Дочь Императора. Том 2

Еремина Дарья Викторовна

— Вот теперь все мои женщины в сборе. — Улыбнулся отец, оборачиваясь и раскрывая руки для объятий. Такой свежий и красивый, теплый и сильный.

— С Днем рождения. — Прошептала я. — Мне так стыдно…

— Мне тоже… — Засмеялся он ободряюще. — Ты мне ответишь на один вопрос, и мы пойдем вниз, хорошо?

Я подняла лицо, удивленно внимая. Что я умудрилась натворить, сама того не ведая?

— Как ты связана с…

— Хермен Тесх. — Подсказала Целесс, вздыхая. То, что она уже увидела, как мы связаны, было очевидно. Но ответа требовал отец.

Я отошла на шаг, разводя ладони в стороны, и выражая

этим намерение объяснить… и поняла причину вопроса. Обернулась к ланитке, вскидывая брови в немом вопросе. Целесс кивнула. Виновато нахмурившись, подняла взгляд к отцу.

— А можно это считать подарком на День рождения? — Поморщилась я, не зная, куда деться от его взгляда.

— Он харенхешский подданный. На нас вообще не падают подозрения. Но может, ты объяснишь, каким образом ты умудрилась завербовать харенхешца для убийства главы Дозарана?

Закусив губу, я посмотрела на Целесс. Она наблюдала насмешливо, согревая взглядом.

— Он жив? — Обернулась к отцу.

— Да, жив. Целесс по доброте душевной помогла ему сбежать от дворцовой охраны.

— По доброте душевной? — Улыбнулась она. — То, что его послала Дайан, вытащили бы из него два-три специалиста сегодня же.

— Я хотела бы оставить это на своей совести, отец.

— То есть отвечать ты не собираешься? — Склонил он голову набок удивленно. Я отрицательно качнула головой. — Ну что ж… Пойдем выпьем за мое здоровье сладкого дозаранского…

Целесс засмеялась, спрыгивая с перил. Марго поднялась, напоминая о своем присутствии тихим шуршанием роскошного серого платья. Я задержала на ней взгляд, любуясь. Когда отец с Целесс вышли с балкона, она обняла меня за талию и наклонила голову к себе, целуя в скулу.

— Спасибо, родная. — Прошептала практически беззвучно.

Развернулась и пошла за сыном. Я стояла, недоумевая. По коже ползли мурашки. Горло неожиданно сковало. Несколько раз глубоко вздохнув, я обернулась в сад, где на деревьях вот-вот собирались взорваться листьями почки. Обняв себя за плечи, я посмотрела на блики света на щите. Пробежалась взглядом по ближним деревьям и воротам справа, разворачиваясь к двери. Замерла, возвращая взгляд к воротам. Склонила голову, вглядываясь в высокую фигуру, освещенную фонарями на высоком заборе особняка. Будь это кто угодно, щит над домом Императора пробить в одиночку было под силу лишь Целесс. Ни мысль, ни эмоция не могли выйти наружу или войти внутрь. Когда человек откинул капюшон и на голом черепе заиграли блики фонарей, я чуть улыбнулась. Тесх приподнял подбородок в немом вопросе. Я утвердительно кивнула и пошла внутрь. Со всеми квиты.

Вечер в доме отца был теплым и радостным. Основной темой, естественно, была война и ее скорое окончание. Целесс кружилась в абсолютном и непререкаемом центре внимания. Взгляд отца светился неприкрытой любовью. Впрочем, как и деда — к Марго. Только на лице Кларисс не было улыбки. И, возможно, на моем. Не было радости. Было тихое спокойное удовольствие и удовлетворение, но не радость.

Когда я поймала на себе ее взгляд, отводить глаза было уже поздно. Полукровка смотрела долго и внимательно, но что выражал этот взгляд, я понять не могла.

Часа через три гости начали потихоньку рассасываться. Я улыбалась, прощаясь. Кажется, я перестала задаваться вопросом:

«Верят ли они, что я его дочь?» Многое перестало иметь значение. Все изменилось. Все прошло…

Обнаружив себя в одиночестве у окна Обеденной залы, я посмотрела на Нис у ног и улыбнулась ей. Анж убирала со стола, поглядывая на меня озадаченно. На Зальцестер уже давно опустилась глубокая ночь. Выйдя из залы, я побрела по коридору, ища кого-нибудь, с кем можно было бы попрощаться и размышляя о месте нахождения Ниары. Из библиотеки Саши доносились голоса. Остановившись, я прислушалась, не решаясь зайти. Кларисс, Саша… Других голосов слышно не было. Говорили о Ройсе. Заинтересованно прислонившись к стене, я замерла. Вздохнула, хмурясь. И открыла дверь, осторожно заглядывая.

— Можно мне его увидеть? — Спросила тихо.

Кларисс усмехнулась, Саша удивленно вскинул брови. Прикрыв за собой дверь, я прошла к дивану.

— Зачем? — Спросила полукровка как-то едко.

— Думаю, он будет не против. — Повела я подбородком, избегая ее взгляда.

— Он-то не будет. Тебе это зачем? Если ты думаешь, что своим визитом сделаешь кому-либо хорошо, то глубоко ошибаешься.

Я обернулась к Саше.

— Дайан, не стоит. Я тоже не вижу надобности и причин для твоего посещения парня. — Ответил дед на мой взгляд.

Я подумала о том, что хотела бы навестить его хотя бы для того, чтобы сделать больно. Но это была только часть причины. Ройс был в гильдейской тюрьме… А я узнала на себе, что такое минута, проведенная за решеткой…

— Он зовет тебя дедом. — Вспомнила я тихо.

Саша нахмурился, отворачиваясь к камину.

— Почему ты против? — Обернулась я к полукровке.

— Ройс проведет в Немом замке минимум полсотни лет. А возможно и дольше, намного дольше. Он не выйдет до тех пор, пока Объединенные земли помнят все, что он натворил и в чем продолжает признаваться мне при каждой встрече… — Она зло сжала кулак на подлокотнике. — Но Ройс — мой сын. И я люблю его, несмотря ни на что. Тебе же там делать нечего. Появившись раз-другой, ты исчезнешь. И сделаешь этим ему еще больнее, чем, если не появишься вообще. А я не хочу ему боли… не хочу.

Сглотнув, я опустила голову. Она права. Что же он натворил такого? Вряд ли она знала о нас. А знала бы, удивилась моему желанию увидеть полукровку еще больше.

— Я хотела бы увидеть Ройса. — Сказала я, поднимая голову.

Кларисс обернулась от камина. Посмотрела как на не вполне понимающего, что он говорит, человека.

— Я же сказала: я против.

— Я попрошу отца.

— Ройс — мой сын. Не Андреса…

— Ты сидела когда-нибудь за решеткой? Сама. Одна… В темноте. Не зная, увидишь ли ты когда-нибудь дневной свет и людей, услышишь ли когда-нибудь человеческий голос?

— Дайан, я понимаю, что ты пережила тяжелый месяц в Харенхеше. Но твоя жалость сделает ему лишь больнее. Я этого не допущу. — Сказала она твердо.

Я поднялась с дивана, собираясь к отцу. Прошла в обеденную залу к Анж, спрашивая, где отец и не занят ли. Женщина предложила отложить мое дело на утро. Ниара замаячила за спиной, оповещая о том, что она никуда не делась. Вздохнув, я собралась домой.

Когда с утра дома его не оказалось, пришлось воспользоваться иллюзором. Было видно, что он занят.