Дочь врага. Расплата
Шрифт:
Нет. Не хочу. Да и зачем я ему с чужим ребенком?
За всеми переживаниями я не сразу замечаю, что тянущее ощущение внизу живота никак не проходит, и это начинает всерьез беспокоить.
Ложусь на постель, стараюсь найти более удобную позу, но не помогает. Совершенно. Даже напротив - боль все усиливается. И до меня доходит, что что-то не так. Становится страшно - вдруг что-то с ребенком? Но что делать?
Спускаюсь вниз, придерживая живот в надежде, что боль вот-вот утихнет. Только заворачиваю за угол, как натыкаюсь
– Пап… - слетает с губ.
– Что с тобой?
– Помоги, - всхлипываю.
– Мне кажется, я теряю его.
– Кого?
– Ребенка. Я беременна. От Дамира.
Жмурюсь от болезненного укола, слышу как отец чертыхается, подхватывает меня на руки и куда-то несет.
В голове лишь одна мысль - только бы все обошлось! Боже, пожалуйста, не забирай мою малышку!
11 Лера
Мне так плохо, что я едва соображаю. Происходящее воспринимаю какими-то вспышками. Вот мы едем в машине, а вот меня уже везут куда-то на каталке. Кажется, даже УЗИ делают.
– Лера… Лер, послушай меня, - настойчиво повторяет отец.
– Что? Что с ребенком?
– Лера, ты должна поставить подпись.
– Мне так больно, - хнычу, закрывая живот руками.
– Пожалуйста, пусть они что-нибудь сделают, пусть помогут.
– Тебе обязательно помогут. Но надо дать согласие.
Как в тумане, с трудом привстаю с каталки, на которой до сих пор лежу. Перед глазами немного плывет.
– Давай, дочь, вот здесь и здесь. Тебе помогут, все наладится. Все будет хорошо.
Я едва держу ручку. Только мысль, что нужно сделать все поскорее, помогает мне не сдаться.
– Отлично!
– хвалит отец и отходит. В палате появляются мужчина и девушка. Оба в белых халатах.
– Вы поможете?
– со страхом спрашиваю.
– Помогите! Пожалуйста!
– Не волнуйтесь, - мягко отвечает девушка.
– Сейчас мы вас подготовим, и все станет хорошо.
Мне перетягивают жгутом руку, я едва чувствую укол, а затем все окончательно расплывается, и вместо палаты теперь темнота.
Скорее даже сумрак. Как будто перед самым рассветом. И тут я снова вижу ее. Мою маленькую дочку.
Она грустно улыбается и машет мне рукой. Я тянусь к ней, кричу, зову, но она лишь качает головой и делает маленький шажок назад.
– Доченька… - срывается с моих губ едва различимый шепот.
Оглядываюсь по сторонам, надеясь найти хоть кого-то, кто поможет, кто удержит ее. Но малышка все дальше, у меня не выходит сделать даже шаг вслед за ней.
– Мама… - одно слово, но оно причиняет нестерпимую боль.
Словно это в последний раз.
Пробуждение оказывается болезненным. Все тело словно ватное, а в висках противно ноет. Оглядываюсь по сторонам - я в палате. Кажется, той же самой. Замечаю часы на стене - судя по всему наступил
Поворачиваю голову, и взгляд цепляет пластырь на руке. Да, кажется мне ставили укол.
Приливают к ощущениям - вроде боли той больше нет.
И меня отпускает страх, который даже в беспамятстве был со мной. Слабо улыбаюсь, поглаживаю плоский живот, представляя, как он начнет расти, как я буду округлятся и ждать свою девочку.
Пытаюсь представить, как она толкнется в первый раз, а я почувствую это. Как начну носить одежду для беременных и хотя уже не буду такой стройной как сейчас, это неважно. Ведь внутри меня растет моя малышка.
Мое солнышко.
Мне так хочется поскорее увидеть ее, взять на руки, поцеловать. Самый близкий и родной человечек.
Я даже представляю, как обрадуется тетя Зоя. Или сначала поругает, а затем обрадуется.
Мысли про отца моей крохи я отгоняю очень тщательно. Не стоит рвать себе душу. И так стресс отразился не лучшим образом. А подвергать дочку опасности снова я не имею права. Пусть Дамир оказался не таким, как я его себе нарисовала. Пусть. Это уже неважно.
Уверена, отец не даст ему ко мне подойти. Никогда. А значит, мы с дочей в безопасности.
Мысли и планы на будущее помогают успокоиться. Даже головная боль уже не так раздражает и мешает.
Невольно вспоминаю, как сильно перепугалась вчера, как отец хоть и выругался, но все же помог. И злость на него за прошлый разговор просто исчезает. Мы с ним еще очень мало знаем друг друга. Так что неудивительно, что пока общение получается проблемное. Но раз он согласился помочь, значит, принял тот факт, что я ношу ребенка. Значит, не станет выдавать замуж за своего партнера.
В горле пересохло, и мне банально хочется пить. Осторожно пробую встать - хоть боль нигде не ощущается, но я все равно стараюсь действовать очень осторожно.
Но как только встаю с кровати, открывается дверь, и в палату входит медсестра.
– Зря вы встали, - вздыхает она.
– Рано пока еще.
– Я попить хотела, - виновато отвечаю, садясь обратно
– Конечно, я сейчас. Надо было просто вызвать медсестру.
Девушка уходит и почти тут же возвращается со стаканом воды. Выпиваю почти до конца, и такой вкусной вода кажется, что самой удивительно.
– А когда мне можно будет вставать?
– Это уже как врач скажет. Все-таки много крови потеряли. Лучше не рисковать.
– Крови? Но ее же остановили?
– напрягаюсь от ее слов.
Медсестра как-то странно на меня смотрит.
– Конечно, остановили. Иван Владимирович отличный специалист, и свое дело знает. Не волнуйтесь, все сделали максимально щадяще.
– Что сделали?
– все сильнее нервничаю, потому что просто не понимаю ее намеков.
– Что с ребенком? С ним что-то не так?