Должник

Издательство признательно Борису Натановичу Стругацкому за предоставленное разрешение использовать название серии «Сталкер», а также идеи и образы, воплощенные в произведении «Пикник на обочине» и сценарии к кинофильму А. Тарковского «Сталкер».

Братья Стругацкие – уникальное явление в нашей культуре. Это целый мир, оказавший влияние не только на литературу и искусство в целом, но и на повседневную жизнь. Мы говорим словами героев произведений Стругацких, придуманные ими неологизмы и понятия живут уже своей отдельной жизнью подобно фольклору или бродячим сюжетам.

Серия «СТАЛКЕР» основана в 2012 году

Серийное оформление Э.Э. Кунтыш

Компьютерный

дизайн А.И. Смирнова

Иллюстрация А.С. Руденко

Из интервью, которое специальный корреспондент Хармонтского радио взял у доктора Валентина Пильмана по случаю присуждения последнему Нобелевской премии по физике за 19… год:

«– …Вероятно, вашим первым серьезным открытием, доктор Пильман, следует считать так называемый радиант Пильмана?

– Полагаю, что нет. Радиант Пильмана – это не первое, не серьезное и, собственно, не открытие. И не совсем мое.

– Вы, вероятно, шутите, доктор. Радиант Пильмана – понятие, известное всякому школьнику.

– Это меня не удивляет. Радиант Пильмана и был открыт впервые именно школьником. К сожалению, я не помню, как его звали. Посмотрите у Стетсона в его «Истории Посещения» – там все это подробно рассказано. Открыл радиант впервые школьник, опубликовал координаты впервые студент, а назвали радиант почему-то моим именем.

…

Радиант Пильмана – это совсем простая штука. Представьте себе, что вы раскрутили большой глобус и принялись палить в него из револьвера. Дырки на глобусе лягут на некую плавную кривую. Вся суть того, что вы называете моим первым серьезным открытием, заключается в простом факте: все шесть Зон Посещения располагаются на поверхности нашей планеты так, словно кто-то дал по Земле шесть выстрелов из пистолета, расположенного где-то на линии Земля – Денеб. Денеб – это альфа созвездия Лебедя, а точка на небесном своде, из которой, так сказать, стреляли, и называется радиантом Пильмана».

Аркадий и Борис Стругацкие, «Пикник на обочине».

Дорога терялась в тумане. Бродяги прокрадывались по ней, стремясь вперед, прямо в серую мглу. Один прокладывал маршрут, бросая камешки, другой контролировал фланги и тылы, оглядываясь и поводя стволом автомата.

Выбран ли напарниками верный курс, который приведет их к цели? Может, стоило пойти иной дорогой?.. Даже если и так, возвращаться не принято. Потому что здесь Зона. Насчет возврата не стоило и заикаться.

Они вообще не отличались многословием, эти два ходока. Четкие и быстрые реплики, которыми они иногда обменивались, разделялись долгими паузами.

Туман говорил гораздо больше. В его густой пелене постоянно что-то клокотало, ворчало, сопело, лопалось, булькало и угугукало. Беспорядочно, нестройно и почти беспрерывно, то тише, то громче. Кого-то из людей это могло бы испугать, кого-то бросить в дрожь, кого-то скорей удивить, чем устрашить, но для бывалых, истоптавших много зонных троп бредунов подобный шум становился фоновым и не оказывал особого воздействия.

Так что вряд ли эти двое идущих были напуганы неизвестностью, скрывающейся во влажной пелене. Глаза их холодно, цепко осматривали ближние окрестности, лица оставались суровыми и сосредоточенными, мимика почти не нарушала неподвижность их черт. А с оружием эти мужчины обращались так же уверенно, как взрослый человек за Периметром, в большом мире, управляется с ложкой и вилкой.

