Дом
Шрифт:
Дальше шли нюансы. Место оказалось в нейтральной зоне между американскими и русскими лагерями, в низине и, более того, в неизученной толком местности. Конечно, большинство тварей, что тут водились, уже давно были известны науке и неоднократно встречены командой, однако на Базе постоянно ходили слухи об отклонениях и новых существах, попадавшихся по границе «обитаемых областей». Именно это и заставляло быть постоянно начеку — перспектива столкнуться с чем-то новым и непредсказуемым.
Казалось бы, за те полгода, что они провели на Хэлли, страх должен был полностью испариться из крови, но нет, этот фокус здесь не работал. Каждая вылазка отличалась от предыдущей, непредсказуемая, всегда смертельно
Полгода. Почти рекорд. Сейчас прежняя жизнь на Земле казалась чем-то невообразимо далёким, миражом, сном. Для них, для каждого без исключения, существовала лишь Хэлла, жестокая, беспощадная, но справедливая. Зазевался, отвлёкся, задумался. Вот основные причины смертей. Тут она играла с людьми честно. Соблюдай правила — и ничего с тобой не случится, можешь даже внушить себе ложное чувство безопасности за бетонными стенами. И при всём при том Хэлла никогда не станет домом, сколько времени здесь ни проведи. Стоило забраться в койку, положить голову на подушку, укрыться одеялом и закрыть глаза, как приходили сны. Сны о Земле, о прошлой жизни, семье и друзьях. Что бы ни предлагала щедрая Хэлла, безграничные сокровища и возможности, во снах людям всегда снилась лишь Земля. Дом.
— Влад, — окликнул Сергей товарища. Ответа не последовало, пришлось повернуться и повторить: — Владислав!
— Эт я, — встрепенулся тот, прервав свою созерцательную задумчивость.
— Чего застыл, природой любуешься? Как наши успехи?
— Нормуль, — отозвался Влад, вытянулся, заглядывая в дисплей. — Минут пять, не больше.
— Хорошо, — кивнул Сергей. — Следи за показаниями, а не в облаках летай. Что ты там такого увидел?
— Да в том-то и дело, что ничего, — озадаченно ответил он. — Просто такое ощущение, что на меня кто-то смотрит.
— Может, в кустах притаилась жгучая красотка и пожирает тебя глазами? — расхохотался Корней, а когда успокоился, заговорил уже более серьёзно: — У меня, кстати, тоже такое чувство, глазами вроде ничего найти не могу, но вот на уровне интуиции… Даже жутко как-то.
— Я ничего подобного не испытываю, — признался Сергей, но тем не менее два его товарища высказали обеспокоенность, а это уже стоит внимания. — Эд, пройдись тепловизором по деревьям.
— Угу, — только и сказал тот. Определённо, Эдик ещё злился: да, он послушно исполнял команды, отвечал, когда требовалось, но не более, ни одного лишнего слова, словно все вокруг для него стали чужими людьми. Оно и понятно, накануне Корней испортил, пожалуй, самый важный и волнительный момент за всё то время, что они пребывали на планете. Дело было в столовой, уже под вечер, когда из смены там оставалось едва ли больше десятка человек. Они вчетвером, как обычно, сидели за столом, вели праздную беседу, когда было замечено опасное приближение. К ним направлялась Катерина, владычица всея общепита и просто дама статная и приятная
— Мальчики, мы закрываемся сегодня пораньше, — она остановилась перед пустым стулом, оперлась о спинку руками, обвела жующих мужчин пристальным взглядом, задержавшись на Эдике чуть подольше. Они уже целый месяц играли в гляделки, что не замечал только слепой. Однако дальше вздохов и мимолётных улыбок дело не заходило.
— Доедайте и относите посуду Людмиле.
— Как скажешь, Кать, — кивнул Сергей, сидевший к ней ближе всего и испытывающий некую неловкость не только от снизошедшей к простым трудягам «богини», но и от её нависшего над самой головой бюста.
Она не уходила, продолжала стоять, вызывая нарастающее смущение и потерю аппетита. Заговорить никто не решался, да и о чём? Они птицы разного полёта — наёмники, не вылезающие из джунглей, и персонал Базы, никогда не выходивший за безопасные стены. Кажется, и сама Катерина это понимала, точно так же не знавшая что сказать.
— Вы на сегодня мои последние клиенты, — всё-таки начала она, как полагается, издалека. — Скажите, ребят, вы же сегодня не «вылезали»?
— В смысле были ли мы сегодня на вылазке? — перевёл с женского на человеческий Сергей. — Нет. Ещё только собираемся.
— Ну да, на ней, — отмахнулась она. — Я к тому, что вы тут засиделись, все остальные уже разбежались, а мне на кухне нужна помощь, — её взгляд метался от одного озадаченного лица к другому, упорно избегая встречи с глазами Эдика, тот, впрочем, покраснев, уставился в свою тарелку. — Да так, пустяки, пару коробок перенести, делов-то на пару минут. Вот я и подумала, может, кто из вас мне поможет?
Повисла тишина. Четыре пары глаз уставились на девушку, пытаясь понять, нужна ли ей в самом деле помощь или это такой весьма жирный намёк. И если второе, то кого именно она звала? Всех четырёх? Сергей уже было открыл рот, чтобы задать наводящий вопрос, и, увидев это, Катерина предприняла контрмеры.
— Знаю-знаю, это не ваша обязанность и вообще вы все такие серьёзные и суровые, но может, всё же разочек отойдёте от правил? Может, Эдуард…
Договорить ей не дали. Корней громогласно выплюнул чай, что секунду назад успел набрать в рот, и разразился диким смехом. Никто и никогда не называл Эдика Эдуардом, более того, в представлении команды это были совершенно разные не то что имена, а даже люди. Кроме того, раздолбая Эдика язык просто не поворачивался обозвать столь официально, да ещё и невольно так и напрашивалось прибавить отчество, а то и титул. Вот Корней и заржал, рухнул на стол в истеричном хохоте, едва успев отодвинуть тарелки.
Всего этого Катерина вынести не смогла. Вздёрнув подбородок, она резко развернулась и пошла прочь, излучая гнев, ненависть и молнии. Эдик тут же вскочил, опрокинув стул, и помчался за ней, успев наградить корчившегося Корнея ненавистным взглядом. Что было дальше — никто не знал, но вернулся он через час полностью убитый и ни с кем не разговаривал до самой вылазки.
— Ничего, — сухо сказал Эдик, постучал пальцем по шлему, меняя настройки датчиков, ещё раз осмотрел окрестности. — Никаких сигнатур.
— Сказал бы я, что это хорошо, — Сергей напряжённо вздохнул, его что-то тревожило, возможно, подхватил коллективное помешательство, а может, поблизости действительно находилось нечто невидимое для приборов. — Подкрутили бдительность на максимум и внимательно смотрим по сторонам.
— Да здесь спокойней, чем на пороге Базы, — подметил Корней. — Не дадут соврать, но не припомню, где на Хэлле я видел место спокойнее.
— Согласен, — кивнул Влад. — Подозрительно тихо.
— Лучше б заткнулись, — процедил Эдик, без злобы, но с раздражением человека, неожиданно оказавшегося в толпе беспечных детишек.