Долина раздора
Шрифт:
– А вы, милсдарь, из северных стрелков будете?
– гном уважительно окинул взглядом доспехи Агатона.
– Серьезное у вас там обмундирование.
Пехотинцы тоже не могли оторвать завистливых взоров от его механических лат.
Гладкий шлем лейтенант Агатон держал на коленях. Простая каска, обитая внутри войлоком, без узоров, дабы вражеский клинок лишь скользнул по стальному куполу. По ободку шлема выгравирована вязь из символов против лишающей разума волшбы.
На теле крепился прочный гибкий каркас, смягчавший любые удары по броне и служивший креплением механике. За покатыми наплечниками к локтевым шарнирам и дальше, к пластинчатым перчаткам, тянулась
И уже поверх каркаса крепились основные броневые пластины, делавшие его доспех неподъемным для простого человека и несокрушимым для обычного врага. Система защитных рун и заклятий, нанесенных на корпус, казалась легкой гравировкой. Северные стрелки, следуя традициям Армии, не стремились выставлять их напоказ, в отличие от тех же инквизиторских корпусов, покрывавших все свои доспехи литаниями и даже стальными страницами с текстами Кодекса.
– Небось, не один год проучились управляться с этакой махиной?
– поинтересовался сержант.
– Два года тренировок, - коротко ответил лейтенант.
В памяти Агатона ожили на миг воспоминании о первых неумелых попытках сдвинуться с места в механических латах. Магия заклятий, что управляла устройством доспеха, работала с сознанием. И, пока он не научился четко представлять себе в мыслях каждое движение: рисовать своеобразные картинки, как разгибаются соединения и поворачиваются шарниры - поршни двигаться не желали. Но невозможно описать, какую силу и легкость он обрел, когда привык управлять механическими латами, как своим вторым телом.
Тут размышления Агатона прервал раздавшийся из кабины голос водителя:
– Подъезжаем, лейтенант!
Агатон придвинулся к узкой амбразуре в корпусе транспортника, прикрытой прозрачной пластиной.
Колонна машин как раз поднялась по дороге на одну из вершин холмистых предгорий. Покрытый ледяными шапками величественный горный хребет закрывал полмира, и к его заоблачным вершинам устремлялась лестница из ощетинившихся соснами и елями склонов.
Дорога вывела их лишь на одну из первых ступеней этого колоссального подъема. Впереди большак уклонялся в сторону, огибая развалины каменной башни и поросшие вереском фундаменты нескольких домов.
– Перевал Трех Ветров, сэр, - добавил водитель транспортника.
– Развалины замка виконта Аранжа. Мы на месте.
Транспортник объехал вокруг двухэтажного основания разрушенной башни донжона. Черные зрачки дул турели скользнули по ближайшему сосновому бору, скале и замерли, нацелившись на каменные блоки фундамента. Оба грузовика остановились между склоном, поросшим редким лесом, и броневиком, прикрывшись громадой его корпуса от развалин.
Повинуясь мысленному приказу Агатона, крохотные поршни над суставами сдвинулись, и пластинчатые фаланги перчатки сомкнулись на рукояти двуручного меча. На левую руку лейтенант повесил полутораметровый щит. Короткоствольный пистолет, с толстым рифленым дулом, покрытым вязью из рун, уже пристроился на поясе.
Пластина люка по левому боку сдвинулась, и он первым, низко пригнувшись, выскользнул наружу. Левая рука чуть приподняла щит до уровня
Сквозь прозрачный материал забрала Агатон настороженно осмотрел окрестности. В эту минуту он припомнил свой давешний разговор с отцом инквизитором.
…И так не в меру сухощавый отец Шалуа за последнюю неделю осунулся еще больше. Но беспощадное пламя фанатизма в глазах инквизитора разгорелось лишь сильнее.
Отец Шалуа склонился над столом с крупномасштабной картой Долины.
– Рудник находится вот здесь, - худощавый палец постучал по точке на юго-западе от Парнавы.
– Кровавая гекатомба сорокалетней давности. Мы еще не успели заняться этим делом, так что там может понадобиться ваша помощь, лейтенант. Но шахты никуда не денутся, да и гномы просто так нас не пустят в свой рудник, а переписка с Советом Долины может длиться вечность. Есть более неотложное дело.
– Оно связано с моим заданием?
– спросил лейтенант.
– Вы появляетесь здесь с рассказом о монстрах и таинственных записках. А теперь на свет выползают забытые тайны прошлого, - недобро усмехнулся святой отец.
– Рудник сейчас как эпицентр Источника, настолько там сильно магическое поле. И я вижу в этом чей-то злой умысел. Вот видите это местечко?
Лейтенант проследил за перстом инквизитора. Довольно далеко - где-то день пути к северу от Парнавы.
– Тридцать восемь лет назад там располагалось загородное поместье отца нынешнего барона Долины. Тогда случился грандиозный пожар, и почти вся его семья и слуги сгорели или задохнулись в дыму, чудом спасся лишь нынешний глава Совета Знати, - инквизитор скорбно вздохнул.
– Но случайность ли это? Позднее, подняв архивы, мы так же нашли упоминания о многочисленных исчезновениях сельчан и путников в те же годы в лесах на северо-востоке от Парнавы. Все списали на разбойничьи банды. Спустя пару месяцев и дюжину болтающихся в петлях налетчиков, волна похищений стихла, и дело забыли.
– Святой отец, вы хотите, чтобы я узнал, не был ли и там совершен кровавый ритуал?
– Мысль верная, - сухо улыбнулся отец Шалуа, - но проще следовать за нитью логики. Смотрите на карту, лейтенант. Здесь, здесь и здесь возможно принесены обильные человеческие жертвы…
– Они на одном расстоянии от Парнавы, - подхватил Агатон.
– И, если взять за центр столицу, и провести через эти места окружность…
– То получится часть окружающей Парнаву пентаграммы. Нам известны три точки, но на карте мы легко найдем и другие две, пока еще скрытые от нас гекатомбы, - инквизитор щелкнул по горам на юго-востоке.
– Здесь некогда располагался замок одной старой и глубокоуважаемой семьи. Ныне там развалины.
– И, если ваши догадки верны, то я найду там останки тел и колдовского ритуала, - закончил лейтенант.
Инквизитор довольно улыбнулся, уловив в словах Агатона намек на принятое решение:
– Я прошу мироздание, чтобы мои догадки оказались ложными заблуждениями, и от всего сердца надеюсь, что вы найдете в развалинах лишь гнездящихся птиц. Но будущее обычно оказывается куда хуже наших самых мрачных гипотез. Возьмите с собой отделение пехоты. Мне в резиденции эти бойцы ни к чему, а вам может понадобиться каждый клинок. И не забудьте свой чудный доспех.