Долина
Шрифт:
С видимым облегчением Велимир тоже закивал.
— Ага, тогда никто не удивится, что я драться умею, читать и писать. Наш менестрель многое умел.
Эрик вдруг привстал на стременах.
— Кажется, нам повезло…
Рост Велимира не позволял увидеть то, что заметил варвар. Но ещё немного — и он увидел странную чёрную трещину впереди.
— А что это?
— Надеюсь — ущелье с рекой, по берегу которой мы и выйдем к морю. Здесь, кстати, могут быть и суда, на которые мы можем напроситься.
Трещина быстро превращалась в довольно широкую
Эри разыскал пологий спуск и заставил лошадь идти вниз. Мальчишка осторожно направил своё животное следом. Высокие длинные прутья прибрежных кустарников, скользили мимо, иногда небольно похлёстывая по ногам. В скором времени спуск стал шире, и мальчишка, снова оказавшись рядом, заговорил о том, что мучило его с момента выезда на лошадях.
— Эрик… А тебе не хочется проверить то, что сказал тот колдун? Кецмак? Насчёт твоих родных? А вдруг они живы?
— Я не поверил бы ему, если бы он не назвал жену и сыновей, — угрюмо сказал варвар. — Если бы он сказал, что погибла деревня…
— Но ведь они хитрили. Они подослали Ниннию… А вдруг…
— … Я тоже думаю, что сначала надо проверить, — после недолгого молчания признался варвар. — Но всё же перед поездкой туда надо заручиться помощью. Потому что если и в самом деле на деревню напали степняки, вдвоём туда лучше не соваться.
Близкий с высоты обрыва корабль и не думал приближаться. Точнее, его приближение росло настолько медленно, что глаз сразу не мг определиться с расстоянием.
— Это не купец, — вглядываясь в неясный силуэт, проворчал Эрик.
— Зато на берегу кто-то есть, — возбуждённо сказал Велимир. — А вдруг они с этого корабля? Вдруг у них что-то сломалось, и они чинят? Или пристали отдохнуть? Как ты думаешь, Эрик, возьмут ли они нас с собой?
Варвара тоже тревожили вопросы. Но, в первую очередь, несколько иного свойства. Он опасался, не придётся ли сразу оружием доказывать, что одиноким путникам нужны не только вещи, что при них, но и такая малая ценность, как жизнь. Поэтому он, не скрываясь от мальчишки, проверил, хорошо ли выходит меч из ножен. Оружие скользило почти бесшумно, но Велимир сразу посуровел и тоже взялся за собственный меч.
Из густых кустарниковых зарослей они спустились на песчаный берег. Корабль рос. Силуэт становился всё отчётливее. Как становилось отчётливым и то, что группа людей на берегу сидит вокруг небольшого костерка, почти невидимого в свете солнечного дня. По твёрдому песчаному слою лошади шли спокойно.
— Ну что, менестрель, готов, если что?..
— Ага… Эрик, у этого корабля странная голова.
— Нос. И чем же он странен?
— Вместе с задней частью…
— Кормой…
— … кормой… он похож на дракона.
— … Такой корабль называется драккар.
— Это викинги?! Учитель мне рассказывал о них!
—
— Море недалеко. Может, они и правда чинят корабль?
— Может…
Рука застыла на рукояти меча. Что-то странное почувствовалось на груди. Эрик поспешно вдвинул меч в ножны и положил ладонь на богатый камзол из дворца Ползунов. Кожа на груди, под плотной тканью, начинала гореть, словно к ней приложили горячий уголь. Варвар осадил лошадь и обеспокоенно рванул застёжки камзола.
— Эрик! Что?..
Он словно не слышал мальчишки, быстро распахивая разорванную одёжку. Схватил было рубин, припрятанный под одеждой, но зашипел: таким показался горячим камень. Бросил его на предусмотрительно прикрытую кожу и со стоном затряс обожжённой ладонью.
Лошадь Велимира вдруг всхрапнула, замотала головой. Занятый своими проблемами, Эрик не сразу увидел, что она буквально заплясала на месте, пока его лошадь не закружилась на месте, а потом вдруг она поднялась на дыбы, едва не сбросив всадника, слишком увлечённого собой.
— Эрик!..
Перепуганный Велимир свалился с лошади, успев прихватить в охапку оружие и вещи. Эрик ещё попытался усмирить лошадь, беспощадно рвя ей рот железными бляшками уздечки, но животное будто и не замечало его потуг. Лошадь внезапно скакнула нелепым прыжком — боком — в сторону. Варвар, сообразив, что она сейчас в панике понесёт, предпочёл сам съехать с крутого бока животины. Он пробежал вместе с ней некоторое время, ничего не соображая. Затем мимо них с тем же диким ржанием промчалась лошадь Велимира, и Эрик замедлил шаги, оглянулся на мальчишку. Вещи, взятые им впопыхах, немедленно полетели на землю. Мальчишка сидел на берегу, одной рукой упираясь в песок, другой приготовив меч — явно обороняться.
Варвар задрал голову. Правая рука машинально выхватила оружие.
На мальчишку, точно брошенный изо всех сил камень, падала громадная летучая мышь с ощеренной безобразной пастью.
Эрик, как во сне, на закаменевших, словно столбы, ногах побежал к принцу. Он знал, что успеет. Плотная чёрная тень накрыла его. Из далёких кошмаров — из болезненных видений — он услышал крики людей, сидевших у костра. Но не видел, что они поднялись и, ничтоже сумняшеся, кинулись с оружием на помощь ему и мальчишке. Кажется, для них летучая мышь казалась всего лишь здешней тварью-хищником. Но они были слишком далеко…
Ему почудилось, что он очень медленно прыгает на чудовище. Оружие, внезапно отяжелевшее, всё-таки пропороло крыло твари. Уворачиваясь, она дёрнула крылом из-под его клинка, лапой выдрала из рук мальчишки меч. Велимир бросился под чудовище. Тварь развернуться не успела. Юркий мальчишка выскочил за пределы когтистых крыльев и ударил ногой в перепонку крыла, близкого к нему. Эрик не услышал, но почуял, как хрустнула кость. Тварь завизжала так, что варвар едва не выронил оружие. Голову пронизало сумасшедшей болью. Полное впечатление, что в висок воткнулась стрела.