Дом среди звезд

Иванов Тимофей

Идя к внутренним помещениям псиоников, я чувствовал нарастающий зуд тревоги. Псионическое чутьё не предупреждало о какой-то конкретной опасности или чем-то вроде того, но таким знакам я привык доверять, а потому приказал Эрику вызвать подмогу. Да, всё прошло относительно по плану, да, я чувствовал, что погружённые в кому псионики по-прежнему не проявляют признаков активности, но всё же что-то было не так, существовала некая ложность происходящего. К тому же, у меня из головы всё не шёл неведомый зверь, который то ли имел какое-то отношение к людям, то ли был ксеносом, в чём-то похожим на нас… Или на демонов из древних мифов старой Земли. Кстати, это было вполне жизнеспособным вариантом,

ведь существа, похожие на эльдри, засветились в человеческом фольклоре, так почему бы не быть ещё одной расе, которая отметилась в прошлом нашей прародины? Белым пятном в гипотезе было только то, что я о такой расе не знал, а уж ближних и дальних соседей по галактике успел изучить. Впрочем, наш общий дом, за комнаты в котором мы грызёмся, велик. Есть в нём куча совсем дальних или просто малочисленных видов разумных, о которых я ни сном ни духом.

Но в любом случае мы двигались, сохраняя бдительность и держа оружие в боевом положении, только из-за травмированной руки на перевязи мне приходилось использовать пистолет, а не винтовку. Зайдя в помещения местной верхушки, мы поначалу увидели всё ту же картину: стандартные секции бункера, обычные двери, лампы дневного света под потолком. Из стандартов выбивались только странные символы, которые попадались на глаза то тут, то там. Основная дверь изнутри вообще была исписана этими то ли иероглифами, то ли пентаграммами; двери в отдельные комнаты были лишь слегка украшены. Ощущение неправильности усилилось. Я подошёл к одной из дверей, где один из символов казался свежим, и провёл по нему пальцем. Знак отозвался лёгким псионическим касанием, от которого я закрылся. Рассмотрев то, что осталось на пальце, понял, чем тут пользовались местные дизайнеры.

— Кровь. Больные уб@юдки, млять.

— Может сектанты какие? — предположил Эрик. — Я слышал, что на одичавших мирах всякое встречалось.

— Встречалось, — подтвердил я, — только вот здоровенных рогатых уродов пока не замечали. Ладно, двигаем дальше.

Наконец коридор закончился. Когда мы открыли новую дверь, почему-то лишённую местных закорючек с внешней стороны, то с трудом удержались от мата. Перед нами предстало то, что стоило называть залом жертвоприношений. Крупное помещение, исписанное символами, на полу ассиметричная многолучевая фигура, в центре алтарь, залитый кровью и не только ей. Думаю, все мы порадовались, что шлемы избавили нас от удовольствия вдыхать местные запахи.

Вырубаться псионики-сектанты начали в процессе богослужения: на алтаре лежал труп мужчины около сорока лет, вскрытый от паха до грудины. Тела местных хозяев лежали на полу; судя по всему, они стояли на концах лучей напольной фигуры. Окинув взглядом помещение, я посмотрел на сам алтарь внимательнее и почувствовал, что у меня не получается отвести взор. В ушах раздался шёпот, отдельных слов было не разобрать, но сам смысл чётко ввинчивался в моё сознание, как саморез в стену:

«Я убил предыдущего избранника, доказал, что достоин его места, мне должно занять его и получить силу, о которой я прежде не мог и мечтать. Силу, с которой мне никто не будет страшен, с которой надо мной не будет стоять ни один разумный», — мой мозг начали атаковать видения, где я возвышаю Луны Дли, подчиняю себе остальное человечество, а потом привожу к покорности другие виды огнём и мечом. Нужно всего лишь склониться и признать своим господином… Я резко замотал головой.

Какого чёрта я должен перед кем-то склониться, если выше меня никто не стоит? Какая непреодолимая сила, если я лично отчекрыжил предыдущему владельцу его тупую башку? Самомнение, раздутое до уровня Правительства галактики, лопнуло, как мыльный пузырь. А попытка обмана вызвала утробное рычание через зубы, сжатые от звериной злобы.

