Доиграть до конца
Шрифт:
А пока отец делал по пять операций в день, чтобы его семья ни в чём не нуждалась. Он потратил огромные деньги, чтобы вскладчину с другими врачами из отделения купить только-только появившийся тогда лапароскоп.
***
Однажды Карпов, допрашивая какого-то потерпевшего, находящегося в той же больнице, где работал его отец, решил зайти проведать и отца. Он зашёл в ординаторскую и увидел, что его отец, бледный и со страдальческим
– Ничего страшного, - слабым дрожащим голосом успокоил он встревоженного Карпова. – Операция длилась пять часов, меня это выжало, как лимон, вот, решил глюкозу покапать.
Действительно, на штативе была закреплена полулитровая банка с раствором глюкозы, хотя в ней могли растворить всё, что угодно. И Карпов понял, что его отец серьёзно болен, причём о своей болезни он старается почему-то никому не говорить.
***
…Карпов по привычке открыл дверь родительской квартиры своим ключом. Никто не вышел ему навстречу, только из дальней комнаты слышалось невнятное бормотание отца, да по всей квартире витал запах эфира.
Карпов зашёл на кухню, чтобы поставить торт и пакет с фруктами, которые он принёс в гостинец, и увидел на полу под газовой плитой связанную маму с заклеенным скотчем ртом. Он попытался развязать её, но она отрицательно трясла головой и показывала носом в направлении гостиной, откуда слышался голос отца и звяканье каких-то металлических деталей.
Зайдя в гостиную, Карпов чуть не потерял сознание, увидев распоротый живот сестры и отца, устанавливающего зажимы по краям разреза на животе Ани. Одним ударом Карпов «вырубил» отца, а затем позвонил Авдееву и объяснил ситуацию.
Уже через пять минут Ане была оказана неотложная помощь, после чего её отвезли в больницу. Отца Карпова увезли в КПЗ, а Авдеев и Карпов следили за работой криминалистов на месте преступления.
К вечеру стало известно, что у Михаила Семёновича Карпова несколько лет назад появились признаки шизофрении. Процесс этот был вялотекущий и давал возможность отцу Карпова самостоятельно лечиться, не привлекая к себе внимания окружающих. В то время самым действенным способом лечения шизофрении считалась шоковая терапия, поэтому Михаил Семёнович по заранее рассчитанной схеме делал себе инъекции инсулина, а потом от передозировки у него наступала инсулиновая кома, из которой его выводил его друг-хирург, с которым они всю жизнь работали в одном отделении, и который один знал о его заболевании.
Но сколько верёвочке не виться, а конец обязательно будет. Вот и Михаил Семёнович, узнав, что его дочь-школьница, ради обеспеченного будущего которой он часами стоял за операционным столом и травился наркозом, беременна, испытал сильнейший эмоциональный стресс, приведший
***
В понедельник утром Авдеев лично повёз Карпова в психоневрологический диспансер и заставил его пройти полную медико-психиатрическую экспертизу.
– Психических заболеваний у тебя нет, - сказал Авдеев Карпову, когда получил сертификат о его состоянии здоровья. – Не пей ничего крепче компота и не оставляй на всю ночь баб – и всё у тебя будет хорошо.
Они сели в авдеевский «Запорожец» и направились в отдел.
– Я за тебя лично перед вышестоящим начальством поручился, - сказал Авдеев. – Знаешь, что это значит?
Карпов молча пожал плечами.
– Если я увижу, что ты становишься неадекватным - сразу пристрелю, - очень спокойно сказал Авдеев.
***
…Через пару лет Карпов, играя в шахматы, неожиданно для себя обнаружил, что просчитывает у себя в уме любые возможные последовательные пять своих и авдеевских ходов. Да и вообще, все свои действия на работе и в быту он тоже автоматически начал просчитывать, заранее отметая тупиковые варианты и всегда находя самый оптимальный выход из создавшегося положения.
Авдеев с самого прихода Карпова в отдел выделял его среди других оперативников. Карпов, как и во время учёбы в школе милиции, продолжал руководить своей бригадой штурмовиков, в состав которых входили и пришедшие вместе с ним в «Пятницкий» Дима Воронов и Юра Пономаренко.
Через пять лет после прихода Карпова в отдел, старый начальник РОВД ушёл в отставку, а на его место назначили начальника следствия Захарова. С тех пор каждый обеденный перерыв Авдеев вызывал к себе Карпова и целый час играл с ним в ненавистные ему шахматы, доводя его до крайней степени истерического спокойствия.
Через семь лет службы в УгРо, который к тому времени уже переименовали в СКМ, Авдеев, теперь уже подполковник милиции, предложил Карпову выкупить у него всю коммуналку.
Карпов к этому времени заочно закончил юридический институт, дослужился до капитана милиции, и, все эти годы регулярно выполняя личные поручения Авдеева по наведению ОСОБОГО порядка в районе, стал довольно богатым человеком.
А ещё к этому времени Карпов понял, кем хочет стать в этой жизни: полноправным хозяином всего района. Как подполковник милиции Василий Павлович Авдеев.