Дочь врага

Тоцка Тала

Неровное. Чуть слышное.

Вивиана сидела рядом, натянув на себя ремень безопасности так, словно хотела в нем спрятаться. Прикрыться. Защититься.

Плечи чуть вздрагивали, но она не плакала. И больше ни слова ему не сказала. Даже не посмотрела на него. Он бы и не заметил, как сильно она напряжена, если бы не ее руки — сцепленные в замок побелевшие пальцы. И ногти, впившиеся в кожу ладоней.

— Я отвезу тебя в отель, — заговорил он наконец. Голос прозвучал хрипло, он сам удивился, насколько

трудно даются даже такие простые фразы. — Ты сейчас напиши матери. Напиши ей, что все в порядке. Что переночуешь у подружки.

Девчонка медленно повернула голову — она не сразу поняла, что он обращается к ней. Потом кивнула, еле заметно. Но в ответ не произнесла ни слова.

— Ты понимаешь, зачем это нужно? — уточнил Платонов.

— Чтобы мама не начала меня искать? — послушно ответила.

— Да. Напишешь и отключай телефон.

— А если она потом позвонит? Захочет проверить?

— Скажешь, что уснула. Или что телефон сел. Неважно. Ты главное, сейчас напиши.

Вивиана достала телефон. Андрей заметил, как у нее мелко дрожат руки, и отвернулся, чтобы не смотреть.

Она писала долго, как будто не сообщение матери составляла, а целое письмо.

— Все, — сипло выдохнула, — отправила.

Он кивнул.

— Теперь выключай телефон.

Девчонка снова послушалась.

И ни одной слезинки, ни одного всхлипа. Именно это резало сильнее всего.

Она была покорной и послушной, на все соглашалась. Вивиана приняла решение, и теперь готовилась терпеть.

Ебаный пиздец? Он самый, во всей красе.

Не потому что хочет с ним, его, а потому что, блядь, от безысходности.

Нахуй такое счастье?

А с другой стороны, как отказаться, если столько времени только на нее и стоит? Только, сука, на нее, больше ни на какую другую...

Мучительно хотелось поправить мешающий стояк, но Андрей боялся напугать девчонку. Хотя чем пугать, если она сам пришла к нему и попросила...

Пиздец, о чем попросила. Не просто с ней переспать. Не просто ее трахнуть.

Она попросила лишить ее девственности.

Вот так охуенно бывает сбываются самые несбыточные мечты и желания.

Конечно, Андрей понимал, что дочь самого влиятельного капореджиме сицилийского мафиозного клана Сальваторе Моретти девственница. Но когда дрочил в душе с мыслями о ней, меньше всего думал, что все это внезапно окажется реалом.

И совсем не таким реалом, каким ему хотелось. Пусть стояк сейчас и мешал сосредоточиться на дороге.

— Я думала, что вы откажетесь. Там, на набережной. — Вдруг заговорила Вивиана, и Андрей чуть не свернул в кювет. — Думала, скажете «нет». Я бы вас поняла.

Андрей с силой сжал руль.

— Так ты жалеешь?

— Жалею о чем?

— Что я согласился. Хочешь переиграть?

— Нет, —

она замотала головой, — наоборот. Я боялась. Боялась, что вы не согласитесь.

— Но ты в курсе, что это неправильно, Вивиана? — он так сильно сцеплял зубы, что казалось этот скрежет слышен по всему Палермо. И по идее должен был разбудить полгорода.

— Что именно, неправильно? — она так и не смотрела на него.

— Неправильно — распоряжаться другими людьми. Даже если это твои собственные дети.

— А у вас есть дети, синьор Андрей?

Он сглотнул. Как раз недавно он обнаружил, что у большинства в его окружении по двое детей. А у него ни одного.

— Нет, у меня нет детей. И я не женат.

Вивиана отвернулась к окну. Несколько секунд в салоне раздавалось только их молчаливое дыхание. Чуть сбивчивое Вивианы и рваное Андрея.

«Она думает, что я везу ее трахать».

Абсолютно левый чужой мужик. Еще бы, какие уж тут разговоры...

— Я вас видела раньше, — сказала она вдруг. — На приеме у дона Ди Стефано. Вы тогда были в черном костюме и никому не улыбались. А я все думала — кто это такой, почему он такой мрачный?

Андрей хмыкнул.

— Я тоже тебя видел. Один раз.

Он безбожно пиздел. Ни одной возможности не упускал, чтобы увидеть дочь капо Сальваторе Моретти. Но она, конечно, об этом не догадывалась.

Личный безопасник Демида Ольшанского* сам предложил боссу отправить его к Феликсу Ди Стефано «на усиление». Слишком напряженная обстановка складывалась вокруг чертового острова. Слишком сильно за переживала за своего приятеля жена босса Арина*.

А переживать ей нельзя, там второй ребенок на подходе.

Босс его отпустил, и теперь у Платонова новый босс, временный. Феликс.

И никто никогда не узнает, что одна из причин, по которой он их поменял, сидит сейчас рядом, сбивчиво дышит и безучастно смотрит в окно.

А вот это уже никого кроме него не касается.

* * *

Отель Андрей выбрал в достаточно отдаленном районе. И достаточно неприметный. Он выбрал его неслучайно — так было меньше вероятности встретить кого-то из знакомых.

Когда они подъехали к отелю, ночь уже укутала квартал плотной тенью.

Андрей заглушил двигатель, обошел автомобиль, подал девушке руку. Она вложила холодные пальцы в его ладонь и не глядя вышла из машины.

У входа он ее остановил.

— Ты сейчас забронируешь номер. На сутки, — вынул из бумажника карту и сунул в судорожно сжатую ладонь. — Назовись любым именем. Главное не своим.

— А... вы? — голос дрогнул. — Вы не идете?

Весь ее растерянный вид кричал «Как? Почему? Ты же согласился, сволочь!»

Андрей глубоко вдохнул. Выдохнул. Посмотрел в небо.