Добрые времена
Шрифт:
— Значит с горя? — не оставляя шутливого тона, спросил Роман.
Аркадий плюхнулся на стул, потом неожиданно опустил свою буйную рыжую голову на руки, лежавшие на столе, и... зарыдал.
— Он что, пьян? — брезгливо спросил Немов.
— Непохоже, — не согласился Роман.
Аркадий поднял лицо с заплаканными глазами и почти в полный голос завопил:
— Люблю я ее, понимаете? Люблю!
— Людмилу, что ли? — флегматично спросил Немов.
Аркадий подозрительно сверкнул на него
— А ты откуда знаешь?
— Милый, так это весь завод знает! Вы же ходите везде, как прикованные друг к другу.
— Правда? — переспросил Аркадий Романа.
Тот утвердительно кивнул.
Аркадий безнадежно махнул рукой.
— Ну и пусть! Пусть все знают. Да, я ее люблю.
— Ну и люби на здоровье!
Аркадий окинул взглядом стол, увидел им же принесенную бутылку.
— Давай выпьем!
Они чокнулись разнокалиберными кружками.
— За любовь! — предложил Роман.
— А-а! — махнул рукой Аркадий, но выпил. — Вы мне друзья?
— Ну? — не сговариваясь, ответили хором два друга.
— Так посоветуйте, как мне быть!
— Женись, — не долго думая, бухнул Роман.
Лицо Аркадия исказилось гримасой отвращения.
— Ты думаешь, что ты говоришь?
— Позволь, ты только что заявил, и довольно громогласно, что любишь ее!
— Люблю, — упрямо подтвердил Аркадий.
— А она тебя?
— Без памяти.
— Так какого черта тебе еще нужно?
— Издеваешься? — сверкнул глазами Аркадий. — Она же была замужем!
— Ну и что? — невозмутимо спросил Немов.
Аркадий побелел от бешенства.
— Все понятно. Дурачка из меня строите. А еще друзья...
Немов начал оправдываться.
— Постой. Никто и не думает тебя разыгрывать. Но я, честное слово, не вижу причины для трагедии. Была замужем, ну и что? Значит, кто-то был до тебя...
— Кто-то, — горестно хмыкнул Аркадий. — Да она же никому не отказывала. Сначала какой-то друг юности, с которым сочеталась так называемым гражданским браком, потом еще друг, потом наш главный инженер, это все знают. Да мало ли кто еще. Может, вон с тем же Романом крутила?
Роману бросилась краска в лицо.
— Что ты чушь мелешь, — процедил он сквозь зубы и встал из-за стола.
— Да нет, это я так, к примеру. А может, еще с кем! Дело ведь не в этом.
— А в чем?
— Не могу ей верить, и точка. Вот сейчас я тут с вами, а сам думаю, может, она с кем-нибудь в эту минуту...
Он даже скрипнул зубами и изо всех сил ударил кулаком по столу, так что подпрыгнула бутылка.
— Слушай, по-моему, он псих, — сказал, обращаясь к Немову, Роман.
— По-моему, тоже, — согласился Евгений.
Аркадий снова по-детски захлюпал носом.
— Издеваетесь.
— Да, кажется, это серьезно, — кивнул головой
Он сходил в ванную, вернулся с полотенцем.
— Вот вытрись и успокойся. Можешь?
Аркадий всхлипнул, набрал полную грудь воздуху, потом медленно его выпустил и наконец жалобно произнес:
— Могу.
— Ну и хорошо, — кивнул Роман, сел вплотную к Аркадию и, заглядывая ему в глаза, сказал: — Давай рассуждать логически.
— Давай, — так же послушно ответил Аркадий.
— Ты что, до Людмилы никого не встречал?
— Как это не встречал? — даже обиделся Аркадий.
— Встречал. Мне, например, вспоминается, как ты совсем недавно хвастался победой над какой-то барышней. Было?
— Ну и что? — удивился Аркадий.
— Так какое моральное право ты имеешь ее осуждать? — грозно сказал Роман.
Аркадий задумался слегка, потом отрицательно затряс головой.
— Чего ты трясешь?
— Разве дело в этом? — упрямо сказал Аркадий. — Но раз она нечестная, не могу я ей верить. Не могу! Понимаешь?
— Нечестная по отношению к кому? К тебе? Так как она могла быть нечестной, если вы с ней не встречались?
Аркадий насупился.
— Постой, Роман! — неожиданно вмешался Немов. — Дай-ка я ему по-комсомольски между глаз врежу. Откуда у тебя эти домостроевские замашки? Образование вроде высшее?
— Ну? Институт кончал.
— Вот именно. А рассуждаешь, как дореволюционный мужик из глухой провинции. «Нечестная!» — передразнил он Аркадия. — На себя посмотри, секретарь комсомольской организации.
— Ну, не могу. Понимаю все, но не могу себя пересилить! — опять стукнул кулаком по столу Аркадий.
— Не можешь? — переспросил Роман, начиная терять терпение.
— Не могу.
— Тогда разойдитесь красиво, в разные стороны, не порти девке жизнь. Раз сейчас есть сомнения, то после свадьбы они возрастут многократно.
— Ты что, совсем ничего не понимаешь? — неожиданно взвился Аркадий. — Чурбан бесчувственный. Я же ее люблю. Жить без нее не могу...
— Ну, раз не можешь, женись, — начиная тоже злиться, сказал Немов.
— Не могу жениться, она бесчестная, — застонал Аркадий.
— Тогда не женись, — уже безучастно бросил Роман.
Аркадий вскочил, в сердцах ахнул кружкой об пол:
— Издеваетесь. Не понимаете. Я к вам всей душой!
Он выскочил за дверь. Друзья смущенно посмотрели друг на друга.
— Вот ерунда какая, — почесал в затылке Роман.
— Да, это как раз тот случай, когда советы только мешают, — флегматично сказал Немов, стоя на коленях и собирая осколки. — Пусть сам в конце концов решает. Что бы мы ему ни посоветовали, все равно мы же я виноваты окажемся.