Дочь Волдеморта
Шрифт:
Она оглянулась на преподавательский стол. Каким бы ни было ее отношение, какими бы ни были ее взгляды — она не могла стереть из памяти прошлого. Да и не хотела. Сейчас ее окружали такие знакомые, такие родные люди! Профессора, Хагрид, однокурсники. Старый замок. Незыблемый и надежный. Он сохранится даже в том мире, о котором грезит ее отец. Он устоит, останется оплотом добрых волшебников. Ничто не в состоянии изменить школы «Хогвартс». Никто не осмелится дерзнуть на это. Вечная и священная…
Гермиона почувствовала сильное жжение
— Я пойду переодеваться! — Джинни Уизли оторвала Гермиону от сбивающих друг друга мыслей. — Прекрати кукситься! Ну, Гермиона! Всё же прекрасно! Уж тебя-то, кажется, не должно пугать будущее, миссис Саузвильт!
— Заткнись! — прошипела Гермиона. — Кругом одни сплошные уши, что ты несешь?! — она встала и пошла с Джинни к выходу из Большого зала. Многие расходились — нужно было готовиться — кому к отъезду, кому — к вечернему балу. — Тем более не буду я «миссис Саузвильт». Наверное. Хотя…
— Саузвильт–Гонт–Блэк, — прыснула девушка.
— Вирджиния!
— Ладно–ладно. Слушай, пошли в гостиную — пора начинать собираться.
— Уже?!
— Да! Мне нужно принять ванну, сделать маску, одеться, соорудить прическу… Уже двенадцать дня, в десять начнется бал! А я встречаюсь с Терри часом раньше.
— Хочу побродить по замку, — запротестовала Гермиона, — попрощаться.
— Сентиментальничаешь? Ну–ну. Где ты будешь «бродить» в половине девятого? Надеюсь, уже по гостиной? Хочу, чтобы ты на меня посмотрела, пока еще можно будет что-то изменить.
— Обещаю с восьми часов бродить только… м… Только по восточному коридору нашего этажа.
— Ты вообще не собираешься готовиться к балу?! — прищурилась Джинни.
— У меня всё готово, нужно лишь одеться. Справлюсь за полчаса.
— Странная ты девушка, Гермиона, — покачала головой Джинни. — Я вот не уверена, что и в шесть часов смогу уложиться… Ой, даже меньше! Кошмар! Всё, я побежала.
Гермиона проводила ее улыбкой. И действительно пошла бродить по замку — в полном смысле слова. Она ходила по подземельям, долго просидела в старом классе зельеварения — столько воспоминаний нахлынуло в этой мрачной аудитории! Гермиона подошла к шкафу, где когда-то хранились ингредиенты. Приблизилась к преподавательскому столу. Каково было Северусу вмиг и навсегда проститься с этой школой? Школой, где он прожил так долго, с которой у него связано в миллион раз больше воспоминаний, чем сейчас у Гермионы? Ведь в ней — вся его жизнь…
Девушка не зашла к Генри — она поднялась в холл, заглянула в чулан под Мраморной лестницей, вышла на улицу. Спустилась к озеру, прогулялась до теплиц — но к избушке Хагрида не пошла. Не хотелось разговаривать.
Так
В школу Гермиона вернулась через тайный ход. И вновь стала блуждать по коридорам — заходить в классы, вглядываться в окна. Один раз даже разрыдалась около старых рыцарских доспехов, распластавшись на каменном постаменте.
— Семикурсница? — участливо спросил рыцарь, попытавшись ласково погладить ее ржавой металлической перчаткой по голове.
— Ой, оставьте меня, — попросила Гермиона, устыдившись. — Просто… Просто грустно стало… Ходила тут, ходила…
— Что же вы не готовитесь к балу? — спросил рыцарь. — Уже почти восемь часов, а вы тут плачете о прошлом.
— Я быстро подготовлюсь, — уверила его Гермиона. — А пока действительно хочу, как вы выразились, проститься с прошлым. Уже восемь? О, простите, я с восьми обещала прощаться с восточным коридором последнего этажа.
— Странная вы девушка, — задумчиво заметил рыцарь, провожая ее взглядом пустых пыльных глазниц, — всё-то у вас по расписанию: даже меланхолия…
Поплакать в коридоре восьмого этажа не довелось: едва поднявшись, Гермиона столкнулась с Роном. Вид у того был весьма решительный.
— Гермиона, надо поговорить. Сейчас.
— Надо — поговорим, — тяжело вздохнула она, сворачивая по обыкновению в пустой класс. Классы сейчас все были пустыми.
— Послушай, я хочу раз и навсегда определить наши с тобой отношения, — сказал без паузы Рон, как только за ними хлопнула дверь.
— Тебе они еще не ясны?
— Они не ясны тебе, Гермиона, — упрямо заметил рыжий парень, скрещивая руки на груди. — Ты — моя девушка. Нет, слушай. Ты — моя девушка. И ты сегодня будешь моей партнершей на Выпускном балу.
— И почему, позволь узнать, ты так считаешь? — развеселилась Гермиона, присаживаясь на парту.
— Слушай меня! — закипел Рон. — Ты довольно выставляла меня идиотом! Мы прощаемся со школой, и ты на этом балу будешь со мной! Это не обсуждается! Ты бегала за мной весь прошлый курс, ты раздавала мне авансы — а теперь воротишь нос? Не выйдет, Гермиона! Позволь напомнить тебе, что ты окончила школу и вступаешь во взрослую жизнь. Ты хочешь быть одна? Я, между прочим, чистокровный волшебник из древнего, известного рода.
— Печально известного, — съязвила Гермиона.
— Да как ты смеешь?! — покраснел Рон. — Ты что-то поссорилась с головой, Гермиона! Весь этот год сама не своя. Переходный возраст, что ли?
— Рон, не хами. Я сама и своя. Именно своя. А не твоя, чтобы ты мог мною командовать! Если тебе угодно знать, я не буду с тобой встречаться, даже если придется выбирать между тобой и… и… — она уже почти перешла на крик.
— Ага, скажи еще Тем–Кого–Нельзя–Называть!
— С Темным Лордом я встречаться тоже не буду, — язвительно брякнула Гермиона. — Но из совершенно иных, чем ты полагаешь, побуждений!