Добыча
Шрифт:
– Одно есть! Ти, понял, как и что? Я устал. Так что второе делаешь ты, а мы страхуем!
Теперь засучил рукав Тиану.
– А нам посмотреть можно? – не выдержали Борден с Вэрисом.
Недужный больной, который малость порозовел, оживился тоже:
– А мне? Интересно же!
Последний аргумент был Шону понятен. О том, чтоб пустить посторонних в сознание Тиану или кого-то из нас, речь не шла, но Ар взялся проецировать иллюзию происходящего в изножье кровати так, чтобы лежащему Алвию было удобно видеть происходящее.
Второй раз делать все было легче. Лорд Грасин даже помог Тиану, в нужный момент
Наконец, последний оранжевый огонек во втором легком погас. Чуть побледневший Ти отошел от кровати и, встряхнув кистями рук, опустился в кресло.
– Ну как, стало легче? – поинтересовался ректор у больного.
– Не то слово! И грудь намного меньше болит!
Алвий зашевелился, похоже, собираясь продемонстрировать, насколько ему лучше.
– Лежите, лорд, – голос Ара прозвучал приказом. – Мы еще не восстановили сердце. Не усложняйте нам работу!
Вэрис посмотрел на Ара. На меня. И улыбнулся. Я поняла, что вывод сделан, причем верный. Но озвучивать его декан не станет. Подождет, пока мы сами объясним, причем со всеми подробностями.
«Ага! – кинула ему смешливую мысль я. – Мы ж теперь с Шао в одной группе? Настоящий цветник!»
Вэрис хихикнул, заработав удивленный взгляд ректора.
Через час дело было сделано. Шон привел в порядок сердце Черному декану Белой башни, а Ар по ходу процесса слегка покопался в мыслях Алвия, и теперь мы знали точно, что о некроманте тому не известно ничего. А еще он не помнил, что произошло перед тем, как ему стало плохо. Сидел, разбирал финансовые отчеты трех корпусов общежития… вроде бы в одном было не все ладно, потому что белье и мебель там как мыши с термитами жрали… а потом закружилась голова, и он очнулся уже тут, в своей постели, в окружении эльфов-целителей.
– Магическая атака с последующим стиранием памяти, – пожал плечами Тиану.
– И попытка магической атаки на лорда Барракша, вон в ауре остатки пробоя до сих пор видны! – ткнул пальцем Шон.
– А еще во время экзамена по атакующей магии кто-то из магов Белой башни пытался убить моего жениха, – вспомнила я, прижимаясь к Ару.
– И сегодня лорд Алдо, занявший кабинет декана, пытался прицепить ко мне какое-то заклинание, когда мы пришли подписать учебные планы, – подытожил Ар. – Интересная картина, да?
– Алдо? Это невозможно! Я знаю его сто лет! – удивился тер Грасин. – Наверное, вы что-то не так поняли! Не может быть!
– Мы не обвиняем именно его, информации для этого недостаточно, – спокойно ответил Арден. – Но то, что в Белой башне не все в порядке, – это факт.
– Хм-м… – откашлялся Шон. – Вообще-то, похоже, разговор будет долгим. А я после магии всегда голодный! В этом доме еда водится?
Шон, как всегда, зрил в корень. У меня тоже живот подводило – завтрак-то когда был! Ти после колдовства, наверное, тоже есть хочет, а Ар держится на чувстве долга и гордости кронпринца… Да и экс-больной после двух дней на грани инфаркта напоминал учебные пособия нашего любимого некроманта лорда Пирода. Гм-м… В сумке есть хлеб с мясом. С запасом для Шаоррана. Но этого ж нам всем на один зуб!
– Боюсь, припасов в доме нет, – виновато вздохнул лорд Грасин. – На кухне вообще ничего, кроме заварки тайры… Когда я был здоровым, то обычно питался в столовой. А сейчас меня два раза в
Ясно. Значит, поделим бутерброды. Все лучше, чем ничего.
Ти с Вэрисом пошли на кухню заваривать тайру, а мы с Аром вдвоем устроились в одном из кресел рядом с кроватью. Я достала из сумки наш провиант. Хорошо, что мы привыкли брать с собой еды из расчета на три драконьих аппетита. Вид толстых ломтей хлеба, между которыми виднелись еще более толстые куски жареной кабанины, переложенные веточками укропа и пряной эльфийской мириллы, вызвал слюноотделение у всех, включая ректора.
– Как-то я по-другому представлял себе эльфийские трапезы… – покачал головой Борден.
– Нектар лимиры из золотых наперстков, да? – хохотнул Ар, заломив бровь. – Ну, мы ж еще и драконы…
После перекуса перешли к длинному рассказу, вводя лорда Грасина в ход событий. Про первый найденный алтарь, некроманта, гильдию убийц, следы, приведшие нас в Академию, декабрьский снос жертвенников по всей Империи… Уже подлеченного Алвия чуть снова инфаркт не хватил – у него на факультете и такие тараканы!
Получалось у нас следующее.
Лишив черного мага большинства источников магической энергии, мы разрушили его планы по силовому захвату Империи. Что бы он ни планировал – повсеместные катаклизмы или переброску армии орков в центр страны следующей весной – теперь это все накрылось медным тазом. А вот дальше появлялись варианты…
Ясно, что алтари разрушили маги. А где единственное скопище магов в стране? Правильно, в Академии. Даже если сначала наш враг клюнул на приманку – «лигу некромантов Севера», – то пары месяцев должно было хватить, чтобы выяснить, что ни о какой лиге никто не слышал. Получалось, у некроманта на Академию есть зуб. Драконьего размера! А вынести вперед ногами академическое начальство, устроив несуразицу, свару и бардак среди магов, – это неплохая месть.
Второй вариант – если некромант лично что-то выигрывает от гибели или затяжной болезни на грани смерти ректора и декана. Скорее всего, это скачок по служебной лестнице. И таких людей в Белой башне была примерно дюжина, включая трех помощников Алвия Черного. Причем все они числились в списке подозреваемых Бордена.
Третий вариант – что эта история вообще не имеет отношения к некроманту, а является личной местью кого-то из магов, кто посчитал себя ущемленным академическим начальством. Например, урезали квоту на аспирантов или завернули статью в «Академический вестник» – мозги у теоретиков от чистой науки устроены не совсем так, как у прочих смертных, и мотивом могло стать самое незначительное происшествие. Например, кто-то что-то натворил, а теперь боится, что его попросят из Академии, и пытается замести мусор под ковер.
А еще вставал вопрос – как связан с черным магом нездоровый интерес неуловимого типа, евшего меня глазами? Я сегодня пристально наблюдала за тер Алдо, но особенного внимания к своей персоне не заметила. Нормальное вежливое дружелюбие, не больше. Он на меня почти и не смотрел.
Покрутив варианты так и эдак, решили остановиться на втором, как самом вероятном и одновременно самом многообещающем в плане расследования. Борден прикинул, что за пару дней сможет составить для нас список тех, кто выиграл бы от смены руководства. С пометками, что конкретно они от этого будут иметь.