Долг
Шрифт:
— Хорошо, — закивала я.
Брюнетка отлепилась от левой стены и подошла к правой. Нагнулась и села на пол. Неподалёку от меня. Одну ногу согнула, а вторую вытянула. Положила локоть на колено и подпёрла им щёку, уставившись на меня. Господи, она меня не тронет. Я… готова ей ноги целовать. Вот серьёзно. Меня до такого довели, что я…
— Сейчас ты должна понимать, что ты у меня в долгу, — начала она негромко. — Я тебе сохранила жизнь и твоё здоровье.
— Я понимаю, — снова закивала я.
В
— И на данном этапе наших с тобой отношений я хочу, чтобы ты просто сохранила всё это в нашей тайне, — Сальма обвела пальчиком комнату. — Идёт?
— Идёт.
Да меня пытать будут — слова не скажу! Хотя, как пытать будут, конечно…, но я не сдам её! Она ведь… она ведь не тронула меня.
— И ты даёшь мне слово?
— Даю, — не задумываясь, сообщила я ей.
— Ликаны слов не нарушают и не позволяют это делать другим, — чуть улыбнулась она. — Понимаешь, что если ты предашь меня, то испортишь мне все планы? А они у меня грандиозные и довольно масштабные.
— Я никому не расскажу об этом, — заверила я свою спасительницу. — Никто и не подумает… Я ведь человек и мне не могут доверить что-то серьёзное…
Я была потеряна, силясь высказать свою благодарность как можно более сильнее. Она же… Она… не убила меня.
— А очень зря, — шире растянулись её губы в улыбке. — Я изначально ставила на тебя и пока ты не то чтобы оправдывала мои надежды, ты делала всё сверх нормы, поэтому я от тебя в восторге. Мои девочки даже изъявили желание взять тебя к нам после всего.
После чего? И как она на меня ставила?.. Ничего не понимаю.
— Я немного не понимаю…
— Тебе многого знать и не нужно, — пожала Сальма плечом. — Главное, что я тебя не брошу, когда полетят головы, поскольку отныне ты в моей команде. Да?
Кажется, до моего воспалённого мозга начинает доходить. Она же вербует меня… меня! Твою налево! Я никогда в жизни не подумала бы, что я могу кому-то пригодиться! Да что с меня взять?! Ни информации, ни силы, ни власти! Я слабая женщина!
— Прости, пожалуйста, — сжала я руки в кулаки. — Я тебе благодарна за… всё это, но Лорин… Он… он же…
Я даже не могла внятно сформулировать свой посыл. Я понимала, что если он узнает… вскроет на площади, как тех парнишек. Брр. Как вспомнила, так дурно стало, и предавать Лорина перехотелось. Точнее… я и не думала о его предательстве, просто я благодарна Сальме… и всё.
— Этот Лорин, — закатила девушка глаза. — Знала бы ты сколько всего мерзкого и гнусного он сделал, не защищала бы ты его так.
А я не удивлена. Я так и знала.
— Я его не защищаю, но он меня купил, я с ним живу, — начала я приводить веские доводы. — Я просто… просто не смогу врать, когда он спросит меня.
— А ты сделай так, чтобы не спросил, — возразила альфа. — Как-то же метку
За две недели до моей продажи, один папин друг сделал мне комплимент и сказал, что я «особо очаровательна в этом платье». Всё. За пролетевшее время я ничего подобного не слышала. Настоящий, конструктивный, честный и искренний комплимент! Да, Лорин хвалил меня, но… это было не так. «Ты добрая», «ты хорошая», «ты красивая». Приятно, мне раньше и такого не говорили, но сейчас, слыша это от довольно прелестной женщины, я по-настоящему приняла эти слова. Да и на Лорина я обижена и зла. Не хочу больше ничего общего с ним иметь. Как мы будем в одном доме жить — вопрос, на который я знаю ответ. Мы будем жить, как раньше. Да-да, молча, когда каждый занимается своими делами. Да, будет больно, да, исчезнет смех и радость, но… лучше жить в честном одиночестве, чем в фальшивом счастье.
— Я не специально, — опустила глаза. — Он всё сам.
— Ты хочешь, чтобы я тебя комплиментами завалила? — засмеялась она. — Подстроила всё так, что сам Верховный альфа сделал то, что нужно тебе, пошёл против правил и обычаев, потому что ты когда-то ему улыбнулась и кое-где погладила. Это же мастерство.
Нет. Я так не делала, но… в её словах был смысл. Вот, что значит поговорить с взрослой, незаинтересованной женщиной. Ту же Майлу Лорин заставлял со мной общаться. Кругом ложь.
— Наверное, ты права, — решила я не спорить. — Но… как ты объяснишь всем вокруг, что мы…
Тут она вздохнула.
— Эта комната звуконепроницаемая, — альфа поглядела на потолок. — Но очень громкие звуки она пропускает. Нас никто не слышит, поэтому нам с тобой стоит только нарядиться.
Так и подумала. Стала бы она так откровенничать. Но… что значит «нарядиться»?
— Каким образом?
— Будет больно, но я сделаю всё хорошо и качественно, — покачала она головой. — Ты понимаешь меня?
Всё-таки будет больно. Желудок зашевелился. Только недавно от позвоночника отлип.
— Я понимаю, просто боюсь боли, у меня же не заживает всё быстро, — оправдалась я растерянно. — Извини, что я такая трусливая.
Зачем я извинилась? Растерялась, наверное. И я поистине считаю трусость свою огромным недостатком. Я до конца не понимаю, что мы делаем и о чём говорим, но я просто рада, что жива.
— Времени осталось немного, поэтому пора начинать, — альфа поднялась.
Я тоже встала. Было не так страшно, хотя боязно до поросячьего визга просто.