Дочь тьмы
Шрифт:
Тут книга снова зашелестела страницами, заставляя Габриеля отпрянуть. Но книга успокоилась и Габриель снова прочел: 'Будьте осторожны с этим демоном. Если потерять над ним контроль, он становится кровожадным и беспощадным. Он разжигает похоть и страсть и ведет душу к погибели. В характере его — хитрость, обман и изворотливость. Не верьте ему, сразу прикажите то, чего жаждете, и изгоняйте, не давая вступить с вами в диалог. Асмодей сумел обмануть даже Соломона, поэтому будьте предельно внимательны к ритуалу. Вот печать Асмодея, перерисуйте ее себе. Держите ее в руках, чтобы в любой момент быть готовым заклинать демона.
Вам нужно будет иметь красное
Книга захлопнулась с каким-то звуком, похожим на мяуканье. Габриель смотрел на ее черную обложку, с трудом понимая, что теперь ему делать. Он попытался открыть книгу и снова найти то, что только что прочел. Но страницы с трудом переворачивались, книга будто не хотела снова показывать ему свои тайны.
— Асмодей, — прошептал он, отступая из круга к двери.
Сердце билось часто-часто. Минерва не зря привела его книге. Теперь он знал, как может завоевать сердце красавицы Магдалены. Но знать — это одно, а делать — совсем другое. Медленно выйдя из комнаты, он прислонился лбом к стене. Ему срочно требовался священник. Габриель чувствовал, как все тело его сотрясает дрожь. Да, нужно исповедаться, принять Святые Дары, и только тогда мысли его очистятся от порока и от того, что он только что прочитал.
— Муррр, — Минерва терлась о его ноги, выгибая спину.
Габриель наклонился и взял ее на руки.
— Ну и куда ты меня завела? — проговорил он, сдерживая дрожь в голосе.
Кошка сверкнула зелеными глазами. Она перебралась ему на плечи, где уютно легла, и никуда не собиралась уходить. Габриель потерся щекой о ее шерсть.
— Ну, пошли ко мне? — спросил он.
Минерва сжала лапки, зацепив коготками его одежду.
— Будем считать, что ты согласна, — усмехнулся он.
Когда он дошел до своей комнаты, мысли о церкви и священниках оказались где-то на задворках его сознания. Теперь он думал, как и что нужно делать, чтобы вызвать демона Асмодея, где взять рыбью желчь, ладан, тамариск, как правильно нарисовать печать. Инструкция отпечаталась в его памяти, будто он всегда знал, как нужно действовать.
Магдалена будет принадлежать ему. Он не сомневался. В этом замке все балуются магией. Он был готов сыграть по их правилам.
Глава 12
Тетраграмматон
Все ингридиенты для обряда Габриелю удалось раздобыть достаточно просто. Сом оказался на кухне и он легко утащил его, скрыв под плащом. Травы сушились в старом сарае на заднем дворе, а ладан оказался в кадиле, что висело на крюке в церкви без священника. Габриель прихватил и кадило, так, на всякий случай.
Он вспоминал, что ему нужно еще. Не зная совершенно ничего о тайной науке, что была знакома в этом замке даже младенцу, Габриель два дня ходил, как потерянный. Проникнуть в комнату к книге с первого раза не удалось, а когда удалось, то он обнаружил, что книги на кафедре нет. Видимо, Магдалена или ее отец забрали ее, боясь, что чужие смогут прочесть их тайны.
Что ж, они
Днем он видел, как Магдалена забавляется с хвостатым демоненком, подарком Андре де Синев. Андрэ тоже был при ней. И ему Магдалена улыбалась, и даже отвечала на его слова, то и дело опуская прекрасные глаза. Габриель отчаянно ревновал к более успешному сопернику, и только мысль о том, что он сам может стать победителем в битве за руку возлюбленной, поддерживала его силы.
— А вы знаете, что дает абсолютную власть?
Габриель сидел за столом и слушал бесконечные философские споры. Эти люди были помешаны на своей науке. Они целыми днями что-то писали, обсуждали и читали длинные лекции, после которых спорили о совершенно непонятных вещах.
Теперь выступал старик в темном балахоне. Длинные волосы его были абсолютно белы, и лицо тоже было бело, будто он никогда не выходил на свет. Возможно, так оно и было, подумал Габриель, ведь эти люди способны на любые чудачества.
— Что же это, расскажите нам, мастер Бланко, — послышался голос графа де Мон-Меркури, восседавшего во главе стола на темном троне.
Рядом с графом сидела Магдалена, которая слушала старика не менее внимательно, чем ее отец.
— И расскажу! — старец поднялся, провел рукой по лицу, на котором красовалась такая же белая, как волосы, бородка, — я недавно вычитал это в очень старом манускрипте, который подарил перед смертью мне один еврейский пастор. Тот перевел труд своего народа на латынь, и решил отдать его мне.
— И о чем же труд? — спросил граф.
Гости притихли, слушая ответ.
— О буквицах. Все о буквицах, с переводами, с рассказами о том, что означает какой символ. «Двадцать два», вот как называется труд. И там обозначено, что означает имя Бога, и как следует правильно его называть.
Казалось, в зале он был один, такая тишина настала после слов старца. Габриель тоже молчал, ожидая, что же тот скажет после того, как заинтриговал всех этих колдунов своими словами.
— О, пожалуйста, продолжайте, мастер Бланко! — послышался звонкий голос Магдалены.
Габриель поднял на нее глаза. Магдалена смотрела на старика, будто готова была предложить ему себя за те несколько слов, что он произнесет сразу после.
— О, прекрасная Магдалена понимает толк в знаниях, — проскрипел старик, — и я удовлетворю ваше любопытство, девушка. Потому что здесь нет людей, кто не достоин знать истину. А те, случайные люди, что слышит эти слова, не понимая толка в науках, не поймут и самой сути.
Он прокашлялся, потом заговорил тихо и проникновенно:
— Вы все знаете имя Бога, которое скрывается под словом Тетраграмматон, что означает как раз «Четыре буквы». Самые мудрые читали, что за буквы зашифрованы под этим названием. И даже пытались воззвать к Господу, чтобы получить защиту, и писали эти буквицы на защитных амулетах. Да, тут нет тайны. Все, кто ищет знания, найдет эти буквы. И имя Бога зазвучит неверным словом в его устах. Яхве… Йегва… Иаве… Как еще не искажают это имя! Но знаете ли вы, что звук этот не призывает Господа, ибо неверен?