Дом Монтеану. Том 2

Мур Лина

«Но… Стан, боже мой. Он мой брат».

«Помнишь, когда ты сообщила Рома о том, что вы собираетесь пожениться? Помнишь его реакцию?»

«Он так сильно разозлился. Хотя злиться было не на что. Это был бы идеальный союз, спасительный союз в тот момент. Но Рома был категоричен. Да и мы со Станом всегда считали себя ближе, чем просто друзья. Мы заботились друг о друге, как брат и сестра. Ну… не считая того момента, когда я привязала его к себе».

«И я не понимал, почему между вами такая сильная связь. Кровная связь. Одно дело, тот незавершённый ритуал, но сила моей крови должна была исчезнуть через столько лет. Рома настаивал на том,

чтобы я использовал Стана именно последним. Он был уверен, что ты вернёшь себе сущность. Он был очень уверен в этом. Он говорил, что семья защищает семью. А Стан твоя семья. Я решил, что это потому, что Рома был тебе, как отец, и вы со Станом близки».

«Господи. Всё указывает на то, что Стан мой брат. Он же… он должен быть уже здесь, да?»

«Да. Он здесь. Сав поедет сегодня к своей семье. Там будет и Стан. Он приехал с братьями Дорман. Ты можешь узнать у него. И если это правда, то Стан тоже Монтеану, и Русо нужен не я. Русо нужен Стан. Тот, кого он прятал. Я для Русо лишь средство для создания новых вампиров, новых отпрысков. А Стан следующий претендент на трон. Не ты, а Стан».

У меня кружится голова от того, что сейчас происходит. Я просто поверить не могу.

«Но ещё не понятно, что с Соломоном. Почему Русо может говорить через него».

«Соломон больше не полукровка. Он вампир и довольно сильный вампир благодаря твоей крови. Если только твоя кровь в нём не даёт Русо связь с тобой. Через кровь можно и призвать кого-то, и управлять им. В Русо была твоя кровь, Томас».

«Прошло уже много времени. Она испарилась. Если только кто-то не дал ему мою кровь снова. Если кто-то не воскрешает его сейчас, поэтому мы все его чувствуем».

«И кто это? Радимил? Но он боится Русо. Кто?»

«Не знаю, Флорина. Не знаю. Я буду следить за ними обоими сегодня. Кто-то должен проколоться. А сейчас я собираюсь убить Наиму. Всё для моей королевы».

Я улыбаюсь и довольно урчу.

«Спасибо. Но это может быть и она, верно? Она сказала мне, что умеет управлять мужчинами. Русо мужчина».

«А она ведёт себя, как Гела. Русо часто использовал Гелу, как сексуального шпиона. Я делал то же самое. Радимил поэтому сказал мне убить их обоих. Кто-то из них помогает Русо очнуться. Он у кого-то из этих двоих, поэтому Радимил напуган. Вот оно что. Я займусь этим, а ты готовься уйти через туннель. Я прикрою тебя».

«Ты его забетонировал».

«А ты проверь, насколько прочен бетон», — хмыкнув, Томас обрывает наш разговор.

Становится всё веселее и веселее. Что ещё произойдёт? Кто ещё хочет вернуться в мою жизнь? Мои братья, а может быть Рома воскреснет внезапно? Я уже, если честно, ничему не удивлюсь. Со слов Гелы, Русо всё знает. Буквально все теперь играют в другом свете. Она же сказала, что Русо уверен в предательстве Томаса. Он идёт за ним, чтобы убить Томаса. Но если Русо до этого не появлялся, значит, он был такой же мумией, как и Гела. И кто-то начал его воскрешать, чтобы вернуть сюда. Иначе бы отец точно не позволил мне править. Он искренне меня презирает, как и я его. Он бы не терпел моё правление, войну между кланами и коронацию Томаса. Он бы появился раньше, если был бы жив. Но он был в коме. Чёрт.

