Долина
Шрифт:
— Надо предупредить Всадников! Иначе, восставшие из мёртвых перебьют их снизу! А ведь здесь их десятки! Астри, беги!
Родрик был прав. Именно здесь, возле кольца обороны, встающих мертвецов оказалось больше, чем где-либо.
Лёгким ветром Астри промчалась по рядам Всадников с предупреждением. Лишь в одном месте опоздала: воины, оставив мёртвые тела между рядами, продолжали теснить противника, не замечая, что "варвары" встают, качаясь, за их спинами. Остроглазая девушка закричала на подходе к ним. Некоторые обернулись слишком поздно. На глазах Астри убили пятерых Всадников. Выяснилось, что "варваров", только что поднявшихся, уничтожить легче, чем тех, кто успел не только подняться, но и взяться
— Огня! — крикнула Астри.
— Но я не… — начал недовольный Дракон и со злости, как недавно Скорпа, одним ударом повалил вставшего "варвара".
— У нас есть факелы! А вдруг?!
Но и охваченные огнём, восставшие из мёртвых реагировали так же, как живые: они пытались защититься от него, а если пламя расцветало и начинало пожирать их тела, они пытались сбить его или катались, крича от боли. Ко всему прочему, пещера наполнилась жирным дымом сгорающей плоти, что мешало обычному бою. Растерянные "чародеи" начали оглядываться в поисках леди Юлианы.
— Может, она не растеряла своей магии?! — крикнул Бродир. — Вдруг колдовство наведено на определённый тип магии?! Да где она?!
— Наверное, рядом с лордом Валерианом!
— Нет, она была у коридора! Врачевала раненых!
Как выяснилось, леди Юлиана успела побывать почти во всех уголках пещерной залы. "Чародеи" кликнули клич по Всадникам и вскоре получили ответ, что она находится уже на выходе из пещеры, но к ней подойти сложно… Впрочем, все трое и сами отлично понимали: чтобы пройти к леди, надо пробиться сквозь живую стену странных "варваров". И живую ли — ещё вопрос. Но сейчас решалась судьба всей битвы, и, обозлённо взревев, Бродир бросился на "варваров" — плечом к плечу с ним Родрик, за их спинами Астри. Маленькая армия врезалась в гущу битвы. Сила оборотней позволяла "чародеям" пробиваться мощнее, чем обычным людям. Всадникам пока слишком некогда вникать, кто и как дерётся, лишь бы дрались, поэтому юноши и девушка без подозрений прошили толпу и "живых", и мёртвых "варваров" и вырвались к выходу из пещеры.
Здесь их ожидало зрелище настолько неожиданное, что они вновь застыли, не зная, как понимать и что делать.
Леди Юлиана танцевала в проёме выхода — тёмная фигурка на светлом фоне. Два факела в руках — женщина медленно и даже сладострастно изгибалась и поворачивалась на одном и том же месте, то поднимая светильники, то обводя ими пространство перед собой. Горстка "варваров", заворожённая танцовщицей, натужно, словно по шею в воде, но шла против течения или того, что удерживало их на месте, не давало приблизиться к танцующей. Вскинутые топоры и мечи вязли в пространстве, очерченном Юлианой. Так что трое, почти незамеченные, смогли подобраться ней ближе: их-то пространство пропустило.
Лицо леди бесстрастно и отрешённо. Ни словом, ни жестом не показала, что видит. И, лишь когда подошли поближе, напряжённо сказала:
— Магия действует только в границах пещеры. Выводите Всадников. Ход был запечатан магическим заклинанием, на которое действует лишь танец воды. Выводите.
— Но как?
— Пусть идут. Пусть не стоят на месте. Мертвецы менее поворотливы. Усталым, Всадникам не совладать даже с мёртвыми. Открытым ход я смогу держать недолго. Не успеем выйти — останемся здесь навечно.
