Дочь викария
Шрифт:
Глава 26
Мегги спустилась вниз, в контору, маленькую комнату в глубине дома, выходившую в небольшой, сильно запущенный сад, при виде которого Мэри Роуз хватил бы удар. Но сейчас Мегги нужно было отыскать управителя. Еще столько всего предстоит сделать!
Пэдди вошел как раз в ту минуту, как Мегги сдалась и собралась уходить. Ниже ее ростом, круглый, как пушечное ядро, с гривой непокорных огненных волос и синими-синими глазами, он представлял собой довольно забавное зрелище. Мегги была с первого взгляда покорена его белозубой
— Миледи! — приветствовал он, кланяясь. — Наконец-то я вас увидел. Какое удовольствие! Дочь викария, племянница герцога…
— Он граф. Как Томас.
— Да, племянница графа… ах, его сиятельство… как приятно звучит, не правда ли? Он достоин титула и денег. Хороший человек, Томас Малком, хотя еще молод, чтобы обладать такой властью.
— Да, — согласилась Мегги. — Он хороший человек. И не думаю, что возраст тут имеет какое-то значение.
— Я рад, что вы поженились. Кстати, мы с его сиятельством должны сейчас встретиться здесь. Нужно обсудить, что ремонтировать в первую очередь.
— Я хочу, чтобы старую люстру сняли, вычистили и снова повесили, предварительно хорошенько проверив веревки, чтобы она не грохнулась вниз и не разбила кому-то голову. Кроме того, нужно заменить кое-какие ступеньки. Да, и мне нужны садовники, не такие, которые видят сорняк и проходят мимо, а люди, которые умеют ухаживать за садом и газонами.
— Знаете, сам я всегда обхожу то место, над которым висит люстра, — сообщил Пэдди, покачивая головой. — Все будет сделано, миледи, не волнуйтесь. Насчет садовников… у меня есть на примете лучший в округе. Миссис Блэк просто поет от счастья, когда говорит о женщинах, которых вы позвали убирать в замке. А, вот и его сиятельство.
— Пэдди, я должен поговорить с ее сиятельством с глазу на глаз. Пожалуйста, возвращайтесь через полчаса.
Ева дверь за управляющим закрылась, Томас без обиняков заявил:
— Моя мать поймала меня в коридоре, прямо под портретом двоюродного прапрадеда Мортимера, уехавшего в Уэльс сразу после того, как его старший брат получил титул. Бедняга так злился и нервничал, что самолично спустился в угольную шахту. Произошел обвал, и он погиб.
— Она твоя мать и, думаю, имеет право ловить тебя там, где захочет.
— Так и было. Она желала знать, достаточно ли я стараюсь, чтобы наградить тебя ребенком.
Мегги ответила нечестивейшей улыбкой. Ни одной дочери викария не следовало бы так улыбаться!
— И что, Томас? Ты достаточно стараешься?
— Черт возьми, — пробормотал он, хватая ее и припадая к губам. Мегги моментально потеряла голову и, застонав, принялась расстегивать пуговицы на его брюках, но он отстранился. Она закрыла глаза. Томас прислонился к ее лбу своим, тяжело дыша, пытаясь взять себя в руки.
— О Боже, — прошептал он, наклонился, чтобы поцеловать ее, выругался и отступил на четыре шага.
— Почему же ты отпустил Пэдди, если не намеревался поцеловать меня? Ждешь, пока я наброшусь на тебя и повалю на пол?
Томас расхохотался.
— Я отпустил Пэдди, поскольку хотел узнать, что ты наговорила матери. Она так
— Значит, она сердита?
— Еще бы! У тебя очень довольная физиономия. Мегги немного смутилась.
— Не тревожься ни о чем, Томас. Мы научимся ладить друг с другом. Кстати, она не объяснила, из-за чего злится?
— Сказала только, что ты нуждаешься в твердой руке и что мне следует избивать тебя до тех пор, пока не заставлю беспрекословно повиноваться.
— Ну-у, — протянула Мегги, одарив его солнечной улыбкой, — может, тебе это удастся, если возьмешь меня покататься.
— Твоя голова, Мегги! Тебе не следует ездить верхом, хотя бы до завтра. Ляг и отдохни.
Он был прав. Поэтому Мегги кивнула.
— Ладно, ад проклятый, — пробормотала она.
Ее волосы, длинные, волнистые, доходившие до середины спины, были связаны на затылке черной бархатной лентой. Он знал, знал наверняка, как сильно она хочет его и одновременно жаждет ударить за то, что отстранился от нее. Пусть она не любит его, но все же хочет, и это — прекрасное начало. Ничего, все еще впереди, и он еще добьется ее любви, иначе не знает, что будет делать. Нет, все будет хорошо: недаром Томас — оптимист! Нужно только помнить об этом.
— Ладно, — разочарованно сказала она, — покормлю Эйслинг морковкой и похожу вокруг замка. Я хочу посадить новые деревья. Нужно посмотреть, какие породы тут лучше растут.
— Мегги…
Когда она с удивленным видом обернулась, он долго смотрел на нее, затем покачал головой, Пусть злится.
— Пожалуйста, будь осторожна и не отходи далеко от замка, Он не объяснил, что один из мальчишек, трудившихся на конюшне, будет повсюду следовать за ней, на почтительном расстоянии, разумеется.
— Боишься, что тот, кто ударил меня по голове, притаился где-то поблизости?
— Нет, вряд ли, — солгал он. — Просто боюсь, как бы ты не переутомилась.
Честно говоря, он точно знал, где сейчас находится каждый из живущих в замке, включая миссис Блэк и Барнакла, распростершегося на полу кухни с широко раскинутыми руками и громко стонавшего. Миссис Блэк попросту переступала через него, без особых церемоний.
Мегги ушла, страстно желая вновь поцеловать его. Ощутить вкус поцелуя на губах.
Лорд Киппер нашел Мегги в лабиринте, превратившемся в беспорядочные заросли лет двадцать назад. Она стояла в самом центре, оглядывая тисовые кусты с хаотически торчавшими во все стороны ветками и гадая, что с ними делать, когда за спиной раздался мужской голос:
— А, моя прелестная молодая новобрачная.
Мегги вскинула бровь, поняла, что он специально приветствовал ее таким образом, и кивнула:
— Спасибо, лорд Киппер.
— Как жаль, что не я увидел вас первым, но, увы, такова воля судьбы.
— Мой отец с ума сошел бы, вздумай вы попросить моей руки, поскольку он намного вас младше.
— Там, где речь идет о мужчине и женщине, годы значения не имеют.
— Не хотелось бы стать вдовой в двадцать один год только потому, что мой муж скончался от старости!