Долг Короля

Райз Риссен

Рин не сразу поняла, что было не так во внешности младшей дочки губернатора. Вроде бы все было в порядке. Одета в платье мятного цвета, без корсета. Декольте у платья не имелось, так как показывать там было нечего — плоска, как доска. Плечи были худенькие и узкие, как у сестры. Словом, обычная, свойственная подростку худенькая и угловатая фигурка. Длинная черная коса до пояса, переплетенная с серебряными лентами. Кожа смугловатая, лицо широкое, лоб высокий. Но черты остренькие и четкие. Нежно-красные губки, похожие на розовые лепестки.

Черные брови чайками и пронзительно-умные голубые глаза. Наконец до Рин дошло.

«На меня похожа», — подумала она со странной грустью. Девочка совсем не походила на Алаву. Этот краснолицый кабан никак не мог быть отцом этих девочек, Рин это поняла совершенно четко. Если и были у них кровные узы, то только очень далекие. Взглянуть бы на их мать…

— Ваша светлость, с отеческой гордостью представляю вам мою старшую дочь Камелию, — сказал губернатор, подтолкнув вперед сероглазую девочку, — и младшую Розу. Дочери, сегодня у нас большой праздник, к нам пожаловали сам его светлость герцог Анхельм Вольф Танварри Ример и подруга его светлости, леди Ирэн Эмерси.

Анхельм улыбнулся и поцеловал руку старшей дочери.

— Приятно познакомиться с вами, леди Алава!

— Знакомство с вами — большая честь, ваша светлость! — ответила девушка, делая реверанс. Камелия смущенно улыбнулась и почтительно кивнула Рин. Та кивнула в ответ, спокойно улыбнувшись девушке.

— В высшей степени приятное знакомство, леди Алава! — поздоровался герцог с младшей дочерью. Девочка сделала реверанс.

— Добро пожаловать, ваша светлость! Добро пожаловать, леди Эмерси!

— Что же, приступим к трапезе!

Рин с наслаждением поглощала салат с кальмарами и маленькими маринованными осьминогами и сочиняла оду повару, однако застряла на подборе рифмы к слову «осьминог». Ничего лучше, чем «сапог» в голову не шло. Едва она протянула руки к графину с белым вином, как Анхельм мгновенно заменил его на грейпфрутовый сок. Через некоторое время две служанки вместе принесли блюдо, на котором лежал гигантский запеченный с картофелем и травами тунец.

— Прошу вас, ваша светлость, попробуйте эту замечательную рыбу! Этого тунца выловили сегодня утром специально для вас.

— Милостивые боги! — пробормотал Анхельм, оглядывая тушу, от которой шел ароматный дымок. Служанка разрезала рыбу и подала герцогу тарелку с большим куском. Рин, зная, как мало он вообще ел, мысленно усмехнулась. И охнула, когда на ее тарелку легла порция не меньшего размера.

— Ваша светлость, какие новости на континенте? — осведомилась младшая дочь. Анхельм с улыбкой отвечал:

— В конце декабря достроили собор Светлой Сиани в Кастане, я слышал, дивное место. Посетите его обязательно. Знакомы ли вы с герцогиней Мелуа? Франсуаза Женевьева Мелуа.

— Ее светлость всегда гостит у нас, когда навещает свои владения на Шаберговых островах, — ответила девочка.

— Герцогиня

открывает вторую консерваторию в Лилли. Я подумал, что вам как пианистке это интересно.

— Волнующее событие. Но… Да простит меня отец за мои слова… Меня мало интересует музыка, ваша светлость.

— А что же вас интересует в таком случае?

— Государственное управление, — ответила Роза, глядя на герцога совершенно взрослым и серьезным взглядом. Анхельм казался удивленным.

— Откуда же у вас интерес к таким вещам?

Роза вытерла рот салфеткой и отложила в сторону вилку. Губернатор смерил строгим взглядом дочь, подозвал служанку, чтобы та налила ему еще вина, и ответил прежде девочки:

— Роза всегда проявляла определенный интерес к моим делам, ваша светлость. После смерти жены я не мог надолго оставить малышку одну и брал ее с собой… работать. По прошествии некоторого времени это стало невозможным, но интерес у нее остался. Не принимайте всерьез, это пройдет. Лучше бы ты проявляла больше прилежания к фортепьяно, моя дорогая, а не портила глаза за книжками, которых не понимаешь. Всю комнату завалила учебниками!

— Я понимаю эти книги, папа. И ты знаешь, зачем я их читаю, — упрямо ответила девочка. Рин расслышала торопливые шаги в соседней зале, и как кто-то прислонился к стене. Она взглянула на старшую дочь и отметила, что та перестала есть и напряженно поглядывает на сестру. Что не так с этой семьей? Старшая дочь выглядит, как забитый щенок, младшая спорит с отцом, а отец так налегает на выпивку, что пора выводить его из-за стола, иначе Анхельм рискует ни одно дело не закончить, а они так и не выяснят, что происходит в городе. Как раз в этот момент в залу вошла Рейко и осведомилась:

— Ваше сиятельство, прикажете подать десерт? — спросила она. Рин отметила реакцию девочек на появление экономки: старшая облегченно вздохнула и заулыбалась, а младшая досадливо поджала губы и презрительно взглянула на отца.

— Да-да, давай скорее десерт, — махнул рукой губернатор. Зал тут же наполнился служанками, они быстро унесли все горячие блюда и закуски и подали сладости. Рин обвела затуманенным взглядом угощение и затаила дыхание. Анхельм наступил ей на ногу под столом, и Рин послала ему возмущенный взгляд. Некоторое время компания молча пила кофе, который, как отметила Рин, был гораздо ароматнее того, что ей доводилось пробовать раньше.

— А что еще происходит на континенте? — не унималась девочка. Анхельм задумался.

— Возможно, это вам будет интересно: его императорское величество издали указ, по которому на севере будет возведен портовый город. Сент-Вейлор будет располагаться у нашего единственного выхода в Северное море. Как выразился его величество, это наш взгляд в лицо Альтресии и обход Канбери.

— Очень интересно! Так вот для чего нужна экспедиция? Чтобы закрепить наши позиции на севере?