До тьмы
Шрифт:
Я закрываю бутылочку и беру другую, которая не приносит с собой горьких воспоминаний. А затем скребу себя до покрасневшей и оцарапанной кожи.
Выхожу из стоячего душа и встаю перед зеркалом, от моей теплой кожи исходит пар. Пар тут же уносит прохладный воздух, дующий из окна, оставляет мурашки.
– Ты поступила правильно, - мягко говорю я себе.
– Ты выбрала себя. Ты заслуживаешь лучшего.
Подходя к двери ванной, все еще обнаженная, я еще больше уверяюсь в своем решении. Но когда я пересекаю
Уинстон сидит на моей постели, извиняется взглядом.
По моей спине пробегает холодок.
– Что... что ты здесь делаешь?
Я быстро подхожу к комоду у стены и хватаю чистое полотенце. Больше я не чувствую себя уютно рядом с ним обнаженной.
Я знаю, как он вошел. Когда мы вернулись с Мадьдив, он попросил запасной ключ. Я колебалась, но посчитала, что раз он мой жених, какой от этого вред?
Не успеваю подойти к комоду, он настигает меня и хватает за руки. Я пытаюсь с ним бороться, но он толкает меня к стене рядом с зеркалом, ведущим в скрытую гардеробную.
– Я не могу отпустить тебя, Дженна.
– Его речь смазана из-за алкоголя.
– Мы принадлежим друг другу.
– Отпусти меня, - произношу я сквозь сжатые зубы, когда его пальцы впиваются в мою плоть.
– Все кончено.
– Нет, не может быть кончено. Мы будем вместе всегда.
Я не успеваю его оттолкнуть, он подхватывает меня на руки и бросает на постель, прижимает меня своим телом, не давая уйти.
В моем горле застревает рыдание, когда он просовывает между нами руку, чтобы расстегнуть ширинку.
– Я так сильно хочу тебя, детка.
– Слезь с меня!
– кричу я.
– Какого черта ты творишь?
– Я беру то, что принадлежит мне. Ты моя.
– Он с силой целует меня в губы.
– Позволь мне показать тебе, как сильно я люблю тебя.
Своим весом он сильнее вдавливает меня в матрас, я не могу освободиться. Меня охватывает страх, когда он раздвигает мне ноги и тотчас же входит в меня.
– Никто не сможет дать тебе этого.
Он толкается глубже, и с моих губ срываются вздохи.
Мое тело отзывается на него, как и обычно. У меня уходит вся сила воли на то, чтобы не отвечать на его движения. Но мне все равно, чего хочет мое тело. Мое сердце желает другого. Я продолжаю бороться, толкаю его изо всех сил, царапаю его ногтями. Но он сильнее. С его губ срываются проклятия, когда он хватает меня за запястья и заводит мне руки за голову, его губы снова находят мои.
– Только я могу дать тебе это, - его слова приглушены поцелуем, но я все еще четко их слышу.
– Еще не кончено.
Он повторяет эти слова, толкаясь во мне, подчеркивая каждое слово толчком.
– Я больше тебя не хочу, - рыдаю.- Ты не... Я больше тебя не люблю.
Мои слова поражают его настолько, что на мгновение
– Еще не кончено.
Его лицо искажено гневом, на лбу вздулись вены. Я вижу перед собой незнакомца.
Я плюю ему в лицо, продолжаю кричать, чтобы он остановился. Меня не удивляет, когда он снова бьет меня. Я знаю, что он сделает это снова.
Так что я перестаю сопротивляться и жду, когда он закончит. Позволяю ему взять то, что он хочет, после он может проваливать из моей квартиры и из жизни.
К моему ужасу, в тот момент, как я перестаю бороться, его руки перемещаются к моей шее, а пальцы сжимаются вокруг моего горла. Сейчас его глаза закрыты, но я с силой вытаращиваю свои, когда он сжимает мое горло.
Меня охватывает паника, я пытаюсь разжать его пальцы, потому что мне очень больно. Он не позволяет мне этого сделать, мне сложно дышать. Чем больше я борюсь, тем сильнее становится хватка.
Он все еще толкается во мне и повторяет, что все еще не кончено. Он повторяет эти слова, как мантру.
В моей голове так громко кричит тревога, что я больше не слышу его слова.
«Отпусти меня», - произношу я про себя. Я не в состоянии произнести их вслух.
Мне не хватает воздуха, и силы покидают меня. Теперь я в состоянии лишь легко похлопывать его по рукам.
Его глаза все еще закрыты, так, что он не может видеть боль на моем лице. Я хочу, чтобы он посмотрел на меня, увидел то, что он делает. Он не хочет меня убивать. Я не хочу в это верить. Он скоро остановится. Я снова смогу дышать.
Его глаза остаются закрытыми. Его руки продолжают душить меня, сердце готово вот-вот взорваться у меня в груди, тело начинает дрожать.
– Я люблю тебя, Дженна. Все не кончено, - продолжает повторять он.
Я почти не слышу его из-за шума крови в ушах. Мое зрение начинает затуманиваться. Свет в глазах тускнеет, и я закрываю глаза до того, как они закроются сами. Все кончено.
Глава 19
Уинстон
Я распахиваю глаза. В моих венах грохочет кровь, и я все еще повторяю слова, которые я хотел, чтобы она услышала. Затуманенным зрением я вижу ее прекрасное лицо, хоть жизнь уже покидает ее тело. Я хочу остановиться, но во мне есть что-то, что-то темное, не желающее меня отпускать.
Я усиливаю хватку, и по мне проносится приятный прилив адреналина. Мысль, что она умрет, не полюбив никого другого, кроме меня, дарует мне ощущение власти, которое я не испытывал никогда прежде, даже в зале совещаний.