Добыча
Шрифт:
– Эльфов на моей памяти тут не было.
– У моей невесты есть доля человеческой крови, – дружелюбно объяснил Арден. – А сам я использую случай изучить разные виды магии хотя бы в теории. Ну, и сопровождаю Силвернаринель. Негоже леди из королевского дома ходить одной. Спасибо, не станем больше отнимать у вас время.
– До свидания. Да, в осенний семестр я читаю спецкурс «Магические и иммунные к магии твари». Буду рад видеть вас обоих.
Лорд Алдо поймал мой взгляд и вежливо улыбнулся.
– Обязательно запишемся, – кивнули мы.
Не
Мы отошли за угол, я огляделась и затянула Ара в первую же пустующую аудиторию.
– Бель! Ты что?
– Хочу осмотреть тебя магическим зрением. На всякий случай. Стой смирно! Ну Ар, прекрати! Потом поцелуешь… Сейчас? Ну немножко… Все, стоп! Вот осмотрю тебя, и целуй куда хочешь! Куда-а?! Нет!
Мы остановились, тяжело дыша и глядя глаза в глаза. Я была уверена, что вылет Рассвета – вопрос нескольких недель. И ждала этого и одновременно боялась. Мои женихи – я видела это точно – тоже были на взводе.
Встряхнула головой и начала осмотр. С той руки, которой коснулся тер Алдо. Вот что-то мне не нравилось. Было в том жесте нечто нарочитое… Эх-х… Ничего не вижу. А если сравнить две руки? Вроде правая чуть холоднее и аура бледнее. А почему? Может быть, просто от того, что соприкоснулся с другим магом? Или тут что-то большее?
– Ар, я не уверена, но давай позовем Шона. У тебя руки чуть разные, а так быть не должно!
– Если ты беспокоишься, давай так и сделаем, – серьезно посмотрел на меня блондин. – А потом втроем пойдем к тер Барракшу. С секретаршей мы поговорить не смогли, но что-то не нравится мне эта внезапная болезнь…
Шон примчался через телепорт в парке. Покрутил руку Ара, понюхал. Я уж задумалась – лизнет или нет? – когда маг заявил:
– Поздравляю, наша защита опять помогла. На тебя хотели что-то посадить. Может, следилку. А может, и вредилку. А может, просто хотели протестировать, что ты за эльф такой странный… Сейчас уже не разберешь!
– У меня есть запись разговора в магическом зрении! – вмешалась я.
– Отлично! Дома поглядим! – встрепенулся Шон.
– Я связался с Вэрисом. Возвращаемся к нему. Ректор Борден будет ждать нас там, – сообщил Ар.
В этот раз дверь кабинета за собой мы заперли. Пусть пока свободный академический дух погуляет где-нибудь еще, а у нас тут совещание.
Ар сразу взял быка за рога.
– Что произошло с деканом Белой башни?
– Похоже на сердечный приступ, – отозвался Борден. – Случилось это позавчера. Совершенно внезапно. Мне казалось, что Алвий здоровее нас с Вэрисом вместе взятых.
– Проводите нас к нему домой? Предлогом для визита станет, что эльфы – лучшие целители, – голос Ара не предполагал возможности отказа.
– Его уже смотрели целители с эльфийского факультета. Причины не нашли, только добавили сил и прописали постельный режим минимум на неделю.
– Целители
– А вы – лучше?
– Несомненно.
Борден уставился на самоуверенного лорда Неллао. Перевел взгляд на Шона – тот пользовался в Академии авторитетом, пусть и несколько своеобразным. Тер Дейл кивнул. Стоявшая рядом я кивнула тоже. Ар, несомненно, лучше всех. Да и Ти, которого мы уже вызвали из Ларрана, должен был вот-вот появиться.
– Вэрис, запирай кабинет и идем с нами. Есть чувство, что ты нам понадобишься, – распорядился Ар.
Сейчас с деканом говорил не студент, а Повелитель. Так не вел себя никогда даже Шаорран. Разница была в том, что Шао был кронпринцем, Арден же уже несколько десятилетий реально правил. Принимая решения, отдавая приказы, беря на себя ответственность. И сталь в его голосе не была бравадой.
Дом Алвия тер Грасина, звавшегося Черным, стоял на краю академического парка и ничем не оправдывал мрачное прозвище своего владельца. Крытый черепицей старый серый каменный двухэтажный особняк с мансардой, эркерами и маленьким заросшим садом, в котором, похоже, когда-то был розарий. По периметру ажурная чугунная решетка. Мило.
А теперь посмотрим магическим зрением… Ага, защитный полог есть. Но я б такой уже проломила, не чихнув. Все же драконья магия и человеческая – это две большие разницы. Только те, кто не обладает магическим даром вовсе, способны валить их в одну кучу.
К дому мы подлетели невидимыми. На этом настояли хором мы с Арденом. Меня последние десять лет жизни сделали законченным параноиком, а Ар тоже жил по принципу – никогда не давай лишней информации о себе, если этого можно избежать. Ибо невозможно проконтролировать, кто и как это использует.
Пока летели, Вэрис снова втолковывал нам, что готов ручаться за лорда Грасина – он не тот, кого мы ищем. Впрочем, мы уже и так были в этом почти уверены.
Борден приземлился на крыльце, скинул полог невидимости и приложил руку с печаткой к большой медной пластине сбоку от косяка. Створки, чуть слышно скрипнув, отворились внутрь. Ректор толкнул их, распахивая на всю ширь, заходя сам и пропуская невидимых нас в прихожую.
– Алвий! Это я. Проведать тебя пришел! – голос ректора раскатился по дому.
Откуда-то сверху донеслось еле слышное:
– Поднимайся сюда!
– Вэрис, – тихо спросила я, – а ты знал жену лорда Грасина? Как она выглядела?
– Нет, я ее уже не застал. Но как выглядела – знаю. Да сама посмотри – портрет в гостиной висит! – Вэрис кивнул головой в сторону приоткрытой двери, мимо которой мы проплывали, не касаясь пола.
Я дернула за рукав Ара и сунула голову в щель. Обвела взглядом комнату… и остановилась на висящем над камином портрете, где была изображена хрупкая рыжеволосая девушка с лицом, похожим на сердечко, и огромными синими глазами. Уф-ф! Ничего общего со мной! И на лютне, которую девушка на портрете держала в руках, я тоже не играю.