Доктор Рэт
Шрифт:
– Все собаки уже в руках неприятеля, мой крысеныш. Забудь о собаках.
– Эй, что это такое? Уж не ждешь ли ты, что мы будем ползком спускаться вниз с Террасы Наслаждений, а?
– Под прикрытием темноты, крысы, испытавшие наслаждение. Следуйте за мной.
– Замерзшую Мышку в бутылке пустой нашли как-то раз в Рождество. Ты когда-нибудь слышал эту песню?
– Тише, ты!
– Замерзшая Мышка от голода сдохла рождественским утром как раз. Мне нужно выбраться из этой бутылки…
С крысами, познавшими наслаждение, одни проблемы: их мозги
– Хорошо, мистер, мы последуем за тобой.
– Наша цель - химический шкаф, понятно?
– Все-таки коробка с предохранителями важнее, Джим. Я не пойду никуда без своего маленького звоночка.
– Я сделаю тебе все эйфорические инъекции, какие только есть в химическом шкафу. Они поддержат тебя, пока мы возьмем командование в свои руки и восстановим звонки.
– Нам придется написать правительству, чтобы установили звонки с питанием от батареек.
– Пружинные звонки! Носи их на хвосте, и тогда твой звонок будет всегда под рукой.
– У меня выпали все зубы, разве не так? Вы только взгляните, ведь они на самом деле выпали?
– Ты выдумываешь, крыса. Ты отстаешь.
– ПРЕКРАТИТЬ РАЗГОВОРЫ В СТРОЮ!
– Ах, отстань, мистер, я только что потерял свои передние зубы.
Пестрая компания. Но это лучшее, что я мог собрать при таких обстоятельствах. А теперь, вниз по этому шесту и на пол.
– Я помню те дни любви, под Куполом Наслаждений, это было время утонченного восторга и великолепия…
– Подтолкните этого говнюка вперед, слышите!
– …когда я познал все, когда я превратился в Высший Восторг…
– Вниз по столбу, малый, и выбрось из головы эти сантименты!
– Врежь ему под зад, слышишь, я здесь повис на хвосте!
– Сюда, крысы, прыгайте вместе со мной в тень.
– …я охотился за несметным числом удовольствий, проходивших мимо меня, я был переполнен…
– Переполнен дерьмом. Давайте-ка лучше двигаться, пока нас здесь не накрыли!
Шесть-восемь одуревших от наркотиков и познавших наслаждение крыс помогают мне одержать победу над превосходящими силами противника. Как я могу использовать их с максимальной выгодой?
– Вон там, крысы, видите вон ту дверь?
– Где в боевой готовности стоят все эти солдаты?
– Да, эта дверь. Мы собираемся порушить их ряды.
– Порушить? Он сказал, что мы должны порушить?
– Он сказал, что они русские. Ни на каких русских я идти не собираюсь.
– Я застрелю следующего, кто будет разговаривать!
– Только удостоверьтесь, что вы попадете в вену, вот все, о чем я прошу.
– Хорошо, а теперь медленно и осторожно следуйте за мной, вот под эту полку с клетками… вот так, пригибайтесь…
Нам пришлось пройти мимо Большого Центрального Барабана-тренажера, который все еще быстро вращали бунтовщики. По обе стороны от него маршировали вооруженные патрули, их оружие поблескивало в темноте.
– …всякий раз, когда я погружался
– Ты наступил мне на хвост, безглазый мудак!
– Эй, я собираюсь немного "позвонить", а как вы? Вы можете слышать?
– Эй, здорово, что это получилось!
– Прямо с самого начала? Очень приятные ощущения?
– Да, да, это произошло, давайте попробуем это прямо сейчас!
– Тихо, крысы!
– В воздухе какие-то радиопомехи. Я даже могу чувствовать их.
– Это отсюда, от Большого Центрального Барабана-тренажера.
– Да-а, сейчас и я могу ощутить. Они генерируют некоторую энергию с помощью этой штуки.
– Порядок в строю!
– Поднимайся, Джим, я отправляюсь к любовнику.
– Ударь меня, ударь!
– Центры удовольствий активированы… центры удовольствий, вперед!
И вот они двинулись, мои войска, двинулись кое-как, и буквально каждый крутился и вертелся вокруг Барабана-тренажера. Небольшие искорки электрических разрядов попадали в них, и от этого они бежали еще быстрее, будто охваченные экстазом. Они падали и ползли, словно безумные наркоманы, и я остался один со своим планом.
Но я не отступлю!
Быстро бегу вдоль прохода и забираюсь на полку с клетками, на самый верх.
Привет, киска. Это твой старый приятель, доктор Рэт.
Ее глаза поблескивали в лунном свете. Ей очень хотелось слопать меня. Вот уже сорок три дня она находилась на специальной голодной диете. Ни крошки пищи, ни капли воды. Ее задние лапы слегка волочились, но она все еще в состоянии потягаться с этими крысами.
Я спасу с твоей помощью эту лабораторию, киска. Я знаю, где лежит ключ от твоей клетки. Он висит наверху, прямо вот здесь, на стене… если мне удастся поднять туда хвост и сбросить ключ вниз… удалось!
Теперь вставляем его в замок, стараясь не производить шума, и поворачиваем… замок мягко щелкает, и я, обернув хвост вокруг ручки, осторожно тяну ее.
– Выходи на свободу, мой друг. Иди и слопай их всех!
Кошка, прихрамывая, медленно выходит из клетки, давая мне вполне достаточное время, чтобы убраться отсюда на подоконник. Она внимательно смотрит вниз, на темный бурлящий бунтующий город, наполненный крысами, распевающими вокруг банок с их заспиртованными предками, и хороводами движущихся теней.
Что за вид для голодных кошачьих глаз!
Крысы, крысы, повсюду крысы! Хватай их, киска!
Она прыгает в темноту. А какой поднялся визг и крик! Вот теперь, бунтовщики, и посмотрим, каково на самом деле это ваше единство животных!
Бьются бутылки, гаснут огни, трясутся клетки, вот так-то. Я рад, что автоматические камеры все еще вращаются, с легким скрежетом, запечатлевая происходящее зрелище. Наш ученый-профессор получит настоящий сюрприз, когда воспроизведет все это. Мы сможем использовать эти материалы для нашего доклада по поводу агрессии. Вот вам моя задница, а не союз животных!