовской области!
– Знаю… - На глазах изумленных солдат командир взвода побледнел так, что его шею невозможно стало отличить от новенькой подшивы.
– Товарищ… комбат… - судорожно вздохнул Мудрецкий.
– Может… Разрешите подать рапорт о переводе на Северный Кавказ?