Дочь Империи
Шрифт:
Кейок коротко кивнул. Мара заметила, что его рука легко сжала рукоять меча. Медленно, в напряжении проходили минуты. Наконец показался еще один чо-джайн, более рослый. С таким же нетерпением, как и ее свита, Мара ждала, пока вновь прибывший прокладывал себе путь сквозь толпу молодых воинов. Он поравнялся с тем, кто стоял напротив Кейока, и что-то прощелкал на своем языке. Вероятно, то был приказ. Некоторые из столпившихся юнцов опустили свои грозные руки-клешни и поспешили убраться, но большая часть осталась, включая того, кто загораживал дорогу. Потянувшись к нему, старший чо-джайн без всяких предупреждений мертвой хваткой сдавил торс младшего. В течение нескольких секунд
Оставшийся чо-джайн, примирительно пощелкав, отсалютовал прибывшим и перешел на язык цурани:
– Слава и честь вашему дому, люди.
Кейок ответил на приветствие цуранским салютом, и чо-джайн счел нужным дать объяснения:
– Этот юнец не привык к виду людей. Он был готов затеять сражение, в другие последовали бы его примеру, если бы я не свалил его на землю.
Тихо, но так, чтобы все слышали, Аракаси сказал:
– Чо-джайны наиболее уязвимы, когда их вот так сбивают с ног. Они удивительно подвижны, но потеря равновесия - серьезная опасность для них.
– Правильно, - согласился чо-джайн.
– Когда я швырнул этого сорванца на землю и не сразу позволил подняться, он должен был понять, что я сильнее и ему против меня не устоять. Я - Ратарк'л, солдат улья Кайт'лк.
– Он поклонился вполне по-человечески, а затем жестом пригласил их следовать за ним.
– Ваши цвета мне незнакомы, но я понимаю, что вы не из дома Инродака. Его служители носят цвет; который мы не можем видеть. Вы, люди, называете его красным.
– Мы из Акомы, - сообщил Кейок и, указав на паланкин Мары, добавил: - Здесь находится госпожа, властительница Акомы. Она прибыла издалека, чтобы встретиться с вашей королевой.
Чо-джайн, казалось, пришел в волнение:
– Вероятно, я недостаточно хорошо понимаю ваш язык. Мне известно, что у вас есть властители. А властительница... Тут есть какая-то тонкость?
Кейок ответил, повторив при этом жест, который у чо-джайнов выражал почтение:
– Она нами правит.
Чо-джайн был потрясен. Его глаза засверкали, когда он с уважением, которого не проявлял раньше, повернул голову в сторону паланкина; однако разглядеть Мару за занавесками он не мог.
– Правит! Человек, мы никогда еще не видели ни одной из ваших королев! Я поспешу к нашей королеве и доложу ей о вашем прибытии.
Чо-джайн резко повернулся и ринулся к входу в улей.
Несколько удивленный бесхитростным поведением чо-джайна, Кейок повернулся к Аракаси:
– Ну, что скажешь? Как это понимать?
Аракаси пожал плечами и кивком показал, что надо все-таки продвигаться к улью.
– Я полагаю, что солдаты внутреннего гарнизона в этом улье никогда прежде не видели женщину цурани. Здесь бывают только торговцы и посланники властителя Инродаки. Вполне возможно, что на их памяти это первый случай, когда для переговоров с их владычицей явилась женщина, да не просто женщина, а властвующая Госпожа. Такое событие для них - нечто небывалое, и эта новизна может иметь для нас интересные последствия.
Кейок застыл на месте:
– Опасные?
– Вероятно нет. Хотя ничего нельзя сказать наверняка, если имеешь дело с молодыми воинами, особенно когда они так возбуждены из-за предстоящего переселения
Из паланкина послышался голос Мары:
– Не стоит толковать о риске, Кейок. Если мы не добьемся союза с новой королевой...
Кейок бросил быстрый взгляд на госпожу. Он, как и Накойя, знал, что Мара не склонна поступать по чьей-либо указке, когда вынашивает планы и принимает решения. Однако, в отличие от старой няни, он не пытался настоять на своем. Военачальник кивнул головой, и отряд снова двинулся к улью. Когда процессия достигла кургана, из арочного входа выступил почетный караул чо-джайнов. Двое из этих воинов красовались в гребенчатых шлемах с плюмажами - точь-в-точь как у офицеров цурани. Хотя никакого особого приказа не последовало, вереницы деловитых чо-джайнов, направлявшихся в улей и из улья, перетекли на боковые дорожки, ведущие к более скромным аркам по обе стороны от главного входа. Кортеж Акомы остановился перед почетным караулом. Чо-джайн, стоявший впереди, низко поклонился, согнувшись для этого в месте сочленения двух нижних частей туловища.
– Я - Лакс'л, военачальник улья Кайт'лк.
Кейок также поклонился:
– Я - Кейок, военачальник семьи Акома. Слава и честь вашему улью!
– Слава и честь вашему дому, Кейок из Акомы. Кейок жестом указал на паланкин:
– Там, внутри - Мара, правящая госпожа рода Акома. Лакс'л, сразу же преисполнившись почтения, проговорил:
– Один из наших воинов доложил, что нас посетила королева из рода людского. Это она - мать Акомы?
За Кейока ответил Аракаси:
– Она молода, но впоследствии станет матерью будущих властителей Акомы.
Все чо-джайны, стоявшие в почетном карауле, неожиданно издали пронзительный крик. Всякая деятельность около входа прекратилась. Некоторое время ник-то не двигался - ни люди, ни чо-джайны. Затем военачальник чо-джайнов низко склонился чуть ли не до земли, а в следующее мгновение то же сделали все остальные чо-джайны. Когда они распрямились и зашагали по своим делам, Лакс'л произнес:
– Мы приветствуем королеву рода людского в улье Кайт'лк. Нашу государыню известят о твоем прибытии без промедления. Мы хотели бы также сообщить ей причину твоего визита, если ты разрешишь.
– Разрешаю, - тотчас сказала Мара. Так как задержка казалась неизбежной, она позволила носильщикам опустить носилки на землю, но все же осталась под прикрытием тонких занавесок.
– Передайте вашей государыне, что мы пришли с просьбой оказать нам честь и вступить с нами в переговоры о том, чтобы улей для новой королевы был построен на земле Акомы.
При этих словах чо-джайн удивленно вскинул голову:
– Быстро распространяются новости в Империи. Молодая королева появилась на свет совсем недавно, и она пока не готова к тому, чтобы выйти за пределы улья.
Мара прикусила губу. Время было на исходе: приближался назначенный день свадьбы, и к тому же в отсутствие Мары поместье оставалось весьма уязвимым. Накойя и Джайкен мудры и осмотрительны, но они бессильны помешать вражеским лазутчикам донести своим хозяевам о таинственном отъезде властительницы. Каждый день увеличивал риск нападения на гарнизон Акомы, все еще слишком малочисленный. Повинуясь безотчетному порыву, Мара быстро раздвинула занавески.
– Военачальник чо-джайнов, - провозгласила она, прежде чем Аракаси или Кейок успели присоветовать ей что-то другое, - если будущая королева не может встретиться со мной за пределами улья, то я хотела бы прийти к ней, если разрешит ваша правительница.