Она снова повернулась. Фыркнул огонь факелов — и Астри ощутила, как свежая волна хлынула на неё, смывая усталость. Кажется, то же самое почувствовали и юноши. Особенно удивился Бродир. От человеческой магии он не ожидал такой силы.
— Идите же!
Воспрявшие духом, уже не чувствуя утомления, все трое вновь окунулись в мясорубку боя. На этот раз, добравшись до оборонявшихся Всадников, они не стали бегать по всей колонне, сообщая повеление леди Юлианы, а просто передали его по цепочке. И колонна
— Почему же лорд до сих пор не убил его?! — крикнула Скорпа.
— Они равны по силам! Ни тот, ни другой не может взять верх!
Мгновения поразмыслив, Астри решительно двинулась на поиски лорда Валериана. В качестве почётного боевого эскорта за нею шли Волк и Дракон.
— Что ты собираешься делать?!
— Ударю в спину! Я женщина — мне позволено!
— Это оскорбление для лорда!
— Ничего! Едва он узнает, что этот самозваный Эрик не человек, легче будет смириться, что именно я помогла ему!
— А я думал — мы, — пробормотал Родрик.
— Тоже не терпится ударить в спину? — съехидничала Скорпа и азартно завопила, вприпрыжку пробегая оставшееся расстояние до поединщиков…
18.
Алек Валериан.
Говорят, можно узнать, умён ли человек, сообразителен ли, уже по одному тому, как он себя в бою ведёт. Ну, там, изобретательность в использовании приёмов, владение одним и более оружием…
Я не понимаю, как эта тупая скотина могла организовать соплеменников, чтобы завоевать и уничтожить несколько королевств!
Поначалу я осторожничал. Об Эрике слава шла как о неплохом рубаке. Оно так и оказалось — р-рубака… Только и делал, что рубил. Силища, конечно, позволяет. Он несгибаемо пёр вперёд — этакий тупо уверенный в себе крепостной таран. Почти все мои оборонные или атакующие приёмы он сметал с лёгкостью урагана, который забавляясь с корнем вырывает из земли многовековые дубы. Но — почти. Ибо, приноровившись к его прямолинейному напору, я принялся варьировать приёмы, позволяющие ткнуть его носом в стену пещеры или даже в землю. Я просто вёл его по инерции его собственного удара — и, развивая эту инерцию, что называется, прогонял по начатому им движению до естественного конца: тяжеловесный, он элементарно не мог удержаться на ногах и с разбегу валился. Разбитый нос, окровавленная башка — сердце моё возрадовалось при виде ненавистного типа, с которым я так удачно встретился наконец в бою. И пусть мне что угодно говорят о некоей витающей над ним силе, заявляю уверенно: это тупой болван — и ничего более!
Так я думал до поры, пока мне не пришлось встретиться с ним глазами.
Произошло это, когда Эрик вдруг сменил тактику тупого наседания и рванулся ко мне с мечом и топором наперевес. Мой короткий меч и Сверкающий в ночи согласованно встретили эту кошмарную в своей откровенной первобытности атаку дикаря. Факелы, горевшие на полу пещеры, давали достаточно света. Я близко разглядел грязно-кровавое лицо, искажённое гримасой бешенства… И вдруг это лицо начало изменяться.
Я сдерживал сумасшедший напор мощного гиганта, который не прекратил рваться ко мне, и в то же время не мог оторвать собственного взгляда от успокаивающегося лица, на котором вдруг начали расширяться, как его собственный рубин, и округляться нечеловечески огромные глаза. Они постепенно теряли прозрачность, ещё видную в качающемся свете, прозрачность человеческих глаз и стали обретать что-то странное. Я с ужасом увидел, как по глазам этим, по обычным, со зрачками, с белками, пусть кровавыми от напряжения, неожиданно стал расползаться стальной цвет, не оставляя места для зрачков. Далее — больше. Эрик вдруг сильно оттолкнул меня — сделать ему это было легко, так как, поражённый изменениями в нём, я ослабил сопротивление. Я отскочил, опомнившись лишь после толчка.