Долг центуриона

Кудрявцев Леонид Викторович

— А потом?

— Ну, а потом — началось.

— Что именно?

Старший клерк непонимающе посмотрел на меня. Роста он был низенького, раза в два ниже обычного человеческого, имел плотный животик и круглое, добродушное лицо с щечками, похожими на печеные яблочки. Не будь у него длинного, увенчанного на конце костяной шишкой хвоста и третьего глаза во лбу, старшего клерка можно было бы запросто принять за сказочного гномика. А так он был просто самым обычным фирянином, уроженцем планеты Фир, прославившейся своими богатейшими титановыми рудниками.

Я уточнил:

— Что именно началось?

Старший клерк беспомощно развел руками:

— Ну... такого мы еще не

видели. Такого у нас еще не было.

— А точнее?

Проклятая доля стража порядка. Если не надавишь, никто для тебя ничего делать не станет, даже в том случае, если бездействие очень невыгодно им самим.

Я сделал так, чтобы в моем голосе появилась угрожающая нотка. Чуть-чуть, но все же вполне достаточно для клерка, натренированного постоянно работать с самыми различными клиентами.

— Понимаю, — быстро сказал фирянин. — Я отнимаю ваше драгоценное время?

— Да.

— В таком случае, не соблаговолите ли...

— Короче, — рявкнул я.

Это, мне кажется, привело старшего клерка в чувство, и он сказал:

— Вы должны меня извинить. Я немного не в себе. Сами понимаете, день сегодня выдался не из легких.

— Еще бы, — без тени сочувствия в голосе, на которое, похоже старший клерк рассчитывал, произнес я. — В отличие от вас, я весь этот день провел, играя в бирюльки.

— Неужели?

— Рассказывайте дальше, — приказал я. — Итак, он вошел в зал. А потом — началось. Что именно?

— Он выхватил скример и крикнул...

— Стоп, — перебил клерка я. — Вы уверены, что это был скример?

— Да, Я не раз видел такие штуки, поскольку не всегда был клерком. В молодости мне случилось поучаствовать в инциденте у планеты Нерпы. Если вы такой помните.

Я кивнул.

Помнил. Инцидент был еще тот. Его потом во всей федерации не могли забыть очень долго.

— Ну вот, он выхватил скример и крикнул, чтобы мы все немедленно легли на пол.

— Что вы и сделали.

— Да. Я, как старший клерк, оценил опасность потери своих подчиненных как достаточно высокую и дал команду не оказывать сопротивления.

— Каким образом вы это определили? — заинтересовался я.

— Есть такие методы. Как вы понимаете, мыслящего, отобранного для моей должности, готовят находить выход из всех возможных ситуаций. Ограбление считается одной из самых сложных, поскольку частенько приводит не только к единичным жертвам, но и, например, взятию группы заложников. Ну, и так далее... По некоторым известным мне признакам я определил исходящую от ирмурянина угрозу как более чем среднюю, приблизительно на шесть целых, шесть десятых по шкале биргамской четверки. При таком высоком значении рекомендуется, во избежание напрасных жертв, временно подчиниться преступнику. Именно поэтому я отдал приказание... ну, то, которое отдал.

— Понятно, — поторопил я. — А дальше?

— Он, этот ирмурянин, убедился, что мы не думаем сопротивляться, и приказал мне встать на ноги. Он сказал, что если хоть один из нас попытается выкидывать фокусы, то он убьет всех, находящихся в помещении банка. Поскольку тревожная кнопка была уже нажата, нам надлежало выполнять все его приказания.

Я кивнул.

Ах да, тревожная кнопка. О ней в свое время меня поставил в известность Дагай Каача. Смысл ее был в том, что на Бриллиантовой, в отличие от многих и многих планет, единственным островком цивилизации был инопланетный район. На других планетах к инопланетному району прилагались заводы, шахты, промыслы, города и многое-многое другое. Здесь же ничего этого не было. Существовал лишь инопланетный район, который состоял из десятка банков, магазинов, контор по приему личинок бриллиантового муравья, мастерских

по оценке и переработке тех же личинок, нескольких ресторанов и баров, в которых питались работающие в этих фермах люди, а также домов, в которых они жили.

А еще на Бриллиантовой было всего лишь два стража порядка. Причем один из них являлся Мараском и не мог без посторонней помощи покинуть лачугу, почему-то называемую жителями инопланетного района резиденцией центуриона. Таким образом, на случай неожиданных событий, в число которых входит и попытка ограбить банк, на Бриллиантовой имелся всего лишь один боеспособный страж порядка, да в каждом банке по несколько охранников, основной обязанностью которых было олицетворять порядок и успокаивать возможных грубиянов. Поскольку охранники банков сменялись посменно, это означало, что в любой момент в банке находился лишь один или два из них. И они, конечно, не могли оказать серьезного сопротивления грабителям, вздумавшим совершить ограбление. Правда, было еще несколько федеральных охранников, но в их обязанности входила охрана космопорта, и они не имели права покидать его территорию ни при каких обстоятельствах. В общем-то, их присутствие все же до некоторой степени помогало соблюдению порядка. По крайней мере, преступник, пожелавший слегка повеселиться на Бриллиантовой, должен был учитывать, что обратный путь через космоиорт ему закрыт. Стоит только охране космопорта сообщить, что такого-то и такого надо задержать, и они это проделают просто блестяще. Таким образом, покуролесить и унести без последствий с планеты ноги мог лишь владелец личного космолета. А преступников, обладающих личными космолетами, не так уж много. Кроме того, далее это не спасало мыслящего, пожелавшего вступить в конфликт с законом, от преследования федеральных инспекторов. А они, как я уже убедился в прошлом, свое дело знали очень даже неплохо.

Таким образом, спокойствию расположенных на Бриллиантовой банков и контор мог реально угрожать, например, какой-нибудь жулик, действующий настолько ловко, что обман раскрывался лишь после того, как он покидал планету. Да и то при его просто феноменальной ловкости и удачливости...

Да, так вот, об ограблениях... Их на Бриллиантовой не было ни одного за все полтора года, в течение которых я работаю центурионом. Но все же, на тот случай, если какому-то безумцу придет в голову ворваться в один из банков или магазинов с оружием, советом мыслящих инопланетного района были разработаны чрезвычайные меры.

Как уже сказано выше, у каждого банка имелось по два охранника. Поодиночке они не могли оказать возможным грабителям серьезного сопротивления. А вместе?

Ну конечно, эта мысль пришла кому-то в голову, и в результате в каждом банке, как и положено, в самых удобных и малозаметных местах были установлены тревожные кнопки. При нажатии одной из них охранникам всех прочих банков становилось известно, что вот сейчас в таком-то банке происходит нечто плохое. После этого свободные охранники всех остальных банков, объединившись, бросались на помощь своим товарищам. А отряд из полутора десятков охранников был способен отразить нападение даже целой банды, не то что одиночки-грабителя.

В данном же случае...

— Тревожная кнопка не сработала? — поинтересовался я.

Вопрос был задан скорее для проформы. Отсутствие в банке и его окрестностях отряда охранников безусловно свидетельствовало о том, что тревожная кнопка подвела.

— Да, похоже, она не сработала, — признался старший клерк.

— А ваш охранник?

— Я приказал ему не вмешиваться. Поскольку, по моим наблюдениям, состояние агрессии грабителя, по шкале...

— Это понятно. Что было дальше?