Дом у горизонта
Шрифт:
– Мда, мотивация, – проворчал Эмиль под нос. – И всё же я настаиваю.
– Ну, ладно, чувак, считай, что ты сам нарвался. Так и быть, соберу я тебе стартинг-кит. Только не приходи потом с нытьём, что, дескать, у нас тут удочки бракованные и приманки поддельные. Все только на твой страх и риск. Возврата денег не будет.
– Идёт, – кивнул Эмиль. – Согласен. Давайте.
Продавец отшвырнул книжку на подоконник, выпрямился и подошёл к стенду с удочками. Через несколько минут перед Эмилем выросла целая куча всякой всячины: садок, сачок, блёсны, грузила и крючки. Звездой коллекции была, конечно,
Нонна Михайловна, увидев входящего в калитку Эмиля, вытаращила глаза и охнула.
– Ушел за одеколоном, пришёл с рыбопромысловым комбинатом.
– Да вот, решил попытать счастья. Отчего-то захотелось на берегу посидеть.
– А, только посидеть и получится. Чёрт его знает почему, но в наших местах ловить удаётся только с лодок или вон, со скал в бухте. Да и то это всё бывалые моряки да спортсмены там всякие. А так что-то никак… Хотя, говорят, у нас тут и селёдки есть, и скумбрии, и окуньки морские. Но вот не ловятся, хоть плачь. Но ты попробуй, конечно, всё нервы успокаивает.
В комнате сразу образовался беспорядок, но Эмиль ничуть не смутился. Он бы уже этот вечер провёл на берегу, да вот только обещание, данное Феликсу, не давало этого сделать. Кстати, да.
Эмиль набрал номер. Да, договорённость по-прежнему оставалась в силе. Пять часов вечера приближалтсь, и, чтобы не опоздать, пришлось поторопиться.
Хорошо, что Феликс ждал около чебуречной, а не внутри – встреча со свирепой продавщицей в планы не входила. Эмиль не любил сближаться с людьми, предпочитая тихое одиночество, поэтому шквал новых знакомств и явный интерес к его скромной персоне, смущал и настораживал.
Тропинка шла почти по самому краю берега, и было видно, как резко уходит вглубь каменистое дно. Огромные замшелые скалы кое-где нависали прямо над водой, чудом не падая в нее. Глядя на сверкающие от влаги булыжники, Эмиль решил, что теперь точно знает, где именно он завтра утром будет забрасывать удочку.
Вскоре показалась полянка, над которой пролетел в последний раз несчастный дрон. Сразу за ней дорожка заканчивалась. С одной стороны темнели ряды сосен, а с другой возвышался металлический забор, выкрашенный в ящерично-зеленый цвет.
Калитка открылась почти совсем беззвучно, и через мгновение Эмилю показалось, что он оказался в неведомом волшебном мире. Посреди двора поблескивала голубая гладь небольшого бассейна, к которому спускалась причудливая альпийская горка. Аллеи кустарников и невысоких деревьев обрамляли лабиринт дорожек, вымощенных серыми каменными плитами. Среди зелени чуть вдалеке белели высокие стены. Где-то шумела падающая вода.
Эмиль растерянно остановился посреди дорожки. Он, наверное, так и стоял бы, медленно гуляя взглядом по тенистым тропинкам, но громкий голос Феликса заставил реальность вернуться на место. Эмиль спохватился и быстрым шагом прошёл на полянку, залитую ярким светом.
Там стоял широкий стол с массивными гнутыми
Феликс предложил Эмилю присоединиться к розжигу огня в мангале, который мог бы считаться настоящим произведением кузнечного искусства. Выкованный в виде старинного парусного корабля и украшенный бронзовыми завитушками, он выглядел как музейный экспонат. Страшно было даже представить, что в нем вот так запросто можно готовить.
Огонь задорно, но недолго попрыгал на раскрасневшихся углях, и спрятался внутри, угрожающе потрескивая и щелкая. Феликс поворошил в мангале кочергой, удовлетворенно хмыкнул и сказал:
– Пойду за мясом. Можешь присесть, а если что, то вон там за кустом гамак.
Эмиль вежливо качнул головой и присел на краешек стула. Ни о каких гамаках, разумеется, не могло быть и речи.
Вдруг среди тишины и едва слышного свиста птичек послышался лёгкий треск, и на полянку вышла девушка. Почему-то Эмиль мысленно сравнил ее с лесной феей – то ли из-за длинных светло-каштановых локонов, сбегавших ниже плеч, то ли из-за больших темных глаз, то ли из-за странного платья густого зеленого цвета, доходившего до самой земли.
– Здравствуйте, – глухо сказал Эмиль.
– Добрый день, – остановившись, произнесла девушка.
Несказанные слова, казалось, зависли в воздухе. Эмиль поднялся на ноги и сказал:
– У вас… э… замечательный дедушка. Уж не знаю, чем я заслужил такую честь побывать в этом доме, но, честно сказать, мне здесь очень нравится.
– Да, он хороший, – девушка шагнула ближе. – Но, кажется, причины вашего появления здесь весьма ясны.
– Да? Ладно, это хорошо, что хоть кому-то здесь хоть что-то понятно. Лично я в этом городке чувствую себя Коралиной в стране кошмаров.
– Ну, мой дед – спец по городским легендам и прочей ерунде такого рода. Надеюсь, вы найдёте общий язык и хорошо побеседуете.
– А вы? Как же вы?
Девушка подошла еще ближе и холодно посмотрела в глаза Эмилю.
– А что я? Зачем вам я? Ведь вы даже не спросили, как меня зовут.
Эмиль смутился, но не отвёл взгляда. Невозможно было сопротивляться притяжению девушки. Солнце рассыпалось по её волосам разноцветными искорками. В глазах таилась странная магия, что-то невыразимо загадочное, но вместе с тем грустное. А ещё правый глаз девушки смотрел чуть в сторону, отчего нельзя было понять, куда именно направлен её взгляд. На коже лица, почему-то совсем не загорелой, кое-где виднелись пятнышки-точки – напоминания о недавних сложностях взросления. И всё же была в ней неуловимая красота, что-то вопреки внешности. Эмиль сдержанно вздохнул и сказал:
– Если я правильно понял, то вы – Ульяна, не так ли?
– Что же, вот и познакомились, – сухо ответила девушка. – В любом случае, хорошего вам вечера.
Лёгкие шаги затихли в лабиринте зеленых аллей, и снова наступила тишина.
Глава 9.
Румяные кусочки мяса роняли в обжигающую шипящую пропасть капли сока, мгновенно превращавшегося в ароматный дым. Феликс расставил на столе блюдца с соусами и большие жестяные тарелки, увенчав убранство глубокой миской с овощами и базиликом.