До тьмы

Лавелль Дори

– Она бросила тебя?

Трэвису скучно.

– Нет.
– Я закрываю лицо руками и издаю стон.
– Я убил ее.

Трэвис вскакивает с дивана и бросается ко мне. Он подходит так близко, что я чувствую его дыхание, пахнущее шампанским.

– Ты только что сказал, что убил ее?

– Я не... я этого не планировал. Так вышло.

– Конечно же, просто так вышло.
– Он массирует подбородок.
– Где ее труп?

Его слова поражают меня, как удар молнии. Теперь

Дженна всего лишь труп.

Я не говорю ему, просто прошу идти за мной в спальню. Увидев ее, он устремляется к кровати. Собирается прикоснуться к ней, но останавливает себя. Он поворачивается ко мне с дикими глазами, но в то же время в них горят искры восторга.

– Ты задушил ее.

– Я не хотел.
– Зарываюсь пальцами в свои вспотевшие волосы.
– Я любил ее... слишком сильно.

– Она хотела тебя бросить, так?

Я киваю и отворачиваюсь, чтобы не видеть тело Дженны.

Трэвис кивает и выводит меня из спальни в гостиную.

– Тебе нужна помощь.

– Ты пойдешь к копам? Ты настучишь на меня?

В данный момент я готов принять любое наказание, хоть и напуган до чертиков.

Он усаживает меня на диван и говорит мне ни к чему не прикасаться.

– Мы братья. Конечно же, я не сдам тебя.

– Спасибо.

Мои плечи опускаются от облегчения. Никогда бы не подумал, что буду за что-либо благодарить Трэвиса.

– Я не знаю, что делать. Я не хочу идти в тюрьму.

– Эй, перестань сходить с ума.
– Он кладет крепкую ладонь на мое плечо.
– Я могу тебе помочь. Я точно знаю, что делать.

– Знаешь?

Я все еще боюсь доверять ему. Одно я знаю наверняка, любая его помощь будет стоить мне кучу денег.

– Ты кое-что обо мне не знаешь.

Он засовывает руки в карманы и подходит к окну.

– Это не первое мое родео, братец.

Трэвис медленно поворачивается.

– На моих руках тоже была кровь, много крови.

Мое нутро покрывается льдом, когда он садится рядом со мной, я понимаю, что отодвигаюсь, словно он сам дьявол.

– Что... что ты имеешь в виду?

– Как раз то, о чем ты подумал.
– Он делает паузу.
– Я совершал это три раза. Каждый раз ощущения были сильнее предыдущих.

У меня пересыхает во рту, а руки сжимаются в кулаки.

– Как...

– Сейчас это неважно. Самое главное, что я убивал людей, и мне это сходило с рук. Ты можешь позволить мне помочь тебе или сдаться властям. Тебе решать.

Он прав. Вопросы могут подождать, хоть я и в шоке от сказанного им. Я делаю глубокий вдох.

– Как ты мне поможешь?

– Я? Нет, мужик. Это больше, чем ты или я. Нам нужна помощь со стороны.

– Нет.
– Я трясу головой, в моей голове лихорадочно проносятся

мысли.
– Мы не можем рассказать кому-то. Я не могу никому доверять.

Перед глазами мелькает изображение моего лица в утренних газетах. Есть много недостатков в том, чтобы быть хорошо узнаваемым.

Трэвис возвращается в спальню. Я иду за ним на шатких ногах.

– Я знаю людей, которым можно доверять. Они уже помогали мне.

Он снова подходит к кровати.

Мне не приятно, что он видит обнаженное тело Дженны, так что я беру простынь и прикрываю не только ее тело, но и ее лицо.

– Кому ты хочешь рассказать?

– Моим близким братьям.

– Братьям?

Он садится на край кровати. Ему все равно, что Дженна от него всего в нескольких дюймах.

– Наверное, пора тебе узнать, что у меня за бизнес.
– Он наклоняет голову набок.
– Это эксклюзивный клуб для таких мужчин, как мы.

Он задирает рукав своей футболки. На его предплечье выбита татуировка со словом «Полночь».

– Что это, бл*ть?
– Я качаю головой.
– Что ты имеешь в виду, говоря «мужчин, как мы».

– Мы называем себя Братьями, клубом «Полночь». Мы - группа хороших мужчин, делающих плохие вещи. Мужчин, ведомых похотью и жаждой крови.

– Это не я.

Я с усилием сглатываю.

– Можешь отрицать, сколько хочешь, Уинстон, но глубоко внутри мы с тобой оба знаем, что это лишь вопрос времени, когда проявится твоя темная сторона. Между нами есть сильная связь. Только так вышло, что она оказалась тьмой.

Он надувает щеки и выпускает воздух.

– У тебя есть выбор, позволить ли мне попросить друзей помочь тебе или отправиться в тюрьму. Некоторые из членов Братства являются шефами полиции, судьями, адвокатами, мэрами и влиятельными людьми, которые могут прикрыть твою задницу. Они все знают, что значит быть на твоем месте.

– Они убийцы?
– Я начинаю жалеть, что попросил Трэвиса о помощи.
– Не знаю, Трэвис. Я не знаю, хочу ли...

– Что ж, - он встает с кровати, - тогда вперед, езжай в ближайший полицейский участок. Покажи им свои окровавленные руки.

– Ладно.
– Я с отчаяньем цепляюсь за его руку.
– Как ты планируешь все скрыть?

– Есть много вариантов. Можем изобразить суицид. Может, она не смогла пережить расставание, - Он пожимает плечами.
– Или она может просто исчезнуть без следа.

– Это не я с ней порвал. Она со мной.

Я все еще слышу ее слова, говорящие мне, что все кончено. Они снова причиняют боль.

– Но она мертва. Твое слово противее. Так ты хочешь, чтобы я помог тебе или нет? Или ты лучше отправишься в тюрьму за убийство?