— Х@р вам всем! — рявкнул я. — Хватаем пленных и быстро, млять, из зала!

К счастью, мои бойцы подчинились приказу, хотя некоторые тоже

тряхнули головами, будто вернулись в реальность. Это навело меня на мысль, что воздействию подвергся не только мой разум. Значит, придётся аккуратно покопаться в головах соратников, а заодно выяснить, насколько эта зараза действует на обычных людей по сравнению с псиониками. Но это после. А пока — пленных под присмотр, первую группу наружу, а вместо них со мной на второй заход пойдут огнемётчики, которые выжгут здесь всё дотла. Не знаю, что тут творится, но такую дрянь стоит уничтожать со всем тщанием, а потом ещё и подорвать бункер, чтобы никто даже пепел не смог извлечь.

Вытащив пленных, я отправил Эрика с его бойцами наверх и дождался огнемётчиков. Вообще, огнемёт — не самое распространённое оружие в галактике, дальнобойность маловата, как и урон по бронированным целям, но на шаттлы их взяли, были возможны тяжёлые бои в узких коридорах бункера против не очень хорошо экипированного противника, где эти машинки могли сказать своё слово. Отделение из пяти человек возглавлял сержант Николаев, здоровенный парень, которого мы когда-то вытащили из плена, и он решил остаться с нами, а не возвращаться на родину. Когда парни прибыли, я провёл короткий инструктаж:

— Слушаем меня внимательно и чётко выполняем указания. Здесь были какие-то сраные сектанты, которые заигрывали с непонятной псионической заразой, принося человеческие жертвоприношения. Дрянь нездоровая, пытается влезть в мозги тем, кто смотрит на алтарь в жертвенном зале. Поэтому быстро заходим, смотрим ровно в пол, жарим огнемётами и уходим, по пути выжигая весь этаж. Глаз не поднимать, на алтарь не смотреть, если будет шёпот в ушах, не слушать. Я постараюсь защитить ваши разумы, если что-то пойдёт не так. Вопросы?

— А сектантов потом сжечь можно? — поинтересовался сержант.

— Нужно. Но сначала попробуем допросить. Ещё вопросы?

Больше таковых не нашлось и хорошо. На удивление всё прошло без неожиданностей: зашли, ударили огнём, пятясь спинами вперёд, выжгли весь этаж до последнего намалёванного кровью символа и закрыли двери. В бойцах я ничего не заметил, но своими сверхъестественными чувствами услышал что-то вроде разочарованного псионического воя. Наверно это можно было считать знаком успеха. Но мы в любом случае подорвём богадельню, похоронив все следы глубоко под землёй.

Разобравшись с этажом псиоников, я проследил за осмотром местных пленников, пребывающих в коме, которых оказалось значительно меньше, чем мы ожидали. Набралось всего четыреста пятьдесят человек, но оно и неудивительно, учитывая то, что их тут резали, как скот. Эрик, тем временем, не сидел без дела и влез в местный компьютер, выяснив, что ещё две группы бойцов успели отправиться отсюда к другим поселениям. Мы владели информацией об их маршрутах и частотах связи, потому я с чистой совестью отправил сигнал в наши шаттлы решить проблему недобитых сектантов и их прихвостней радикально. Чтобы там ни было в их мозгах, лечить это, рискуя уже своим разумом или разумами псиоников Дли, я не собирался. Мёртвые точно не будут представлять ни для кого опасность. Сам же отправился к доброму доктору, чтобы выяснить, что всё-таки за кубло я обезглавил. «Айболит» информацией меня не обрадовал, но кое-какую ясность внёс:

— Это определённо было человеком раньше, но сейчас я его таковым уже не назову. Затрудняюсь сказать, что его так изменило, но сами изменения очень значительны, начиная скелетом и этими наростами, — неопределённо махнул медик рукой, — заканчивая внутренними органами и мозгом. Причём с точки зрения медицины оно и жить было не должно. Не живут люди с такими патологиями.

— Ну этот мало того, что жил, так ещё и отлично себя чувствовал, — хмыкнул я.

— И тем не менее. Вообще я склоняюсь к мысли, что жизнь в нём поддерживала псионика. По крайней мере других вариантов я просто не вижу, — врач развёл руками.