Привычными, давно и прочно отработанными движениями они перемещались по бывшему шоссе, когда-то, в незапамятные времена, претендовавшему зваться асфальтированным. Но поступательное ровное движение продолжалось лишь до того момента, пока не появилась угроза. Реальная, во плоти опасность, а не та вероятная, что потенциально скрывалась в тумане, где-нибудь дальше или ближе…

Существо размером с человека, сохранившее в наличии все основные элементы человеческого

тела. Правда, в несколько ином количестве. Передвигалось оно нескладно, заметно кренилось влево – с этого бока у него имелась только одна нога. Но шустро и целеустремленно, представляя собой совершенно явный образчик зонного мутанта, способного непосредственно причинить вред двум путникам.

Стоило ему вычлениться из тумана, и ритм движений напарников тотчас сменился. Реакция на угрозу последовала моментально. Оружие после приведения в действие спусковых механизмов ожило, чтобы исполнить свое предназначение. Автоматы с рыхлым стрекочущим звуком, тонущим в окружающей взвеси, исторгли смертоносные кусочки металла.

Тварь, мутировавшая из человека, была остановлена на относительно безопасном расстоянии. Одна из очередей снесла ей обе башки, похожие на здоровенные картофелины, изрытые глазка€ми, а вторая очередь измочалила нижние конечности, общим числом три, одну слева и две справа. Монстр рухнул и застыл неподвижной грудой. Никаких остатков одежды или бронекомплекта на туловище не наблюдалось, эти признаки былой видовой принадлежности им были утрачены в процессе обращения в зонного мутанта. В Троте расплодилось немало разномастных тварей, получившихся с участием человеческого генофонда.

После этого, переглянувшись, напарники отправились дальше. И прошли еще не менее полукилометра, когда снова переглянулись, без слов поняли друг друга и сделали привал. Они присели на корточки прямо посередине шоссе, чтобы передохнуть. Белесая взвесь в точке их остановки как-то немного разошлась, расступилась, но недалеко – выраженно сконцентрировавшись вокруг. Двое бредунов о чем-то даже побеседовали, но слова почти сразу терялись в тумане, как и в памяти.

Ходоки достали галеты и подкрепились. Пополнение энергии – важное занятие. Тот, что был покрупнее, массивный и высокий, жевал тщательно, неспешно. Его напарник справлялся с насыщением быстрее и сгрыз уже три твердых соленых кругляша, когда большой еще доедал второй.

Поэтому меньший из напарников, прокладывавший путь, чтобы не терять время, занялся ревизией своего запаса тестовых камешков. А потом ходка вновь продолжилась, и, конечно же, вскоре из тумана появился очередной монстр, жаждущий подкрепиться свежей человечиной. Этот, судя по его внешности, получился из медведя. Стычки не случилось, напарники метко расстреляли тварь с приличной дистанции, не подпустив и не дав ему преградить им путь. И продолжили слаженно, отработанно прокрадываться по шоссе. До следующего монстра, одинокого мутаволка, которого моментально прикончили, стоило зверюге появиться в поле зрения…

Они шли и шли вперед, больше не тратя драгоценное время на остановки, помня главнейшую заповедь бродяг, что дорогу осилит идущий.

Человек покинул салон автомобиля. Таксист, сидящий за рулем старенькой «Ауди», незамедлительно, если не сказать поспешно, развернулся и укатил восвояси, оставив привезенного пассажира на бетонной площадке. К этому забетонированному квадрату и вела дорога, проложенная сквозь лесную чащу. Точнее, к воротам в заборе. К наглухо запертым изнутри воротам.

Высокая ограда тоже была бетонной, она убегала вправо и влево, теряясь из виду, сливаясь с хвойной зеленью. Заваленный сугробами промежуток между ней и стеной деревьев, шириной от силы в пару десятков метров, оставлял немного перспективы для просмотра.

Если верить общедоступным географическим картам, место, где мужчина, выбравшийся из салона на площадку, сейчас оказался, было сплошь покрыто непроходимыми лесами. На деле же заснеженные чащобы справа и слева от дороги заканчивались, обрезанные оградой…