Дмитрий Донской 2
Шрифт:
Безумно. Самозабвенно. Словно Остап Бендер в Новых Васюках, спасаясь от шахматистов.
Турум! Турум!
Затрубили горны кавалеристов, собирая под знамена изрядно рассеянных всадников.
Минут пять прошло, прежде чем всадники, сохранившие под собой коней, смогли собраться под рукой своих командиров. Отвратительная видимость и натуральная кровавая каша под ногами не способствовала.
Вновь заиграли горнисты.
И кавалеристы пошли в атаку.
Кирасиры, на острие. Эквиты – расходящимися крыльями. Шли достаточно редко. Благо, что бегущую толпу пехоты не нужно было опрокидывать. Ее нужно было
Кавалеристы ушли в атаку, а пехота выходила под барабанный бой из редутов и строились. Дмитрий не хотел терять полученный успех. Случайный. Ночная атака могла легко закончиться полным разгромом четырех легионов. Но… не вышло. У врагов, разумеется. Он же, одержав уверенную победу в ночном бою, собирался отбить обоз и смять оставшиеся очаги сопротивления. Люди были уставшими. Что есть, то есть. Но медлить было нельзя….
Утро вступило в свои законные права, окруженное напряженной деятельностью. Большая часть строевых легионеров уже спала. Тыловые службы деловито разгребали завалы трупов. А Дмитрий, сидя на небольшом раскладном стуле прямо на гребне второго редута наблюдал за работами и ждал.
Но вот, когда солнце уже выглянуло из-за крон деревьев, окончательно войдя в свою силу, прозвучал рожок и сигнальщик начал отмахивать флажками. Владислав был убит эквитами при попытке бегства. По крайней мере, обладал пулевым отверстием на спине, а кирасиры не были вооружены огнестрельным оружием. А вот Сигизмунд ушел. Его конь убит, как и большинство телохранителей и сопровождающих, но он ушел.
– Жаль, - тихо сам себе произнес Дмитрий. – Было бы очень удобно.
– Что Ваше Императорское Величество? – Оживился стоящий чуть поодаль слуга, не расслышавший слова бормотания.
– Я говорю, пора спать, - благожелательным тоном ответил Дима и направился к своей палатке. Сражение закончилось, все занимались своим делом, и его бдение было совершенно ни к чему.
Лишь к концу второго дня завершился сбор трофеев, сортировка и погребение трупов, да и вообще – общее подведение итогов. За два боя и последующее преследование удалось уничтожить свыше восемнадцати тысяч строевых, да еще без малого две тысячи тыловых. Остальные, в основной своей массе, побросав оружие, рассеялись по округе. Почему побросав? Так бежать было легче. Кто сознательнее и умнее, наверняка пробирался к ближайшему опорному складу Владислава. Там могут накормить и дать приют. Но к этому стремились далеко не все.
Объединенной армии в тридцать пять тысяч строевых больше не существовало.
Среди легионеров самые тяжелые потери понесли как ни странно кирасиры. Самые защищенные, однако же. Слишком уж сильно завязли они в массах пехоты, потеряв разгон. От трехсот восьмидесяти четырех кирасиров двух когорт осталось чуть больше полутора сотен. Причем только девять было без коней. Потерять лошадку в той давке, означало почти верную смерть. Затаптывали. Эквитам повезло намного больше. У них безлошадных было почти сотня. В самую давку они не лезли. Но все равно, из полутора тысяч больше трехсот человек убило или ранило. Пехота потерь почти не понесла. Едва сотню убитых и раненых на две тысячи бойцов иначе и не назовешь. Да и артиллеристы тоже удивительно хорошо выглядели.
Утром же четвертого дня, отдых завершился
Глава 2
5 июня 1386 года, Окрестности Валдая
Узнав о входе кораблей противника в Неву, Императрица лично повела тверской легион и отряд Тевтонского ордена на поддержку Новгорода. Формально Новгородские земли не входили в состав Империи, находясь с ней в личной унии. Но все равно – помочь им требовалось по целой массе причин. Хотя, если честно, Анна не считала подобное необходимым. Новгород был достаточно крепким орешком для десанта противника. Сами бы прекрасно справились. Но муж сказал так – значит так. Дмитрий считал этот поступок значимым для сближения Москвы и Новгорода.
– Что это? – Всполошилась Анна, услышав явную стрельбу.
– Там должна быть передовая застава, - напрягся легат.
– Легион к бою, - хрипло выдавила из себя Императрица.
И завертелось.
Не прошло и пары минут, как из-за перелеска вылетели всадники передовой заставы, преследуемые отрядом новгородского конного ополчения. Заметив развернутый к бою легион, те резко осадили коней и, развернувшись, ретировались. Спешно.
– Что там случилось? – Раздраженно поинтересовалась Анна.
– Новгород перешел на сторону Сигизмунда и выступил вместе с ними в поход на Москву.
– Как далеко?
– Совсем близко. Скоро атакуют. Они знают, что нас немного.
– Проклятье… - процедила Анна.
Легион спешно готовился к бою, строясь. И не зря. Минут через десять из-за перелеска стали выступать первые отряды противника. Известие о незначительности сил Империи воодушевил как новгородцев, так и их союзников. Они рвались в бой и жаждали достигнуть военного успеха до того, как эта жалкая горстка воинов Империи спрячется в одной из своих крепостей.
Противник раскачиваться не стал и сразу отправил пехоту в наступление.
«Единороги» развернуть не успели, поэтому наступающие порядки врага встретили только несколько картечных залпов «Саламандр» и выстрелы ружей легионеров. А потом стрелки были вынуждены отойти на вторую линию, предоставив контактным бойцам рубится.
Легионеры были хороши.
Многолетняя тренировка и откорм, в сочетание с дисциплиной и латами давали о себе знать. Они легко и непринужденно сдерживали натиск легкой пехоты, отмахиваясь алебардами.
Но врага было слишком много. И он продолжал подходить, сходу вступая в бой. Более чем десятикратное численное преимущество все-таки штука существенная.
Вот «крылья», нависающие над боевым порядком легиона, стали заходить с флангов. Охватывая легион. И стрелки оказались вынуждены хватать за свои клинки, вступая в рукопашный бой. Тоже упакованные в латные доспехи, они стоили очень дорого и еще больше могли. Но их тоже было мало....
Вот охват с флангов перерос в заход с тыла, потихоньку нарастая все подходящими подкреплениями….