Дочь Солнца

Андреева Олеся

Все это, конечно, замечательно, но перебежчик пока еще ни слова не сказал об исчезновении магии с нашей стороны. Знает ли он об этом, но молчит, либо это будет форс-мажорное решение Витора? Я внимательно следила за выражением лица молодого мага, выдаст он себя или нет? Хотя из меня раньше психолог-то был не очень. Здесь, конечно, помогла бы Ная, она, как эльф чует ложь за версту, но вот чувства, вспыхнувшие, ей бы, наверное, помешали. Похоже, Лука у всех вызвал доверие, кроме Роса. Значит, я пока сохраню при себе свои данные.

— Почему ты принес мне оберег? Не боялся, что Витор узнает?

— Я до сих пор боюсь. — Ответил Лука,

и я ему верила.

— Почему он мне не помог? Оберег, я имею в виду. Я не избежала неприятных моментов.

— Но, все же ты здесь в целости и сохранности.

Это было резонно, я не стала возражать. Раз уж Ниал оберег проверил и сказал, что он в порядке, значит он в порядке. Неизвестно, что со мной было бы, не возьми я с собой эту мелкую вещицу.

— Так что конкретно ты предлагаешь, Лука?

Судя со слов нашего нового друга, Витор собирался приводить в действие свой замечательный план "Барбаросса" через полтора дня сразу после полуночи. Часов в запасе немного, но может, я за это время хоть выспаться успею?

Моя новая комната начинала мне нравиться. Что-то в ней изменилось с моего первого появления здесь. Пространство подстраивалось под меня, мои особенности восприятия. Окна стали выше, помпезная кровать стала менее кричащей, но не менее удобной. Позолоченные багеты картин, канделябры, вазы и прочая чепуха растаяли, оставив после себя только намек на роскошь. Появились изогнутый, витые абсолютно абстракционные вещи, полностью подчеркивающие бардак в моей голове. Я завалилась на кровать, глубоко и ровно вздохнула-выдохнула, подготавливаясь отойти ко сну.

Но нет, не пришлось. В другой раз.

Сестра вошла в мою комнату, не постучав. Надо же, когда такая напряженная ситуация, раздражают даже незначительные мелочи. Но позыв послать ее к черту я послала куда подальше. Так как у нас так и не было времени нормально пообщаться. А хотелось очень. Силла объявилась в моей жизни внезапно и по идее, если все закончится благополучно, останется моим единственным живым родственником. Поэтому я решила проявить терпимость. (Кстати, чего это я такая высокомерная?)

Она села на край моей кровати. Запыхавшаяся, лохматая, глаза бешено горят. Так я обычно выглядела перед написанием новой картины, когда идея втемяшивалась в голову и не желала уходить, пока я хотя бы не сделаю первые наброски.

— Прости, что я тебя втянула во всю эту историю, заставили пройти Испытание. — Силла задергала ногой, отвернувшись. — Возможно, было бы лучше для тебя, если бы ты осталась там, на Земле.

Если бы я осталась на Земле… Я уже толком и не осознаю, что есть Земля и была ли она когда-либо в моей жизни. Жизнь, прожитая там, подернулась дымкой и казалась нереальной, никогда не происходившей выдумкой. И чем больше я вникала в хитросплетения Эрланты, тем больше от меня отдалялась Земля.

Я ответила не сразу, потому что не могла понять, что на самом деле чувствую. Хотела ли я покоя там или суматохи здесь? Долгую жизнь там или последние дни здесь? Какая собственно разница, все уже произошло. Я обняла сестру и подумала, а она меня услышала. Стоит ли прожить долгую обыкновенную жизнь или взять взамен яркую вспышку? Я иногда думала об этом на Земле незадолго до того, как меня встретили Ниал и Феод. Тогда я сказала себе, что да. Стоит прожить жизнь, полную тех вещей, о которых мечтаешь, пусть даже эта жизнь будет длиться всего неделю.

Я

не знала точно, правда ли я так считала или это было сделано для сестры. Когда я появилась здесь, Силла казалась мне такой уверенной и нерушимой, как Советский Союз. Но вот и она пала, как он. Сейчас сестра тайно, не признаваясь себе в этом, искала укрытия, она сама бы предпочла быть на Земле и ничего не знать, не видеть, как умирает то, что она так любила. А мое преимущество было в том, что я не успела полюбить эту страну и людей, как она. А может это и недостаток, ей есть, за что бороться. А мне — нет.

— Слушай, давай лучше поговорим о твоей свадьбе с Росом! И почему я об этом узнаю не от сестры, а от вражеского перебежчика?

Сестра моя покраснела, став пунцовой, как спелый помидор. Что я вижу, железная леди Родной Земли от смущения опускает глаза и мило улыбается! Силла засмеялась, услышав мои мысли.

— Я действительно выгляжу, как глупая гусыня?

Я уже собиралась выдать ей тираду о том, что любить это прекрасно и что они с Россом замечательная пара. А так же, что их союз выгоден для Родной Земли, так как майор так же любит империю, как и свою императрицу.

Но и тут мне помешали. В голове зазвучал ликующий голос Серафимы: "Нашли! Давайте к нам". Мы с сестрой глянули друг на друга, улыбаясь, взялись за руки и перенеслись в подвал. Я вдруг поняла, что мы ведем себя, как семилетние хулиганки, пытаясь секретничать и подавлять после этого смех при посторонних, будто мы как минимум Эйфелеву башню перевернули.

У Феода теперь творился полнейший кавардак! Банки и склянки стояли вперемешку на столе с книгами. Исписанные пергаменты застилали пол, по которым нам и пришлось пройти. Но на это никто внимания не обратил. Когда мы появились в комнате, присутствовавшие там повернулись к нам взлохмаченные, с горящими безумными глазами и довольные, как дети (Что-то в последнее время мы все выглядим как шайка сбежавших психопатов). С помощью подсказок Луки, который уже был отправлен назад, наши гении разгадали причину оцепенения эльфов и такой быстрой смерти людей при контакте с Тенью. Появилась возможность создать эти самые доспехи, о которых так спешила рассказать Ная, но потом совсем забыла. Лука рассказал о том, как и откуда, выходит дым, который потом и становиться Тенью. Нам пришлось все же признать, что Витор гениален. Он создает такие элементарные вещи, что диву даешься. Но говорят же, все гениальное не сложнее колеса.

Так вот, на планете Луки так же состав воздуха немного иной, чем на Эрланте. Для человека и эльфа это не чувствуется, но другие химические элементы с той планеты меняются под воздействием изменений здесь. Например, туман, накрывший небо во время Совета, который мы посчитали земным, это тот же дым, что образует Тени из мира, откуда прибыл Лука. Именно поэтому Тени, чем дольше находятся на поверхности Эрланты, чем четче становятся, вступая в реакцию с местным воздухом. И не был Витор на Земле, поэтому никто ничего не заметил, а вход или выход в другой, третий мир не был известен никому, кроме самого черного мага. Осадок выпал из-за того, что определенная доля воздуха не вступила в контакт с туманом. И потому, что Олег не понял, что дым не с Земли, а откуда-то еще, поэтому и применил не то средство. Но, удача дело случая, благодаря этой ошибке мы знаем, что в осадке, из-за которого чуть не погиб ребенок, есть вещества, способные приостановить отравляющее действие Теней.