Дочь Хранителя

Шевченко Ирина С.

Дивера безумно раздражала эта формулировка. Совет Пятерых! Совет Трех — так было бы правильнее! Троица старых зануд, охраняющих глупые правила, изжившие себя за тысячелетия!

Джайла — третья в совете, Видящая Суть — въедливая стерва, с которой нужно ежеминутно быть начеку. Ложь чувствует сразу, на лесть и уговоры не поддается.

Алан — второй в Совете, Палач Драконов — носитель единственного Качества, которое передается в момент инициации. В совете всегда должен быть палач. Сколько раз Дивер жалел о том, что не ему дана власть лишать Хранителей их силы и блокировать магию

миров.

И Гвейн. Этот, пожалуй, опаснее прочих. Казалось бы, всего лишь Хранящий Слово, законник и книгочей. Ан нет! Не так прост старик, недаром же первый старейшина. А самое главное, и Алан, и Джайла поддерживают его, не оставляя простора для действий прочих членов совета.

Как же это унизительно — быть среди прочих!

— Да, проверить стоит, — задумчиво повторил Кадм.

Четвертый старейшина, Хранящий Кровь. Тот, кому подвластна живая материя, кто мог бы с легкостью Творца создавать новые виды и населять ими миры. Если бы, конечно, ему позволили.

— Вот и проверь. — Дивер откинулся на спинку кресла и устало закрыл глаза, давая понять, что разговор окончен.

В конце концов, это больше его, Кадма, касается. Это ведь он чуть было не лишился места в совете и статуса Хранителя, когда-то проигнорировав законы и запреты. А Дивер лишь помог ему уладить тот инцидент. Естественно, не без тайного умысла. Ему нужен был единомышленник в совете, тот, кто поддержал бы его в спорах с Первыми, а на смену низложенному Кадму мог прийти еще один брюзга-буквоед, твердящий в унисон с остальными, что Хранители обязаны хранить, а не властвовать. Такая мелочь, одно слово, и все надежды идут крахом. Храни, а не властвуй. Властвовали древние владыки, те, от кого теперь остались только воспоминания. А ты — лишь Хранитель. Вот и знай свое место. А зачем тогда дана им невероятная сила, если нет возможности использовать ее в полную мощь? Почему их удел наблюдать со стороны, в то время, как жалкие ничтожества, населяющие вверенные им миры, имеют больше свободы? Почему даже этими букашками нельзя управлять, когда они, словно паразиты, пьют силу миров, растрачивая ее на свои мелкие прихоти?

— Я проверю. — Кадм все еще был в кабинете. — А если выяснится, что это она?

Дивер открыл глаза:

— Хочешь знать, помогу ли я тебе снова?

Гость неприятно усмехнулся:

— Это я и так знаю. Поможешь. У тебя вариантов нет.

Он развернулся на каблуках и вышел.

Вариантов нет? Это как посмотреть.

Дивер прислушался к звуку спускающегося лифта, через пару минут уловил легкую вибрацию — открылся портал. Кадм не привык ходить пешком, и будь его воля, он бы телепортировался к вратам прямо из здания, но Хранитель Дифрана не позволял использовать силу в своем жилище.

Убедившись в том, что теперь его не потревожат, Дивер открыл один из ящичков стола и вынул на свет небольшую шкатулку.

— Вариантов нет? — прошипел он, извлекая из нее круглый прозрачный диск и устанавливая его в стоящий рядом проектор. — Варианты есть всегда.

Интересно, что бы сказал Гвейн, если бы увидел эту запись?

Фелли, один из Миров Кадма. Зал у врат. Почему-то нет открывающего, и пришедшего

через портал человека встречает лично Хранитель. Тогда у него еще не было этой нелепой бородки.

— Все сделано?

— Да, господин.

Человек робел перед драконом, это было заметно.

— Заряды?

— Я расставил все там, где вы и сказали, господин…

На самом деле места указал Дивер. Лаборатория строилась по его проекту, и он знал в ней каждый уголок.

— Листовки? Кошка?

— Да, господин.

— А те, кто был внутри?

Идущий вздрогнул:

— Я сделал все, как вы велели.

— Врешь. Ты не убил девчонку. Почему?

Дивер часто потом думал, почему. Почему, свернув шею охраннику, отправив на тот свет троих лаборантов и расстреляв обитателей четырех закрытых боксов, наемник не смог убрать одну беззащитную малявку? Неужели пожалел?

— Становишься сентиментальным, Эрго. — Кадм тогда решил так же. — Вот и придушил бы ее из жалости. А так несчастное дитя изжарится живьем по твоей милости…

Даже на записи видны мелкие капельки пота, выступившие на лбу идущего. Представил. Понял.

— Неважно, — махнул рукой Хранитель врат. — Главное, наружу не выберется. Так что можно считать, с работой ты справился.

В руку идущего упал тяжелый кошель. Золото высоко ценимо во многих мирах.

— Я могу идти, господин?

— Врата за твоей спиной. Выйдешь на Крагасе. Будешь держать язык за зубами, проживешь долгую и безбедную жизнь.

— Спасибо, госпо…

Вышедший из портала мужчина выдернул нож из оседающего на пол тела, повел над умирающим рукой, и того окутала синеватая дымка. Через секунду у ног Хранителя останется только горстка пыли.

— Всегда доводи дела до конца, Кадм.

Дивер, сидящий за столом в кабинете, мрачной улыбкой приветствовал Дивера на экране. Вовремя он тогда явился, еще немного и пришлось бы искать Эрго по всему Сопределью.

— Бездна! — Хранящий Кровь не оценил помощи. — Это был мой лучший исполнитель!

— Спокойный сон и место в совете не стоят его никчемной жизни? К тому же он не выполнил заказ, не убил эту тварь.

— Она осталась внутри. Можно забыть о ней.

— Надеюсь, ты не забудешь так же и о моей помощи? Ведь если бы я не предупредил тебя, через два дня члены совета познакомились бы с одним крайне занимательным созданием. И думаю, они не были бы рады знакомству…

Дракон погасил экран. И что мы имеем? Полная запись опасна для него тоже, но если вырезать разговор Кадма с Эрго? Поймут? Должны. Не настолько же они глупы? Но это — на самый крайний случай.

Пятый в совете убрал диск и повернулся к коммуникатору.

— Лайли, милая, сделай-ка мне еще чашечку кофе.

Тар, Марони

Сентябрь, 1056 г.

Галла

Дом, который Рошан приобрел через одного из своих идущих, когда-то принадлежал школьному смотрителю. Несколько лет назад старик умер, и его дочь, жившая с семьей в городе, была рада, что на скромное жилище на отшибе нашлись покупатели.