Дочь Мидисы
Шрифт:
У наложниц и жен планировка была та же, но роскошнее с фонтаном по центру в общем помещении, с большим балконом с видом на сад, а не на основную площадь. Ковры роскошнее и пушистее, светильники уже скорее произведения искусства, очень изящные и похожие на маленьких невиданных птиц. И, конечно, полагались роскошные, из дорогих тканей наряды, драгоценности, о которых мы пока могли только мечтать. Они, конечно, были, но из ткани попроще и бижутерия. Да и комнатки у нас были маленькие, с небольшими окнами у каждой, что было уже благом. Я легко в них протискиваясь, проверено. Но вот девушка более пышная уже не смогла бы. У наложниц же были достаточно большие хоромы у каждой, гардеробные,
Знаю, поскольку часто приходится ходить в это крыло лечить или носить те, или иные зелья наложницам.
Кстати, комнаты для слуг чаще всего были ещё меньше наших и без окон. Только те, кто занимал более ценные позиции имели комнаты с окнами и больший размер. Слава Светлой, маму Аришу хозяин ценил и у нее было небольшое оконце, выходящее во внутренний двор.
Выйдя в общий зал, обнаружила, что почти все девочки уже ушли в класс. Добежала до своей комнатушки и, быстро скинув одежду, переоделась в топ и шаровары с бубенцами. Наряд был стандартного серого цвета с крупным символом дома на груди и на штанинах. Далее прошла по паре коридоров, отодвигая завешанные полупрозрачным газом арки переходов, поднимаюсь по лестнице, и вот уже видна приоткрытая дверь музыкального зала.
Пока я пробегала из одной части дома в другую уже стемнело и зажглись светильники. Лучше мне от этого ни разу не стало. У нас на юге переход от дня к ночи всегда резкий. Буквально полчаса и из яркого дня на землю опускалась ночь.
И только я хотела пройти в класс, как холод пробрался куда-то под кожу замораживая грудную клетку и холодя пальцы рук. Я, не думая, спряталась за горшок с цветком, благо, это мое спасение, что они такие раскидистые, и стала ждать что произойдет.
Через секунд 15 из зала вышел Марин.
Теперь понятно, от чего меня сковал холод. Я предчувствовала неприятные или опасные мне моменты, но дальностью буквально пять, может десять минут от настоящего. Пару раз случалось чувствовать наоборот как солнце греет внутри. Это значило что-то крайне важное и хорошее в ближайшее же время. Так было когда я нашла пару очень важных ингредиентов для зелий и когда очень уж удачно задержалась в коридоре и не попала на одного очень назойливого гостя, что вне аукциона выкупил себе наложницу. Нате тогда не повезло. Хотя. может и повезло. Она уже считалась перестарком и задержалась тут.
Да, ещё один важный момент. На мне, как и на всех рабах, был надет ошейник. А они были разные. Разделялись по внешнему виду и по назначению:
— Мужчинам — воинам ошейники делаются как лента, охватывающая шею, состоящая из небольших звеньев где-то 3 на 2 см.
— Слугам, вне зависимости от пола, делались более свободные ошейники. Они выглядели как достаточно толстые цепочки с небольшой металлической пряжкой, лежащей на ключицах.
— В гареме девушкам на продажу ошейники делались внешне напоминающие крупную бронзовую пластину, что лежала немного ниже ключиц и держалась на цепочке вокруг шеи.
— Наложницам же делали целые произведения искусства, зачастую ручной работы и из драгоценных металлов, например, золота. Но в каждое украшение обязательно входил небольшая пластина — кругляш размером опять же 3 на 2 см.
По функционалу ошейники давали хозяину возможность при желании узнать где ты. Достаточно закрыть глаза и сконцентрироваться. Но эта функция работала только на небольшой радиус, вроде территории нашего поместья. Далее же хозяин мог почувствовать только жив ли раб и направление, где тот находится.
Поэтому, когда настраивали ошейники, ориентировались на тех, кто был. Моя магия, видимо, сильнее. Поэтому хоть немного, но прорывалась. Правда, бывали и неприятные осечки. Интуиция молчала, когда должна была предупредить. Поэтому я все равно старалась смотреть в оба. К тому же интуиция — лишь одна из моих сил. Я так же чувствовала воду. Когда я была одна или с мамой Аришей могла немного потренироваться. Конечно, такие ситуации, чтобы мы с ней были наедине случались редко и она каждый раз страшно переживала, но хоть какая-то практика. Я читала, что если магию совсем не использовать, то она могла и пропасть спустя время.
Помню, как в возрасте 13 лет первый раз с испуга я облила охранника, что издевался надо мной. Ему нравилось зло подшучивать над одинокими детьми, а друзей среди девочек у меня никогда особо не было. Так что доставалось постоянно. Хорошо, что мама Ариша была рядом и сделала вид, что это она его случайно облила. Мы обе просидели по отдельности в подвалах почти сутки за такую выходку, а ему ещё и дали лишний день отдыха за преподанный урок.
После этого я старалась не использовать силы вблизи взрослых и охраны. Один раз повезло, но в следующий раз могло и не повезти.
Я подождала ещё пару минут и вошла в зал.
Девушки не особо меня любили. Не понимали моего увлечения медициной, копанием в земле и сложными книгами. Для них это все было слишком скучным, грязным и не интересным. Они направляли всю свою энергию на то, чтобы привлечь как можно более высокого по положению покровителя и оправдать желания, и отточить навыки для своих хозяев. Чтобы устроиться в жизни как можно лучше, выше, богаче. Все мы считались конкурентками друг другу. Благо, девушкам часто требовались те или иные зелья. Наиболее частые это косметические конечно, для здоровья реже. А вот от нежелательной беременности или наоборот, сделать не более вероятной брали уже наложницы и жены. Особенно кто постарше, но ещё не утратил свою красоту. Так что без веской причины мне старались не вредить ни те, ни другие. С мамой Аришей у них был другой разговор, да и именно эти зелья делала именно я и могла усилить нужный эффект.
Хотя всегда были исключения, конечно. С Арианной мы еле переносили друг друга ещё с детства. Она старше меня всего на четыре месяца. То есть, через месяц ей будет 18. Признанная красавица. Обладательница густых, длинных, гладких иссиня-черных волос чуть ниже талии, красивых раскосых кошачьих карих глаз, пухлых губ и врождённых способностей к танцам и музыке. Она играла почти на всем легко и непринужденно. Ее голос, когда она пела, завораживал даже меня. Само по себе на нее было можно было смотреть и слушать часами. Даже я восторгалась, когда она танцевала грациозно и чувствуя ритм. Нооо…. Такое большое НО. Стоило ей открыть свой рот в моем направлении, то вся прелесть девушки рассыпалась осколками и проявлялся весь ее мелочный, скользкий, истеричный характер. Она как перерождалась. К своему стыду, столько терпения во мне не было, и мы очень часто с ней цапались. И с ее подпевалами тоже. Большинство девушек в этих потасовках держало нейтралитет, но часть активно ее поддерживала и даже бывало мне пакостила.