До конца времен
Шрифт:
Минит пожала плечами.
– Думай как знаешь, – уклончиво произнесла она.
– Прекрасно, Минит, – сказал Сэм, снял салфетку с колен и бросил ее на стол возле тарелки. Выходки Минит окончательно лишили его терпения. – Значит ли это, что мне придется подыскивать себе жилье? Ведь этот дом тоже принадлежит тебе.
Минит улыбнулась.
– Милый, я тебя не тороплю. Развода тебе не видать как своих ушей, – сообщила она и отпила кофе.
– Я и не прошу, – откликнулся Сэм с раздражением. Отодвинув стул, он поднялся.
– Спешишь на работу? –
Сэм молча посмотрел на нее. Он покинул комнату, насилу сдерживая ярость. В голове у него вертелись недавние слова жены, ее последние и самые ошеломляющие известия.
«Это невыносимо!» – думал он, хлопая входной дверью.
По дороге к Октагон-хаусу он вновь задумался, не понимая, что стряслось с женой. Неужели ее и вправду так злит его работа, толкая на крайние меры? Прежде Минит не позволяла себе ничего подобного.
Сначала ей вздумалось продать здание компании Ван Вехтенов, часть своего драгоценного наследства. Теперь она закрыла общий счет. На деньги Сэму было плевать. В конце концов, от Леони он получил щедрый гонорар и, кроме того, за годы работы сумел немало сэкономить. Нет, деньги тут ни при чем. Все дело в принципах.
Почему Минит действовала с такой поспешностью? Что с ней стряслось? Когда Сэм пытался расспросить ее, она просто переводила разговор на другое или отделывалась уклончивыми ответами. Сэму казалось, что ее поступкам есть и другое объяснение, то, которое он упустил, а она утаила от него. Но какое?
Неужто она что-то узнала о нем и Леони? Уже не в первый раз Сэм задал себе этот вопрос. Поведение Минит настораживало. Однако если ей все известно, то от кого? Сэм с Леони не забывали об осторожности, а их встречи наедине были таким редкими, что вряд ли кто-нибудь мог заподозрить неладное.
Так в чем же дело?
Он подъехал к Октагон-хаусу, изводясь от беспокойства. Внезапно он решил: хватит терпеть возмутительное поведение Минит. Всему есть предел.
Но что же ему делать?
Этого Сэм не знал.
Подойдя к столу, Эрминда начала молча убирать остатки незаконченного завтрака Сэма. Бесшумно двигаясь возле стола, экономка поглядывала на Минит, которая прихлебывала кофе и листала «Конный спорт», не обращая на Эрминду ни малейшего внимания.
Собираясь заговорить, Эрминда откашлялась, но Минит и ухом не повела.
– Миссис Николсон, я знаю, что это не мое дело, – наконец произнесла Эрминда, стараясь сдержаться. Кипящие в ее душе чувства угрожали в любой миг вырваться наружу. – Но зачем вы ссоритесь с мистером Сэмом? Он все время пытается угодить вам.
Минит оторвалась от журнала и большими, блестящими голубыми глазами уставилась на экономку – сначала с изумлением, а потом с насмешливым презрением.
– Ты права, Эрминда, это не твое дело, – вымолвила она. – Разве ты забыла, что только работаешь здесь?
– Мне не хотелось вмешиваться, – продолжала Эрминда, – но я знаю, что мистер Сэм – прекрасный
Минит презрительно фыркнула.
– Я собиралась дать тебе отпуск, Эрминда, – прервала она экономку тоном, в котором не слышалось ни тени насмешки.
Эрминда вопросительно подняла бровь:
– Вот как?
– Но вместо этого я уволю тебя, – заключила Минит. – Собирай свои вещи и проваливай.
– Чертова сука! – рявкнула Мосси. – Ну конечно, она поручила продажу особняка своей драгоценной подружке, этой стерве Андреа Уокер! Как и следовало ожидать!
Она вышагивала по серому ковру гостиной с телефоном в одной руке и неизменной сигаретой в другой.
– Тогда почему же ты так расстроилась? – спросила Леони.
– Как это почему?! – возопила Мосси. – В списке недвижимости, выставленной на продажу, значится несколько позиций! Я трижды пыталась показать дом весьма заинтересованному джентльмену из Нью-Йорка, и знаешь, что из этого вышло? – Не дождавшись ответа, она негодующе выпалила: – Каждый раз мне отказывали под благовидным предлогом – то, видите ли, потерялись ключи, то случилось еще бог весть что! А как-то меня просто не впустили в дом! Это неслыханно!
– Послушай, Мосс, – перебила Леони, – почему бы нам сегодня не поужинать вместе и не поговорить? Ты согласна?
Леони хотелось вытащить подругу из дома и подбодрить ее, но в эту минуту она была чертовски занята – смешивала краски, добиваясь именно того оттенка желтого цвета, который идеально подходил для стен гостиной – насыщенного, но неяркого. Тенниска Леони и ее старые брюки цвета хаки сплошь покрылись пятнами краски, не говоря уж о ладонях, руках и ногах.
– Еще бы! – воскликнула Мосси. – Давай завалимся в какой-нибудь уютный погребок и пошлем дела ко всем чертям!
– У меня были несколько иные планы, – со смехом призналась Леони, – но если ты настаиваешь – так и быть. Договорились?
– Блестящая мысль, – с воодушевлением откликнулась Мосси.
– После работы заезжай ко мне, – предложила Леони, – тогда и решим, куда поедем.
– Перед выездом я позвоню тебе, – пообещала Мосси.
– Отлично. До встречи.
– Пока.
Мосси повесила трубку и с силой ткнула окурок в пепельницу. И вправду, ей давно пора отдохнуть. После поездки в Нью-Йорк дела навалились нескончаемым потоком. В довершение всего благодаря Минит Николсон Андреа Уокер наверняка получит более чем щедрые комиссионные. На редкость жирный кусок.
«Слишком уж часто в последнее время эта стерва встает у меня на пути, – думала Мосси. – Конечно, я не всесильна, но у меня найдется способ отомстить. Вот именно, отомстить, – подытожила она. – Рано или поздно».
Эрминда тщательно свернула последнюю вещь – белую хлопчатобумажную блузку – и аккуратно уложила ее в чемодан, лежащий на кровати. Затем она решила проверить, не забыла ли что-нибудь.
Сначала она заглянула в шкаф. Там было пусто.
Потом в ящики тумбочки. Пусто.