Доктор Сон
Шрифт:
– Это при условии, что их не погубит корь, – с надеждой возразил Дэйв и повернулся к Джону. – Ведь ты сам сказал, что такое возможно.
– Они потому и хотят заполучить меня, что считают мой пар лекарством от их кори, – заметила Абра. – Придурки!
– Следите за своим языком, мисс, – сказала Люси, но как-то рассеянно. Она достала из коробки последний кусок пиццы, посмотрела на него и положила на место. – Сейчас мне нет дела до других детей. Меня волнует судьба Абры, и только. Знаю, это звучит ужасно, зато честно.
– Ты бы так не думала,
– Если у этой женщины есть хотя бы немного мозгов, она догадается, что Абра не приедет к ней в одиночку, – размышлял вслух Дэйв. – Каким образом? Прилетит в Денвер и возьмет напрокат машину? Это в тринадцать-то лет? – И добавил, улыбнувшись дочери: – Придурки.
Ему ответил Дэн:
– После событий в Клауд-Гэпе Роуз прекрасно известно, что Абра пользуется поддержкой друзей. Но ей невдомек, что по меньшей мере один из них тоже сияет. – Он посмотрел на Абру. Та кивнула. – Послушайте, Люси, Дэвид. Я считаю, что вместе с Аброй мы сможем положить этому ужасу конец. Мы уничтожим эту… – Дэн поискал подходящее слово, но только одно показалось ему правильным: – …чуму. А поодиночке…
Он покачал головой.
– И вообще, кто сможет мне помешать? – вспыхнула Абра. – Ни вы, ни Дэн. Вы можете запереть меня в комнате, но мою голову вам запереть не удастся.
Люси метнула в нее Особо Строгий Взгляд, который матери приберегают для непослушных дочерей. Прежде он всегда безотказно действовал на Абру, в каком бы воинственном расположении духа она ни находилась. Но сейчас девочка спокойно встретила взгляд матери. И не просто спокойно, а с грустью, от которой у Люси похолодело сердце.
Дэйв взял жену за руку.
– Думаю, это необходимо сделать.
В комнате воцарилось молчание. Его нарушила Абра:
– Ну, раз никто не хочет последний кусок пиццы, я его забираю. Умираю от голода.
Они детально обсудили план несколько раз подряд. Иногда переходили на повышенные тона, но в итоге все важнейшие пункты были согласованы. Кроме, как выяснилось, одного. Когда они покидали мотель, Билли наотрез отказался сесть в «сабербан» Джона.
– Я поеду с тобой, – заявил он Дэну.
– Билли, поверь, я очень благодарен тебе за заботу, но это дурная идея.
– Мой пикап, мои условия. Кроме того, неужели ты один сможешь добраться отсюда до гор в Колорадо к понедельнику? Не смеши меня. Ты выглядишь как дерьмо на палочке.
– В последнее время я неоднократно это слышал, – заметил Дэн, – но никто не сформулировал это так изящно.
Билли даже не улыбнулся.
– Я могу помочь тебе. Я старик, но еще не покойник.
– Возьми его с собой, – сказала Абра. – Он прав.
Дэн внимательно посмотрел на нее.
(ты знаешь что-то Абра)
Ответ пришел быстро.
(нет я предчувствую что-то)
Для Дэна этого было достаточно. Он протянул руки, и Абра крепко обняла его, прижавшись щекой к груди.
(дай мне знать когда подберешься к ним близко дядя Дэн и я приду)
(только легкими прикосновениями помни)
Вместо слов она послала ему картинку: датчик дыма, попискивающий, потому что нужно сменить батарейку. Она все помнила.
Пока они шли к машине, Абра сказала отцу:
– По дороге надо купить открытку с пожеланием скорого выздоровления. Джули Кросс сломала вчера запястье во время футбольной тренировки.
Он нахмурился.
– Как ты об этом узнала?
– Просто узнала, – ответила она.
Он мягко потянул ее за хвостик.
– Ты и в самом деле могла заниматься этим все время, верно? Не пойму только, зачем нужно было скрываться от нас, Абба-Ду.
Дэн, который тоже вырос с сиянием, мог бы ответить на этот вопрос.
Иногда родителей нужно оберегать.
И они разъехались в разные стороны. Внедорожник Джона отправился на восток, а пикап Билли, с хозяином за рулем, – на запад.
– Ты достаточно хорошо себя чувствуешь, чтобы вести машину, Билли? – спросил Дэн.
– После того как отоспался прошлой ночью? Да я сейчас мог бы доехать до самой Калифорнии, дорогой.
– Ты знаешь, куда нам надо попасть?
– Когда я покупал в городе пиццу, заодно прихватил и атлас автомобильных дорог.
– Значит, ты уже тогда все решил? И знал, что мы планируем сделать?
– Ну как тебе сказать… Да, кое-что почувствовал.
– Как только захочешь, чтобы я тебя сменил, дай знать, – сказал Дэн и быстро уснул, прислонив голову к стеклу пассажирской двери. Во сне он погружался в глубины неприятных образов. Сначала это были животные из ограды «Оверлука», которые двигались, когда на них никто не смотрел. За ними последовала миссис Масси из номера 217, которая нахлобучила на себя лихо сдвинутый набок цилиндр. Опускаясь, он вновь стал свидетелем «битвы при Клауд-Гэпе». Только на этот раз, ворвавшись внутрь «виннебаго», он обнаружил там Абру, лежавшую на полу с перерезанным горлом, и стоявшую над ее телом Роуз с окровавленной опасной бритвой. Роуз увидела Дэна, и нижняя часть ее лица распахнулась в отвратительной ухмылке, посреди которой торчал единственный длинный зуб. Я предупреждала, что этим все кончится, сказала она. Но она не хотела слушать. Дети так редко слушают.
А еще ниже наступила кромешная тьма.
Проснувшись, он увидел сумерки, сквозь которые бежала прерывистая белая разделительная полоса.
– Сколько я проспал?
Билли посмотрел на часы.
– Достаточно долго. Стало получше?
– Да.
Это было полуправдой. У него прояснилось в голове, а вот желудок причинял адскую боль. Учитывая то, что Дэн увидел в зеркале сегодня утром, удивляться не приходилось.
– Где мы?
– В ста пятидесяти милях к востоку от Цинциннати. Ты проспал две заправки. И здорово храпишь.