Дочь хранителя тайны
Шрифт:
– Я помню. – Феба отодвинула головоломку и выдавила еще немного кетчупа на мясной рулет. – Он сказал: пойдем ко мне домой, Феба. А я говорю: хорошо, только сначала я должна спросить у мамы.
– Умница! – вырвалось у Каролины.
– Значит, можно? Ты разрешаешь пойти завтра к Майку домой?
– А где он живет? Феба пожала плечами:
– Не знаю. Я его вижу в автобусе.
– Каждый день?
– Да. Так разрешаешь? Я хочу посмотреть его птичку.
– А можно и я с тобой? – осторожно предложила Каролина. – Поеду с тобой завтра на автобусе, познакомлюсь с Майком, и он покажет нам птичку. Как ты на это
– Хорошо, – согласилась довольная Феба и допила молоко.
Каролина два дня ездила с Фебой на работу и с работы, но Майк так и не появился.
– Детка, боюсь, он тебя обманул, – сказала она Фебе в четверг вечером, когда они мыли посуду.
Феба была в желтом свитере; на ее ладонях краснели мелкие порезы от бумаги, которую она копировала на работе. Каролина смотрела, как ее дочь поочередно берет тарелки и осторожно вытирает их, благодарила судьбу за то, что с Фебой ничего не случилось, и с ужасом думала об опасностях, подстерегающих ее на каждом шагу. Кто этот неизвестный Майк и что бы он сделал с Фебой, если б она пошла с ним? Каролина оставила в полиции заявление, но почти не надеялась, что Майка найдут. Ведь, по большому счету, ничего не произошло, к тому же Феба не смогла описать его внешность, запомнила только золотое кольцо и синие кроссовки.
– Майк хороший, – настаивала Феба. – Он не стал бы обманывать.
– Милая, не все люди хорошие и не все желают тебе добра. Он не пришел к автобусу, как обещал. Он хотел обмануть тебя, Феба. Ты должна быть осторожна.
– Ты всегда так говоришь, – ответила Феба, бросая кухонное полотенце на шкафчик. – Про Роберта тоже.
– Тут другое. Роберт не станет тебе вредить.
– Я люблю Роберта.
– Знаю. – Каролина прикрыла глаза и глубоко вздохнула. – Послушай, Феба, я тоже очень люблю тебя и не хочу, чтобы кто-то тебя обидел. Иногда люди опасны. И тот мужчина, по-моему, опасен.
– Я же не пошла с ним, – сказала Феба, уловив страх в суровом тоне Каролины. Она поставила последнюю тарелку на полку и, чуть не плача, повторила: – Не пошла!
– Ты умница, – похвалила Каролина. – Ты поступила правильно. Никогда, никуда и ни с кем не ходи.
– Если только они не скажут пароль.
– Верно. И пароль тоже секретный, никому его не говори.
– Старфайер [6] ! – просияв, громко прошептала Феба. – Это секрет.
– Да. – Каролина опять вздохнула. – Секрет.
Старфайер – героиня комиксов
Утром в пятницу Каролина отвезла Фебу на работу. Вечером она сидела в машине и ждала ее, глядя в окно копировальной мастерской, как Феба ходит за стойкой, сшивает документы, шутит с Мэкс, своей сослуживицей. Эта молодая женщина каждую пятницу водила Фебу обедать и не стеснялась отругать ее, если та не справлялась с заданием. Феба работала здесь уже три года и любила свою работу. Каролина наблюдала за дочерью, движущейся за стеклом, думая о том, сколько ей пришлось воевать, доказывать, организовывать, бороться с бумажной волокитой, чтобы это стало возможным. А сколько еще предстоит? Ведь происшествие
А еще – Роберт.
По дороге домой Феба болтала о работе, о Мэкс – и о Роберте, Роберте, Роберте. Он придет завтра, и они будут вместе печь пирог. Каролина слушала и радовалась, что завтра уже суббота, а значит, скоро вернется Ал. У эпизода с незнакомцем из автобуса есть свой плюс: у Каролины появилась причина подвозить Фебу на работу и забирать домой – и ограничить время, которое она проводит с Робертом.
Когда они подошли к двери дома, внутри звонил телефон. Каролина вздохнула. Телефонный торгаш пытается всучить какое-нибудь барахло или сосед попросит сдать деньги на кардиологический фонд; в лучшем случае ошиблись номером. Дождик с приветственным мяуканьем вился вокруг ее ног.
– Брысь, – сказала она и сняла трубку.
Звонили из полиции. Человек на другом конце провода откашлялся и попросил к телефону Каролину Симпсон. Она удивилась и обрадовалась: значит, все-таки нашли человека из автобуса.
– Каролина Симпсон слушает, – произнесла она, глядя на Фебу. Та тискала Дождика.
Человек еще раз откашлялся.
В памяти Каролины этот момент остался бесконечно долгим. Время тянулось и ширилось, пока не заполнило комнату целиком и не вдавило Каролину в кресло, хотя известие было очень простым, и на то, чтобы его сообщить, вряд ли ушло больше минуты. Грузовик Ала слетел на повороте с дороги, снес ограждение и врезался в холм. Ал, со сломанной ногой, находится в больнице, в той самой травматологии, где много лет назад Каролина согласилась выйти за него замуж.
Феба пела песенку Дождику, но почувствовала неладное и, стоило Каролине повесить трубку, вопросительно подняла глаза. Каролина объяснила, что произошло, но уже за рулем, по дороге. В кафельных коридорах больницы на нее нахлынули воспоминания о том давнем дне: быстро распухающие губы Фебы, ее прерывистое дыхание, Ал, вмешавшийся, когда Каролина разозлилась на медсестру. Теперь Феба взрослая, идет рядом с Каролиной в своем рабочем жилете. А они с Алом уже восемнадцать лет как женаты.
Восемнадцать лет.
Он не спал; темные с проседью волосы выделялись на белой подушке. При виде жены и дочери попытался сесть, но скривился от боли и снова упал на подушку.
– Дорогой мой! – Каролина бросилась к нему, схватила за руку.
– Все нормально. – Он прикрыл глаза и сделал глубокий вдох.
У Каролины все замерло внутри: она Никогда не видела Ала таким обессилевшим. Он мелко дрожал, на челюсти возле уха билась жилка.
– Эй, не пугай меня! – Она попыталась спрятать за шуткой свой страх.
Ал открыл глаза и легко дотронулся до ее щеки. Она накрыла его ладонь своей, сморгнула подступающие слезы.
– Как это случилось? – прошептала она.
Он вздохнул:
– Сам не понимаю. День был ясный, я ехал себе и пел под радио. Думал, как было бы здорово, если б ты все-таки поехала со мной… И вдруг – бац, протаранил ограждение! А дальше ничего не помню. Очнулся здесь. Трейлер угробил. Копы говорят, еще десяток ярдов в какую-нибудь сторону – и от меня бы только воспоминание осталось.