Доктор Сон
Шрифт:
Джону на своем веку не раз доводилось видеть малышей, которые били и толкали друг друга, щипали и даже кусали, и потому он улыбнулся, цинично и грустно.
– Трудно было бы ожидать иного. Они все ходят в «Круг маленьких друзей» – лучший детский сад города, за который платят весьма приличные деньги. А это означает, что их родители принадлежат к верхнему слою среднего класса, имеют высшее образование и в жизни всегда следуют принципу «живи и дай жить другим». Эти детишки – что домашние социальные животные.
На этом Джон остановился, поскольку его собеседница нахмурилась. А ведь он мог бы добавить, что примерно до семи лет, когда
Нет, двадцать лет врачевания малолетних (не говоря уже о воспитании двух собственных чад, которые теперь ходили в хорошую начальную школу) не разрушили полностью тех романтических настроений, которые подвигли его выбрать специальность педиатра, но, несомненно, умерили их. Возможно, каждый ребенок действительно являлся в наш мир, окруженный облаком славы, как писал Вордсворт, но при этом пачкал себе штанишки, пока не начинал немного соображать.
В полуденном воздухе раздался серебристый перезвон, похожий на тот, что сопровождает машины мороженщиков. Дети завертели головами, пытаясь увидеть, что происходит.
На дорожке со стороны фасада дома Стоунов появился совершенно необычный молодой человек на огромном трехколесном велосипеде. Он был в белых перчатках и костюме с комично широкими плечами и мешковатыми брюками. В петлице торчал цветок размером с тепличную орхидею. Чересчур широкие штанины молодой человек закатал до колен, чтобы можно было крутить педали. Руль украшало множество велосипедных звонков, в которые он звонил одним пальцем. Его «машину» потешно раскачивало из стороны в сторону, она норовила опрокинуться, но всегда в последний момент удерживала равновесие. Под огромной коричневой шляпой виднелся синий парик. Следом за молодым человеком шел Дэвид Стоун и нес в одной руке большой чемодан, а в другой – раскладной столик. При этом он загадочно улыбался.
– Эй, мальчики! Эй, девочки! – воскликнул молодой человек. – Собирайтесь скорее в круг, потому что представление сейчас начнется!
Приглашать дважды не пришлось: они моментально побежали к велосипеду, смеясь и крича.
К Джону и Четте присоединилась Люси, которая села рядом и забавно сдула в сторону упавшие на глаза волосы. На ее подбородке виднелось пятнышко шоколадной глазури.
– Внимание, у нас фокусник! Летом он устраивает уличные шоу во Фрейзере и в Норс-Конвее. Дэйв заметил рекламу в одной из бесплатных газет, устроил просмотр и решил пригласить его. Его зовут Реджи Пельтье, но он работает под сценическим псевдонимом Великий Мистерио. Интересно, долго ли ему удастся удерживать внимание детворы, после того как они вдоволь насмотрятся на его забавный велосипед? Думаю, минут десять, не больше.
Джону же сразу показалось, что Люси ошибается. Появление артиста было точно рассчитано, чтобы захватить воображение малышей, а его синий парик казался скорее смешным, чем пугающим. Он не стал накладывать грим на свое озорное лицо, что тоже было правильным ходом. Размалеванные клоуны никогда не нравились Джону. У совсем маленьких детей они вызывали ужас. Что же до ребят постарше, то им клоуны казались слишком скучными.
Что
Возможно, дело было в том, что он приехал увидеть нечто необычное, но пока ничего необычного не происходило. Сейчас Абра казалась вполне заурядным для своего возраста ребенком. Она, возможно, веселилась немного больше остальных, но умение радоваться было свойственно всем членам ее семьи. За исключением, разумеется, тех случаев, когда Четта начинала пикировку с Дэвидом.
– Не будем недооценивать терпение малышей. – Он перегнулся через Четту и носовым платком стер шоколадное пятнышко с лица Люси. – Если этот парень хоть чего-то стоит, то займет их минут на пятнадцать. А быть может, и двадцать.
– Сомневаюсь, – скептически ответила Люси.
Но вскоре выяснилось, что Реджи Пельтье – он же Великий Мистерио – был в своем деле настоящим умельцем. Пока его послушный ассистент – Не-Очень-Великий Дэйв – раскладывал столик, фокусник подозвал к себе виновницу торжества и ее гостей, приглашая полюбоваться на свой цветок. Но стоило им приблизиться, как из орхидеи брызнули струйки воды: сначала красные, потом зеленые и голубые. Детвора завизжала от восторга.
– А теперь, девочки и мальчики, смотрите-ка… Ой, уй, ах! Щекотно же!
Он снял шляпу и достал из нее белого кролика. Малышня затаила дыхание. Великий Мистерио отдал кролика Абре, которая погладила зверька, а потом передала своим гостям, не нуждаясь в напоминаниях. Кролик покорно сносил повышенное внимание. Вероятно, подумал Джон, ему в корм подмешали перед представлением немного валиума. Мальчик, державший зверька последним, вернул кролика Мистерио, тот сунул его обратно в шляпу, взмахнул над ней рукой, а потом продемонстрировал всем ее содержимое. Если не считать подкладки в виде американского флага, внутри ничего не оказалось.
– А где же теперь кролик? – спросила маленькая Сьюзи Сунг-Бартлетт.
– В твоих снах, солнышко, – ответил Мистерио. – Он заглянет к тебе сегодня. А теперь скажите: кто из вас хочет получить волшебный платок?
В ответ послышался целый хор голосов:
– Я! Я! Я хочу!
Великий Мистерио достал платки из рукавов. Потом быстро показал еще несколько фокусов. Долтон засек время и отметил, что дети уже двадцать пять минут ни на шаг не отходили от артиста. Как только фокусник почувствовал, что внимание малышей начинает рассеиваться, он приготовился закончить свое шоу. Из пустого вроде бы чемодана он вытащил пять тарелок и начал жонглировать ими, напевая: «С днем рожденья тебя!» Все гости подхватили песенку, а Абра, казалось, была готова взлететь от счастья.
Тарелки перекочевали обратно в чемодан, который после этого волшебным образом вновь оказался пустым. В руках фокусника появилось несколько ложек. Он подвесил их себе на лицо, а последнюю поставил на кончик носа. Героине дня особенно понравился этот трюк: с веселым смехом она уселась на траву.
– Абра тоже так может, – сообщила она. У нее с недавних пор появилась привычка говорить о себе в третьем лице, что Дэвид называл фазой Рики Хендерсона [9] . – Абра может делать ложки.
9
Этот знаменитый бейсболист говорил о себе в третьем лице.