Стан мой брат. Мне не нужно даже спрашивать его об этом, потому что Стан вряд ли знает. Я уже уверена в этом. Я просто раньше не задумывалась о таком варианте, потому что считала свою семью образцовой, как и своих родителей. Но ввиду открывшейся мне информации, Стан легко может быть моим братом. Мы всегда

были вместе. Мы были близки друг другу, и я люблю его, как брата.

Господи. Пора уже раскрыть все карты. Пора.

Глава 40

Думаю, что отлично опишет мою жизнь фраза: «Мой мир перевернулся с ног на голову». Это так. Не знаю, что думать. Не знаю, как я себя чувствую. Не знаю, что мне делать. Не знаю, как продолжать находиться в этом напряжении. Не знаю, что скажу Стану, когда увижу его. И выиграло слово дня «не знаю». Класс. Лучшего слова и не подобрать.

Забираюсь в машину Сава, ожидающего меня на границе наших владений.

— Мы серьёзно поедем на машине? — спрашиваю, скептически выгибая бровь, и откидываюсь на сиденье.

— Мы бросим её в городе и потом пойдём пешком. Я, вообще-то, за продуктами выбрался. И было бы странно, если бы я просто исчез, — спокойно объясняет Сав.

— Ясно, — я закусываю губу и отворачиваюсь к окну.

Мы с Савом хорошо общались до всего этого. И я не знаю, как вести себя с ним сейчас. Кажется, что мы потеряли ту дружескую ноту. Послевкусие осталось абсолютно неприятное.

— Томас провёл весь вечер с Наимой.

— Я знаю, — сухо отвечаю.

Боже, как мне это не нравится. Понимаю, что Томас делает всё для того, чтобы добыть информацию, но чувствуя прикосновения Наимы к нему, её флирт и попытки раздеть Томаса, я просто едва держалась. Наверное, хорошо, что я ушла из замка, иначе бы не выдержала отвращения и просто убила бы Наиму. Её ведь так легко убить, она слабая против меня. Я могу разорвать её одной рукой, что и сделаю немного позже.

— Почему женщины считают, что раз у них есть вагина, в которую можно вставить, то они обладают властью? — задумчиво спрашиваю Сава.

— Потому что для них это всё, что, по их мнению, ценно. Они именно так ценят и преподносят себя.

— То есть женщина — это только вагина в их понимании?

— Верно. Но без мужчин они бы так не считали. Мужчины очень неудовлетворены в своих сексуальных фантазиях.

— Мужчины и женщины травят друг друга, чтобы скрыть свои минусы. Мило, очень мило, — фыркнув, усмехаюсь.

— Это самый странный разговор, который мы когда-либо вели с тобой, — замечает Сав.

— Нормальный. Обычный разговор.

— Флорина, я же разбираюсь в психологии и знаю тебя. Говори уже, насколько ты меня презираешь, ненавидишь и не понимаешь. Давай, я выдержу.

Сав бросает на меня равнодушный взгляд. Да, это может так показаться, но я тоже знаю его. И я знаю, что за этим равнодушием прячутся чувство вины и страх. Я знаю, что Сав не расслаблен, а устал до чёртиков, и внутри него творится личный ад. Я знаю, что за всё это время Саву было, вероятно, так же невыносимо всё происходящее, как и мне.

— Я не ненавижу тебя, — медленно начинаю. — Нет. Сначала да, я злилась на тебя, потому что думала, что ты убил свою семью. И ты не можешь меня обвинять в том, что я презирала и тебя, и Томаса. Методы были жестокими. Вы хорошие актёры. Я, правда, верила в то, что вы монстры. Но сейчас… наверное, я бы сказала, что мне очень жаль. Жаль, что ты и твоя семья, как и остальные невинные вампиры, оказались втянуты во всё это дерьмо из-за моего отца и, вообще, рода Монтеану. Мне жаль, что я была настолько глупа и верила в то, чего не было, как и не могла защитить вас. Мне жаль, просто жаль, что всё это происходит сейчас с нами. И у нас нет другого выбора, как только дойти до конца, что бы это ни значило. Жаль.