Должник
Шрифт:
1. Новое рождение
Бодрящим потоком нахлынул холод, до ушей донесся свист ветра, и человек открыл глаза. Лежал он на снегу, к счастью, доставщики все-таки переодели его тело, «отъезжавшее на тот свет», в теплую одежду, зимний комбинезон и ботинки. Поэтому обморожения не случилось. Хотя положенный сюда труп и был «хладным», но когда ожил, то какое-то время просто валялся в отключке. И поваляйся он здесь еще чуток…
Но все отрицательные вероятности канули в прошлом. Впереди – будущее. И каким оно будет, с этой минуты зависит не от доставщиков, а исключительно от него самого. Уж кто-кто, а человек, явно имеющий за плечами опыт ходок в Троте, знает это доподлинно.
Бородатый
Мужчина огляделся по сторонам, определяя, где находится. Небо повисло низко и смотрелось как сплошное набивное одеяло, из которого сыпался пух. Сгущались сумерки, приближалась ночь.
Да, не так уж и мало времени он провел здесь в амплуа мертвяка – следы доставщиков скрыл снежный покров. И снегопад усиливался. Если наберет скорости и ветер, то жди настоящей метели.
Двадцать пятое декабря, однако. Самое то – для рождения в новой жизни.
Мужчина помотал головой, сделал еще несколько физических упражнений. Как мог попытался сразиться с «отходняком» после препаратов. Ему ведь предстояла не прогулка по парку, и жизненно необходимо как следует сосредоточиться.
Проанализировав обстановку, он выбрал направление, нацепил на себя элементы комплекта «Муромец», экипировался, нагрузился и отправился в путь. Темп сразу набрал крейсерский. Не тормозил, но и не форсировал особо. Двигался с такой скоростью, какая не позволяла озябнуть. По темпу движения и по отсутствию видимого волнения на лице можно было определить, что если для него существовал некий график развития событий, то он в него пока укладывался.
И наконец путник добрался к канаве, протянувшейся поперек маршрута, неширокой, глубиной метра два, и одинокого старого дерева за ней, кряжистого дуба. Здесь был рубеж. Дальше уже начиналась территория, где могли вытвориться конкретные чудеса.
Что это именно так, путник моментально ощутил и удовлетворенно пробормотал что-то неразборчивое. Сам себя похвалив за то, что способность и навык не утрачены.
Перепрыгнув канаву, он сделал первый шаг в настоящую Зону Посещения.
В принципе и до этой условной линии пространство вокруг идущего уже являлось не совсем нормальным. Пусть и слабенько, почти несущественно, но измененным относительно естественной для Земли физической природы. Не таким, каким оно было на военной базе.
Да, мужчина находился внутри Периметра, сквозь который его доставили в «потустороннем статусе», и вокруг уже простиралась Зона Посещения. Только самый ее внешний край, и пока что ощутить и заметить влияние неземного воздействия напрямую не удалось бы.
Разве что опосредованно. Основные отличия от внешнего мира вообще и от городской среды в частности – конечно же, отсутствие действующих машин, целостных дорог, движущихся пешеходов, обычных животных, неразрушенных строений, но имелось и еще кое-что. Эманация смерти, распада, уничтожения, ставшая неотъемлемым элементом в этих весях, но уловить ее сразу, от самого края, могли очень немногие… Только у тех, кто неоднократно сталкивался с проявлениями внеземной природы лицом к лицу, постепенно вырабатывался особый нюх на нее.
Но самое важное, что отличало пространства Зон Посещения от, например, «горячих точек», где велись боевые действия, тоже смертельно опасных, – присутствие чего-то ИНОГО, совершенно инородного. Однако распознать эту примесь оказывались способны далеко не все. Если удавалось, значит, повезло – проявлялась и развивалась
Смущенный чем-то идущий прекратил движение и замер. Метнул перед собой проверочный камушек – тот, пролетев несколько метров, шлепнулся в снег, как положено. Еще камушек, на этот раз немного левее. Однако с этим снарядом не все прошло как по маслу. Перед тем как упасть, он взвинтился, подскочил вверх; только после этого взбрыка поддался тяге гравитации и приземлился. Человек не рискнул ступить туда, куда бросал второй камушек, он направился обходным путем.
Идущий использовал проверенный сталкерский трюк – исследовать маршрут материальными предметами. Бросать можно было что угодно: камешки, гвозди, гайки, другие железячки, любые мелкие предметы… некоторые бродяги для удобства наблюдения привязывали к тестовым снарядам белые ленточки. Говорят, первыми это стали делать сталкеры в хармонтской Зоне, еще в начальный период после Посещения, когда там торили первые тропы легендарные Гуталин, Красавчик Диксон, Рыжий Шухарт, Стервятник, Очкарик и другие первопроходцы. Здесь, в Троте, мало кто заморачивался с ленточками. Чаще использовали фрагменты минералов и пород, благо камней и обломков строений повсюду валялось немерено.
По-настоящему крупный населенный пункт в пределы Зоны угодил только один, город Межреченск, в самом центре там теперь пятый круг и частично четвертый. Но городков, поселков и деревень в ямине оказалось до черта. Хотя сперва углубление еще не провалило уровень на километры, и яма была неглубокой. В эпицентре с высоту девятиэтажки от силы. Однако по площади она уже была такой же, как сейчас, то есть вдавленный в планету кругляш почти стокилометрового диаметра.
Потом случился первый Захват, утащивший кучу народу и животных в бездонный Колодец. После него площадь не увеличилась, но зато добавилось несколько метров глубины, и пошло-поехало… Вниз.
А кстати, тот самый Золотой Шар, исполняющий сокровенные желания, говорят, никто из тамошних бродяг в Хармонте так и не надыбал. Еще одним мифом истории Посещения скорее всего оказался зонник такой, способный исполнять желаемое. В Троте вот тоже свои варианты вожделенного исполнителя желаний случались, и где они, спрашивается, кто-нибудь их реально добыл?.. А если раздобыл все же, то какого хрена до сих пор ни одна падла не пожелала, чтобы Зоны исчезли на фиг?!
Чтобы человечество раз и навсегда избавилось от соблазна погрузиться в иноземную природу… Вот так, чтоб всем сразу людям подарочек, безвозмездно, и чтобы никто не оставался один на один с проклятой Необъяснимостью, нагрянувшей с небес…
Если брошенный для проверки снаряд снижался без эксцессов, человек шел туда, где тот упал, подбирал и следовал дальше. Бывало, что камушек сминался в лепеху, был испепелен либо взорван – так локальные ИФП себя проявляли. Без каких-то разведочных мероприятий идущий мог подвергнуться уничтожающим воздействиям. А благодаря тестированию пространства он своевременно замечал опасность и корректировал курс.
Конечно, надеяться только на проверочные броски не стоило, пусть они и существенно подсобляли ориентироваться. Могло случиться и так, что локальный участок измененного физического пространства «проигнорирует» камушки и не определится невооруженным глазом. Хорошо, если путник его почует как-то иначе, а если нет… Там уж как повезет. Правда, попадание в ловушку не всегда гарантировало летальный исход, но в большинстве случаев – да. К тому же для одинокого путника в Зоне по-настоящему серьезное ранение или травма если не синоним смерти, то очень толстый намек на нее.