Шрифт:
Гордеев Руслан
– ДHЕВHИК ДИЛЕТАHТА
Запись 1.
Бездарность - основа самоуспеха. Мыслишка, да? Я вчера сошел с ума наверное, стоило бы сначала подумать, прежде чем совершать подобный поступок. Все в моей жизни убого - я сам и мои мысли - поэтому и начал вести дневник помощник в деле самосознания.
– Здравствуй я!
– Привет!
– Как поживаешь?
– Хреново...
Вот так и протекает бытие простого сумасшедшего - хреново.
Запись 2.
Потенциал личности в стремлении к саморазрушению слишком велик, чтобы быть уверенным в стремлении этой самой личности к самосорешенствованию и моральной стабильности. Человек - понятие необъективное, следовательно я также подвержен самопереоценке себя, как некоего великого пустозвона благо чувство благодарности к самому себе перевешивает все остальное. Бац!
– и моя душа взлетела, бац!
– я снова внизу, как интересен полет моей мысли - я думаю о том, что могло быть со мной, не будь я эгоистом - наверное, был бы ближе к чувству единства со вселенной. А так... Вчера меня угостили - из добрых побуждений, скорее всего. Однако, веский довод. И мысли полетели одна за одной - в мусорное ведро. Как хорошо быть сумасшедшим - легко убедить самого себя в собственной значимости для всей вселенной, неся чушь и до брым взглядом с милой улыбочкой заглядывая в душу человеку, которого ненавидишь всей душой. Да, я лицемер! И мне это нравится. Я просто рад за себя, что такой неординарный. Глупость бытия - основа моей жизни, отраву в вену - и все ОК... Человек не способен быть счастливым - "Любовь к року." как сказал однажды Hицше. Совершая ошибки человек способен их проанализировать, но не более - далее это приобретает харктер н аваждения, коровопускания собственной душе приводят к факту летального исхода благоразумия. Что такое разум? Разум - это тоже безумие, помноженное на рассудительность и деленное на мировоззрение: множитель определяет границы безумия, а делитель - его сте пень. Так в чем проблема? Что HЕ ТАК? Гыр-гыр: множитель равен нулю - моя душа болото, в которое меня засасывает с каждым днем все глубже и глубже. Есть лишь одна тропинка - для Hее. А когда Она пройдет по ней и скроется за горизонтом, я бы хотел умереть тихо, уйти так, чтобы этого никто не заметил. Аля-улю, и пустота вокруг...
Запись 3.
Ай-яй-яй. Снова я, пока живой и прущийся с потолка - белого. Или серого? У-у. Сегодня мне особенно хреново - голова пуста, наблюдения за жизнью зашли в тупик. Эй, я, тебе телевизор
Запись 4.
Три дня в реанимации... Учит многому.
Запись 5.
Вечер трудного дня. Смотрю в окно - вижу лишь остатки дня и туман безмолвия над городом. Тишина - какой-то маньяк убил звуки. Он их медленно топтал на моих глазах, и кровь хлестала потоками, заливая тротуары, стены домов и прохожих, которые этого не замечали - не дано им видеть небесные силы своими серенькими душонками. Мне было больно видеть, как звуки открывали рты в безумном крике безысходности, страха за других и за мир теперь лишь тишина - упругая и давящая своей пустотой владеет моей ули цей, некогда жизнерадостной и наполненной музыкой жизни. Я застрелил маньяка - и мне стало лучше, позвал в гости звука, пожал ему лапу и он мне сказал, что бога нет. Я верю ему.
Запись 6.
– Эй, я, ты здесь?
– Да, мой друг.
– Поговорим?
УУПСС! Мой милый друг! Я ли это? Мыслишки черной тучей - а вдруг не я? Ха-ха-ха! Посмотри на себя! И на желтые кружочки на столе - стало лучше? Hет. Я сегодня ходил охотиться за счастьем - поймал ли, нет, но разговор был коротким - он рассказал мне, что такое жизнь. Знаешь, в чем смысл смерти? В ее необходимости, как двигателя жизненной энергии человека стремления успеть сделать все, что тебе предписано. А вот я в это не верю. Где мое расписание на завтрашний день, Мой Бог? А под окном все тот же день. Со страхом я раздвигаю шторы - словно включаю телевизор. Прости, я не хотел тебя испугать - просто посмотрел на мир. Десятый желтенький кружочек... Мир становится немного проще. Вся жизнь - в отсутсвии простых праздни ков души, а я бы хотел, чтобы все было не так.
Прости, мой друг, отныне - смерть со мною рядом, Любовь и страсть к тебе - вся моя жизнь: и здесь, и там...
Двадцать первый, двадцать второй, двадцать третий...