Долгое чаепитие
Шрифт:
— Ага.
— Невежливо не являться вовремя.
— Ага.
— Наверное, все очень огорчены?
— Пока свиней хватает — не очень.
— Свиней?
— Ага.
Дирк не сразу сообразил, что на это ответить.
— Ну да… — покорно пробормотал он.
— Тор — единственный, кого волнует что-то, кроме свиней, — сказал старик. — Объявляет вызов, а дело довести до конца не умеет. Всегда так — запутается, разъярится, натворит всяких глупостей, не знает потом, как выпутаться и исправить содеянное, и его наказывают. А всех остальных интересуют только свиньи. За этим
— Ага. — Дирк понемногу усваивал новую технику ведения беседы и просто поражался, сколь успешно ее можно применять. Он даже начал уважать старика.
— Знаете, сколько камней в Уэльсе? — неожиданно спросил старик.
— Ага, — устало отреагировал Дирк, он не знал этой шутки.
— А я вот не знаю. Он никому не говорит. Сами, мол, считайте — обижается и уходит.
— Ага. — Дирк счел шутку неудачной.
— А сегодня даже явиться не соизволил. Да я его не осуждаю. Просто жалко, что он не пришел. Ведь, возможно, он прав.
— Ага.
Старик погрузился в молчание.
Дирк ждал.
— Ну да, — сказал Дирк, надеясь вызвать хоть какую-то реакцию.
Старик молчал.
— Э-э… Так, значит, вы считаете, что он, возможно, прав? — осторожно попробовал Дирк еще раз.
— Ага.
— Так. Возможно, Тор прав. Все дело в этом.
— Ага.
— В чем прав? — Дирк наконец потерял терпение.
— Да во всем.
— Ага, — расстроенно отозвался Дирк, признав поражение.
— Для богов настали тяжелые времена, — мрачно заговорил старик. — Это всем ясно. Даже тем, кого интересуют только свиньи — а таких большинство. Когда чувствуешь себя никому не нужным, это всегда тяжело, даже когда приступаешь в очередной свинье. Даже если ты бессмертен. Но все понемногу смирились и воспринимают это как должное — все, кроме Тора. Так-то вот. А теперь и он сдался. Даже не соизволил явиться. Не пожелал повеселиться с нами и сразиться с жареной свиньей. И на вызов наплевал. Да-а…
— Ага, — сказал Дирк. — Так, значит, это Тор бросил вызов, — попытался Дирк еще раз.
— Ага.
— Но почему?
— Ага.
У Дирка лопнуло терпение, и он набросился на старика.
— Я спрашиваю, почему Тор бросил вызов Одину?
Старик изумленно осмотрел его с ног до головы.
— Ты смертен?
— Ага, — раздраженно сказал Дирк. — Я смертен. Ну и какое это имеет отношение к тому, что я пытаюсь выяснить?
— Как ты здесь очутился?
— Я пошел за вами. — Он вытащил из кармана мятую пачку сигарет, уже пустую, и положил в стол. — Очень вам признателен.
Не самое лучшее объяснение, подумал Дирк, но за неимением другого…
— Ага. — Старик отвернулся.
— Почему Тор бросил вызов Одину?
— Ну какое тебе дело до всего этого? — сказал старик с нескрываемой горечью. — Ты смертный. Что тебе наши проблемы? Ты уже получил долю. Ты и тебе подобные.
— Что получил? Какую долю?
— Со сделки, — ответил бессмертный. — Контракта, который заключил Один, — во всяком случае, так говорит Тор.
— Контракта? Какого контракта?
Похоже, старик начинал медленно разъяряться. Отблески костров Вальгаллы зловеще плясали в глубине его глаз, когда он посмотрел
— Продажа, — мрачно произнес он. — Продажа бессмертной души.
— Что? — удивился Дирк. А ведь он рассматривал такую идею и отбросил как совершенно невозможную. — Вы говорите, что человек продал ему свою душу? Какой человек? Ничего не понимаю. Это лишено всякого смысла.
— Угу, это и не может иметь никакого смысла. Я сказал — бессмертная душа. Тор говорит, что Один продал свою душу Человеку.
Дирк в ужасе на него уставился, а затем перевел взгляд на помост. Там что-то происходило. Снова ударили в барабан, и снова все затихли. Но второго и третьего удара не последовало. Видимо, произошло нечто непредвиденное. На помосте обеспокоенно задвигались. К исходу назначенного Часа нечто похожее на вызов, видимо, все-таки состоялось.
Дирк сидел, обхватив руками голову и раскачиваясь. Да, теперь многое становилось понятным.
— Нет, не Человеку, — сказал он, — а одному человеку, вернее, двум — мужчине и женщине. Адвокату и рекламному агенту. Как только я ее увидел, так сразу понял, что это она во всем виновата. Но я даже не подозревал, насколько я тогда был прав. — Он настойчиво обратился к старику. — Мне нужно туда. Ради богов — помогите мне.
29
— О-о-ди-и-и-ин!!!
От яростного вопля Тора содрогнулись небеса. Тяжелые облака удивленно исторгли несколько ударов грома. У Кейт зазвенело в ушах, и она побледнела от страха.
— Тоу Рэг!!!
Он двумя руками швырнул молот о землю. Швырнул с такой силой, что молот отскочил как мячик и взмыл в воздух футов на сто.
Тор подскочил вверх вслед за молотом, поймал его и опять с силой швырнул о землю, снова поймал, когда молот отскочил от земли, бешено завертевшись, и забросил в море. Потом Тор упал на землю и стал бешено колотить по ней кулаками в яростном исступлении.
Молот летел над морем, постепенно снижаясь. Вот он коснулся воды, погрузился на несколько дюймов и по воде прошла рябь. Молот разрезал поверхность моря, как скальпель. Море волновалось, пенилось и бурлило. Но вот молот приподнялся над водой и взлетел в воздух.
Тор вскочил на ноги и внимательно следил за полетом молота, но не перестал бешено топать, как будто хотел устроить землетрясение. Как только молот достиг высшей точки траектории, Тор опустил кулак вниз, и молот ринулся вниз и врезался в море.
На море этот удар подействовал, как пощечина на истеричку — оно вмиг затихло. А там, куда упал молот, взметнулся мощный столб воды, спустя несколько мгновений оттуда вырвался молот, перекувырнулся, покружил немного поблизости и радостно помчался к хозяину, как щенок, наигравшийся вдосталь. Тор дотянулся до молота, ухватился за него и пролетел ярдов сто, остановившись там, где земля помягче.
Приземлившись, Тор вскочил на ноги и стал раскручивать молот над головой.
Тор выпустил молот, и молот упал в море, но на этот раз он полукругом прорезал водную гладь, и море встало на дыбы, и стена воды с грохотом покатилась к берегу и неистово обрушилась на скалу.