Долина Солнца
Шрифт:
— Извиняюсь, — досадливо сказал он. — Я не знал, что ты рейнджер.
Но отступил Страйдер вовсе не потому, что чтил закон или испугался. Возможно, он и любил иногда покрасоваться, но трусом он не был.
— Я имел в виду, что и ты мог сделать это, — продолжал развивать свою мысль Сартейн, — равно как и Лоринг или я. У вас нет доказательств, владельцы ранчо с таким же успехом могут обвинить во всем вас.
— Ну а я что тебе говорил, Рой? — вступил в разговор Лоринг. — Нам нельзя поступать опрометчиво, это может привести к кровавому побоищу. Во всяком случае, сейчас шансы не на нашей стороне. Перед тем как что-то
— Ну, как бы там ни было, нам этот рейнджер не поможет, — объявил Пибоди. — Кто за вами послал? Квартерман?
— Да, меня просил приехать полковник, и уже этот факт должен вам кое о чем сказать. Будь он виноват, он бы не стал вызывать рейнджера, а справился бы с вами сам. Средств и сил у него хватило бы. Но он считает, что за всем этим что-то стоит.
— Неужели? — усмехнулся Страйдер. — Выходит, он вызвал вас сюда, чтобы все было как будто бы по закону?
Нолл подошел и встал по другую сторону желоба.
— Гостиница дальше по улице. Приличное место, постели с чистым бельем, а вот в ту сторону, недалеко отсюда, — заведение Эми Бут. Лучшая жратва к западу от Пекоса. Думаю, мы с вами там встретимся.
Сартейн кивнул и снова обратился к Лорингу:
— Успокойтесь, парни. Я постараюсь разобраться с этим.
— А нам тем временем прикажете с голоду подыхать? — заговорил молчавший Макнэбб, и его голос дрожал от обиды и горечи. — Ведь те повозки, мимо которых вы проезжали, принадлежат нам! И в них остались наши дети, наши жены! Запасы еды на исходе, наши стада разбежались! Как мы можем ждать? Что нам делать? А вы нас успокаиваете! Конечно, какое вам дело до наших женщин!
— А разве им станет лучше, если вы затеете перестрелку и погибнете? Как тогда ваши семьи смогут отсюда уехать? Кто тогда о них позаботится? Так что постарайтесь быть посдержаннее!
Все промолчали, признавая справедливость сказанного. Угрюмые, без всякой поддержки, испуганные люди. Они боялись не за себя, они знали голод, жажду, не раз попадали в песчаные бури, пережидали наводнения и отражали набеги индейцев. Их пугала неопределенность нынешнего положения и неизвестное будущее их семей.
— Мы подождем, — ответил за всех Лоринг. — По крайней мере, я еще ни разу не слышал, чтобы вы обошлись с кем-нибудь несправедливо!
В это время в гостинице «Лонгхорн», находившейся чуть дальше по улице, его уже дожидались те самые трое ранчеро, о которых говорили поселенцы, и теперь Сартейн знал, что их появление может привести к перестрелке, тем более, что к вечеру подтянутся их люди. Ситуация была накалена до предела.
Сартейн вспомнил, с какой уверенностью звучал голос Нолла, и удивился. Возможно, этот рассудительный человек поможет поддержать столь необходимое для всех равновесие.
Квартерман, высокий человек лет шестидесяти, с седыми усами и аккуратной острой бородкой, поднялся навстречу Сартейну. Это был подтянутый мужчина в сюртуке из черного сукна и белой шляпе. Сверкнув голубыми глазами, он протянул Сартейну руку. Рядом с ним стояла высокая темноволосая девушка с карими глазами и прелестной фигуркой. Она взглянула на него раз, другой…
— Как поживаете, полковник? Я — Сартейн.
— Сразу узнал вас, сэр. О вас ходят настоящие легенды. Мистер Сартейн, позвольте представить вам мою дочь, Кэрол. — Он повернулся к стоящему поодаль рослому молодому
С формальностями было покончено. Подметив собственнические замашки Бейна по отношению к Кэрол, Джим Сартейн вдруг с удивлением отметил, что его это раздражает.
Но больше всех его заинтересовала персона Уолкера. Холи Уолкер был преуспевающим ранчеро, среди ковбоев ходили легенды о его ловкости в обращении с шестизарядниками, а также просто-таки сказочной заботе о своих работниках.
Когда их руки встретились в рукопожатии, Сартейну показалось, что ни в одном человеке он не ощущал такой скрытой силы, как в этом светском льве. В его рыжевато-каштановых волосах не было и намека на седину, на гладкой коже лица ни единой морщинки.
— Пожар уничтожил обширные угодья, — заметил Сартейн. — Вы, случайно, не знаете, кто это сделал?
— Известное дело, «наседки" 10 , — раздраженно бросил Бейн. — Кто же еще?
— А вот они утверждают, что виноват кто-то из вас, — мягко заметил Сартейн. — Возможно, и вы и они заблуждаетесь.
Бейн пристально посмотрел на него.
— А вы, собственно говоря, за кого? — сурово осведомился он. — За этих проклятущих оборванцев или за нас?
— Ни за тех и ни за других, — ответил Сартейн. — Мне предстоит восстановить справедливость, выявить нарушителей закона и проследить, чтобы они понесли наказание. Закон, — добавил он, — существует не для того, чтобы защищать интересы одних в ущерб интересам других.
10
"Наседка» — прозвище фермера или владельца земельного надела, поселившегося на земле, пригодной для пастбищного животноводства.
Бейн повернулся к Квартерману.
— Видите, полковник, я ведь говорил вам, нет никакого смысла посылать за рейнджером! Мы можем и сами управиться! Давайте я все же прикажу Джону Поулу взяться за них! Он-то уж выставит их отсюда, и очень быстро!
— Только попробуйте затеять что-нибудь подобное, — холодно сказал Сартейн, — и вы у меня живо окажетесь за решеткой.
Бейн порывисто обернулся.
— Послушай, ты, безмозглый идиот! Кто ты такой? На меня работают полсотни людей, и по крайней мере дюжина из них куда получше тебя! И не нужны нам тут никакие хваленые рейнджеры. Мы сами во всем разберемся!
Сартейн улыбнулся. Он редко улыбался, но это была искренняя, дружеская улыбка. Он посмотрел на Квартермана, а затем перевел взгляд на его дочь.
— Похоже, мнения разделились, — сухо заметил он и вновь повернулся к Бейну: — Я здесь не для того, чтобы выслушивать чьи-либо соображения о техасских рейнджерах, — теперь его глаза смотрели холодно, — я должен разобраться в ваших проблемах и уладить их. Хотя, — добавил он, — если у вас имеются такие экземпляры, как Джон Поул, то можно не удивляться тому, что здесь происходит. Он известный убийца и подозревается в воровстве. Там, где он появляется, жди неприятностей. Чтобы разрешить проблему, лучше бы всего дать ему расчет и выставить из этих мест.