До конца времен
Шрифт:
«Господи, она бесподобна!» – подумалось Леони. Сэм не преувеличивал: его жена и вправду была поразительно красивой женщиной. На снимке были отчетливо видны белокурые волосы Минит и благородные черты лица. Она сидела, но в остальном ничем не напоминала калеку.
Подавив вздох, Леони нервно поправила прическу. Неудивительно, что Сэм влюбился в это прелестное создание. Леони знала, что внешность бывает обманчивой, и все-таки ей не верилось, что эта красивая, утонченная женщина с лицом ангела
Внезапно вид фотографии стал для Леони невыносим, читать статью тоже не хотелось. Схватив газету, она сунула ее в мусорное ведро и прикрыла старыми газетами. Долой с глаз и из памяти! Но последнее было невозможно.
Леони беспокойно зашагала по кухне, стараясь выровнять дыхание. Наконец она взглянула на часы. Черт, уже почти вечер! Обычно Сэм звонил ей в середине дня, проверял, все ли в порядке, и сообщал о последних новостях.
Почему же сегодня он до сих пор не позвонил? Что случилось?
Леони овладело нехорошее предчувствие. Пугающие видения замелькали у нее перед глазами. Самым страшным из них было одно: полиция нашла доказательства того, что Сэм убил Минит. И теперь Сэма обвиняют в убийстве.
Она тряхнула головой. Этого не может быть! Она просто не могла ошибиться насчет Сэма!
На миг она остановилась. «Он не способен на преступление, – уверяла себя Леони. – Я полностью доверяю ему. Всегда и во всем!»
И она вновь принялась мерить шагами комнату, вспоминая вчерашний разговор. Они долго обсуждали смерть Минит, но не пришли ни к каким выводам: убедительных объяснений не находилось.
– В пятницу, расставшись с тобой, я принял одно решение, – признался Сэм. – Я вознамерился сразу же сообщить Минит, что подаю на развод. – Он перевел на Леони взгляд затуманенных грустью бирюзовых глаз. – Я поклялся, что выполню свое намерение.
– Господи, Сэм! – воскликнула Леони, внезапно прозрев. – Неужели теперь тебя мучают угрызения совести?
Он мрачно кивнул.
– Наша любовь слишком сильна, чтобы отрицать ее, – продолжал он. – Я считал, и по-прежнему считаю, что мы заслужили этот шанс. Что бы ни случилось, мы будем вместе.
Леони прижалась к нему, понимая, как страдает Сэм, и всей душой желая облегчить его муки.
– Уезжая отсюда, я знал, как должен поступить, – объяснил Сэм. – Остальное тебе известно. Дома я нашел… труп Минит, плавающий в бассейне. – Он взглянул в глаза Леони. – У меня такое чувство, словно это я убил ее, – признался он. – Понимаю, это бессмысленно, безумно! Я не успел даже сообщить ей о своем решении… – Его глаза наполнились слезами. – Теперь мне остается лишь гадать: кто сделал это? И почему?
Вчера ночью Леони поверила его словам. Она и сейчас верила ему… если бы не легкая тень сомнения.
Повернувшись, она зашагала
«Надо немедленно остановиться, – приказывала она себе. – Что за чертовщина? Как я могла предать Сэма, пусть даже мысленно?»
А если он все-таки…
Нет. Этого не может быть. Он не такой.
Леони метнулась наверх, в спальню, желая оказаться как можно дальше от внимательных глаз рабочих. Там, глядя на неубранную постель, на которой они с Сэмом еще недавно предавались любви, она вдруг расплакалась.
«Господи, не дай мне обмануться еще раз!» – молила она.
Увидев Сэма на пороге, Эрминда нервно улыбнулась ему. Ее глаза бегали, выдавая страх и презрение к двум полицейским, которые привезли ее в поместье.
– Эрминда! – воскликнул Сэм. – Слава Богу, с тобой ничего не случилось! Я так беспокоился…
Она пожала плечами.
– Со мной все в порядке, мистер Сэм, – подтвердила она. – Полицейские привезли меня сюда, только чтобы задать несколько вопросов.
– Где же ты была? – спросил Сэм.
– В Куинсе, у брата. После того как миссис Николсон уволила меня…
– Уволила?! – изумился Сэм.
– Давайте пройдем в дом и поговорим, – вмешался Бигнер, кивнув в сторону библиотеки. Полицейским, которые привезли Эрминду, он велел подождать в вестибюле.
В библиотеке Сэм заметил, что Бигнер с любопытством разглядывает Эрминду. Видимо, детектив не знал, как отнестись к красавице латиноамериканке, служившей в доме Николсона, и на его лице отражалась смесь подозрения и интереса.
Ничего удивительного, с иронией отметил про себя Сэм. Сегодня Эрминда была неузнаваема, особенно благодаря отсутствию привычной мешковатой униформы. Она оделась во все черное – трикотажный облегающий топ, тесные джинсы, босоножки на высокой платформе; тонкие золотистые цепочки поблескивали на ее шее и запястьях, в ушах покачивались большие золотые серьги-обручи. Блестящие смоляные волосы рассыпались по плечам. Только обильный, но искусный макияж казался неуместным здесь, вдали от столицы.
– Так вы говорите, миссис Николсон уволила вас? – начал Бигнер, дождавшись, когда Сэм и Эрминда сядут.
– Да, – кивнула Эрминда, – уволила. – И она взглянула на Сэма: – А разве вы не знали?
– Нет, – покачал головой Сэм.
– В пятницу утром, – уточнила Эрминда, – после того как вы уехали на работу.
– Почему же это произошло, мисс Гомес? – осведомился Бигнер.
– За завтраком миссис Николсон и мистер Сэм поссорились, – сообщила Эрминда.
Сэм метнул в Бигнера быстрый взгляд, но лицо детектива осталось непроницаемым. «О Господи! – ужаснулся Сэм. – Вот они, новые улики против меня!»