Дом стрелы
Шрифт:
Он не назвал ни отель, где собирался остановиться, ни имя, которым намеревался воспользоваться, а Джим не стал спрашивать. Ано все еще стоял у двери, задумчиво глядя на него.
– Доверю вам один мой маленький трюк,- улыбнулся детектив.- Вы любите кино? Нет? Что касается меня, то я его обожаю и всегда стараюсь урвать часок для похода туда. Глядя на экран, я могу потихоньку разговаривать с другом, а когда зажигается свет, мы оба уходим, и только пустые бутылки из-под пива указывают на места, где мы сидели. Кинозалы с их постоянно меняющейся публикой, а также людьми, которые
Ано снова улыбнулся, а Джим воспрянул духом при новом проявлении доверия к нему. Он ощущал странное возбуждение при мысли, что оказался так далеко от чопорной обстановки Расселл-сквер. Джим не мог себе представить, чтобы господа Фробишер и Хэзлитт стали встречаться с клиентом в темном углу кинотеатра на Мэрилебон-роуд {Мэрилебон-роуд - улица в лондонском районе Мэрилебон}. Фирма не прибегала к подобным маневрам, и Джим начал радоваться происходящим с ним переменам. В конце концов, возможно, атмосфера в офисах "Фробишер и Хэзлитт" стала немного затхлой. Ей не хватало озона полицейской работы.
– Конечно, я сохраню ваш секрет,- сказал Джим, довольный придуманной им фразе насчет озона.- Мне бы и в голову не пришло такое великолепное место встречи.
– Тогда договорились. В девять вечера ежедневно, если мне не помешают какие-то серьезные обстоятельства, я буду сидеть в большом зале "Гранд-Таверн", который находится в углу площади напротив вокзала. Вы не сможете его не заметить. Ищите меня с левой стороны зала возле бильярдной. Но не подходите ко мне при свете, а если я буду с кем-то разговаривать, избегайте меня как чумы. Ясно?
– Вполне,- ответил Джим.
– Теперь вы владеете двумя моими секретами.- Ано больше не улыбался. Черты его лица словно заострились, а светлые глаза стали серьезными и неподвижными.- Храните как следует оба, мосье Фробишер. Начинаю думать, что мы станем свидетелями странных событий, прежде чем покинем Дижон.
Он с поклоном распахнул дверь и придержал ее. Выходя в коридор, Джим Фробишер не сомневался, что в какой-то момент их разговора Ано на момент увидел развевающуюся юбку Удачи, даже если не успел ухватиться за нее.
Глава 4
Бетти Харлоу
Джим Фробишер прибыл в Дижон слишком поздно для визитов, но уже в половине десятого следующего утра шел по маленькой улице Шарля-Робера. По одну ее сторону во всю длину тянулась высокая садовая ограда, поверх которой шелестели на ветру каштаны и сикоморы. Ближе к дальнему концу улицы ограда прерывалась сначала выступом дома с красным круглым окошком в стиле Ренессанса, нависающим над тротуаром, а еще дальше - высокими железными воротами, перед которыми остановился Джим. Он смотрел на двор Мезон-Гренель и чувствовал, как постепенно сходит на нет все его возбуждение. Для него, казалось, не было никаких поводов этим жарким безоблачным утром.
С левой стороны двора служанки хлопотали возле ряда подсобных помещений, в дальнем конце находился открытый гараж, где Джим разглядел два автомобиля и стоящего между ними шофера, а справа возвышался
"Ано прав,- подумал Джим.- Никакой угрозы в самом деле нет".
Пройдя во двор, он направился к парадной двери. Старый слуга сообщил ему, что мадемуазель Харлоу не принимает, тем не менее взял карточку Джима и постучал в дверь в правой стене большого квадратного холла. Потом он открыл дверь, и Джим увидел библиотеку. В дальнем ее конце находилась окно, на фоне которого вырисовывались силуэты мужчины и девушки. Мужчина протестовал словами и жестами - излишне горячо для Джима с его британским воспитанием,а девушка звонко смеялась, причем в ее смехе слышались злые нотки.
– Я слишком долго был вашим рабом!- крикнул мужчина по-французски, но со странным металлическим акцентом.
Оглянувшись, девушка увидела слугу с карточкой на подносе, подошла к нему, взяла карточку и с радостным возгласом выбежала в холл. Ее глаза сияли.
– Это вы? Я не надеялась, что вы прибудете так скоро. Благодарю вас!- И она протянула Джиму обе руки.
Джим не нуждался в ее словах, чтобы узнать "малютку", которую описывал ему мистер Хэзлитт. Бетти Харлоу была не такого уж маленького роста, но хрупкая фигурка делала эпитет подходящим к ней. Темно-каштановые волосы, приобретающие бронзовый оттенок там, где на них падало солнце, были аккуратно причесаны и разделены пробором сбоку. Алые губы ярко выделялись на фоне бледного лица, которому большие зрачки серых глаз придавали одновременно испуганное и тоскующее выражение. Девушка казалась Джиму хрупкой, как фарфор. Окинув его быстрым взглядом, она облегченно вздохнула и улыбнулась.
– С этого момента я свалю на вас все мои хлопоты.
– Разумеется. Для этого я и здесь,- ответил он.- Но не считайте меня даром Божьим.
Бетти засмеялась и, держащего за рукав, повела Джима в библиотеку, где представила ему своего собеседника.
– Мосье Эспиноса. Он из Каталонии {Каталония - автономная область на северо-востоке Испании}, но проводит в Дижоне столько времени, что мы относимся к нему как к соотечественнику.
Каталонец поклонился, продемонстрировав ряд крепких зубов.
– Я имею честь представлять знаменитую испанскую винодельческую фирму. Мы покупаем здесь вино и смешиваем его с нашими лучшими сортами, наше вино продаем сюда, чтобы его смешивали с местным, более дешевым сортом.
– Вам незачем раскрывать мне ваши торговые секреты,- кратко ответил Джим.
Эспиноса не понравился ему с первого взгляда, и он не слишком старался скрыть свою неприязнь. Высокий широкоплечий каталонец с лоснящимися черными волосами, сверкающими темными глазами, румяным лицом, лихо закрученными усами и поблескивающими на пальцах кольцами выглядел чересчур броско.