Дневные
Шрифт:
– Я не ребенок, а ты напала на моего мужа, - сказала Ева.
– Я пойду в правительство и расскажу о многих вещах, о которых ты пожалеешь. Думаю, очень кратко, если это заставит тебя чувствовать себя лучше.
Ханна обменялась пожатиями плеч со своим помощником.
- Что ж, - сказала она.
– Я попыталась. Если ты хочешь усложнить все в первую очередь для себя самой, это твое право.
Они оба вышли, и Ханна открыла дверь Клэр, схватила ее за руку и сильно толкнула ее к машине.
Потом она завела ее руки за спину и надела
- Извини, - сказала она.
– Но тут и на кофейной гуще гадать не нужно, что вы не пойдете по своей воле.
У Шейна тоже было достаточно неприятностей, Клэр услышала, как помощник, отвечающий за другую машину, разразился проклятиями, пытаясь тащить её парня силой. Ханна испустила нетерпеливое, разочарованное рычание и развернула Клэр лицом к себе.
- Успокой его, - сказала она.
– Сделай это сейчас же.
Клэр подняла подбородок.
– Это еще почему?
– Потому что если ты этого не сделаешь, ему будет больно.
Клэр посмотрела мимо неё. Шейн должно быть, нанёс удар локтем прежде, чем его схватили, так как нос помощника был в крови. Сейчас Шейн извивался, пытаясь ногами снова пробить защиту мужчины. Наверное, просто чтобы добраться до неё, так как никакого способа высвободиться из надетых на него наручников не было.
– Шейн, - произнесла она.
– Не надо.
Ханна, двигаясь медленно и спокойно, расстегнула ремешок на набедренной кобуре и вытащила пистолет. Она смотрела прямо на Шейна.
– Она права, - сказала она.
– Не заставляй меня браться за оружие, Шейн.
– Да пошла ты, - огрызнулся он и дерзко улыбнулся Ханне.
Она подняла пистолет, как и ожидалось.
И направила его на Клэр.
Шейн застыл на месте, его улыбка померкла.
– Ты блефуешь.
– Наверное, так кажется, - ответила Ханна.
– Но ты знаешь меня достаточно хорошо и знаешь, что я не направляю оружие, если не собираюсь стрелять на поражение. Ты мне нравишься. Мне нравится твоя девушка. Но ты испытываешь меня, а я не думаю, что это хорошая идея.
Он остался на месте. Помощник добрался до него и вывернул связанные руки достаточно высоко, чтобы заставить Шейна встать на цыпочки, его лицо исказилось от боли. Он положил руку на плечо Шейна.
– Шевелись, панк, - прорычал мужчина.
Шейн пошёл.
Клэр тоже. Ева сохраняла молчание, но даже при этом Ханна связала её. Наверняка это был почти мудрый шаг. Люди, на свой страх и риск, часто недооценивали Еву из-за её смешного сарказма и невинного лица.
Они оставили доктора Андерсон в наручниках и в тишине на заднем сиденье машины позади них, и Клэр было интересно почему.
Кто-то проложил новый тротуар к двери склада, а вокруг были недавно посаженные кусты и веточки деревьев. Тем не менее, подходя к нему, появлялось ощущение, будто поднимаешься по лестнице на одну из старинных виселиц; она не знала, что случится с ними, как только они окажутся внутри. На толстых стеклянных дверях был символ восходящего солнца,
И золотыми буквами "Всем добро пожаловать на свет". Звучало неплохо... если вы не встретите их последователей в менее привлекательных условиях. Скажем, в лаборатории, где они разрезают вампиров на части.
Ханна открыла одну из двойных дверей, и порыв свежего охлажденного воздуха вызвал мурашки на голой коже рук Клэр. Она ожидала тьму, как в пещере, но, как только глаза отвыкли от яркого наружного солнца, она поняла, что внутри было почти так же ярко благодаря гигантскому просвету над центральным двориком, в котором они стояли. Купаясь в лучах, стоял деревянных стол с символом Дневных, за ним была хорошо одетая пожилая женщина, которая любезно улыбнулась им.
– Миссис Ходсон?
– выпалила Клэр. Она знала эту женщину, они были соседями на Лот Стрит, где был расположен их старый викторианский дом. Милая женщина, всегда возилась с цветами в своем саду и была доброжелательна к ним. Она приносила много печенья пару раз на Рождество. "Snickerdoodles" (прим. пер.: название печенья).
– Клэр? Ева? И, о, Шейн тоже.
– Миссис Ходсон выглядела вежливо огорченной при виде их наручников.
– Теперь можете не беспокоиться. Абсолютно нечего бояться. Теперь вы в свете. Вы в безопасности.
– Она встала из-за стола, показывая, что на ней был костюм прямиком из 1960-х в комплекте с ниткой блестящего жемчуга, она подошла, чтобы прикрепить значки на их футболки.
– Я просто забочусь о ваших ID. Мы не можем позволить вам находиться здесь без идентификации, не так ли? Вот. Не так плохо, правда?
– Спасибо, Дорин, - сказала Ханна.
– Скажи ему, что мы прибыли, хорошо?
– Конечно. Могу я вам что-нибудь принести? Воду, например?
– Пиво, - сказал Шейн.
– Шайнер Бок, если есть.
– О, перестань, сейчас же, - сказала миссис Ходжсон.
– Ты слишком молод, чтобы пить, проказник.
Это была не та ситуация, когда они были склонны улыбаться, но Шейн улыбнулся и покачал головой. Он одними губами произнес Клэр "проказник" и поиграл бровями.
Она ответила ему тем же.
– Просто воды было бы замечательно, - сказала Ханна.
– Благодарю.
Она отвела Клэр к мягкому стулу и посадила в него; Еву усадили рядом с ней. Помощник продолжал держать Шейна в положении стоя.
Прихожая была довольно простой, преобладал в ней стол миссис Ходсон, но на стенах было несколько фотографий - Клэр прищурилась из-за яркого света и различила на одном из снимков смутные очертания людей, стоявших перед этим самым зданием, но, видимо, на ранней стадии постройки. Она могла разобрать, что одной из них была Ханна, а другой - новый мэр Морганвилля, Флора Рэмос. Кроме того, были и другие, незнакомые - за исключением того, что она заметила некую закономерность - повторяющееся лицо. Невысокий человек хрупкого телосложения, на самом деле без каких-либо отличительных признаков.