Донор
Шрифт:
Люди не станут его слушать, и их нельзя в этом обвинить — просто потому, что со стороны ситуация выглядит замечательно. И все ополчатся против него — больница, отделение трансплантологии, родители Аманды, «Сай-Мед», все до единого! Даже если ему удастся остановить операцию, Аманда все равно умрет, потому что другой подходящий орган вряд ли найдется вовремя, в то время как — и остальные не преминут на это указать — такой орган уже найден. Данбара назовут убийцей девочки, потому что при ее состоянии надеяться на благополучный исход не приходится.
Стивен понимал, что до тех пор, пока он не выяснит точно, чем занимается
Он снова и снова переставлял в уме кусочки информации, пытаясь получить целостную картину, но они по-прежнему не складывались. Может быть, этих кусочков было недостаточно, а может, слишком много, и не все они имели отношение к делу.
От размышлений его отвлек шум мотора автомобиля, остановившегося у главного входа. Стивен выглянул в окно и увидел еще одного человека с медицинским саквояжем в руке. Определенно, сегодня вокруг пациентки «омега» развили бурную деятельность. А скоро такая же суета начнется вокруг Аманды Чепмен. Стивен нахмурился и снова спросил себя: какая между ними связь?
Аманду возили в крыло для пациентов «омега», чтобы провести не нужную ей костномозговую пункцию. Ему не удалось выяснить, зачем, но по крайней мере он знал теперь, что анализ не был продублирован просто по ошибке. Эми подверглась той же процедуре, причем Росс настаивал на ее проведении. Что там сказал Тернер? Возможно, ему нужны были стволовые клетки для научной работы по иммуноподготовке…
Внезапно перед Данбаром забрезжил свет. Эти анализы делались вовсе не в интересах пациентов. Росс не собирался их дублировать. Ему нужно было взять у пациентов стволовые клетки с другой целью, а вовсе не для проверки их иммунологического профиля. Это был вовсе не анализ!
Стивен ощутил дрожь возбуждения — наконец-то он кое-что нащупал. «Иммуноподготовка»… Где-то он уже встречал это слово совсем недавно, до того, как его упомянул Тернер. Если бы только получилось вспомнить… Зазвонивший телефон прервал цепочку размышлений. Крякнув с досады, Стивен ответил на звонок. Кто-то ошибся номером.
Данбар попытался сосредоточиться снова, но ничего не получалось — момент был упущен. Он решил оставить бесплодные попытки, чтобы не терять времени. Через ноутбук Стивен связался с «Сай-Мед», намереваясь узнать, что им удалось выяснить в отношении Росса.
Его любопытство было удовлетворено сразу же: обнаружилось кое-что, связанное с деятельностью Росса в Женеве. Причина отсутствия информации заключалась в том, что поначалу не удавалось установить наличие больницы или филиала «Медик Интернэшнл» в Женеве — просто потому, что таких не существовало, и «Медик Интернэшнл» совершенно не интересовалась Женевой. Росс ездил туда по своим личным делам, кроме того, приобрел там три года назад недвижимость — виллу с видом на озеро, заплатив за нее два миллиона долларов.
— Вот это да! — прошептал Стивен. Значит, здесь действительно замешаны деньги. И большие деньги.
Данбар задумался, каким образом это относится к его расследованию. Может быть, Росс набирал персонал в личных целях? Он вспомнил о врачах-американцах, которые прибыли в крыло для пациентов «омега». Неужели вся эта секретность, охранники с каменными лицами и странные медики, снующие туда-сюда, объяснялись необходимостью соблюдать пресловутую конфиденциальность? Нет, за этим крылось что-то другое.
И целью всей этой чертовой затеи были именно пациенты «омега»! Нет, приносимый ими доход вовсе не использовался для того, чтобы покрывать расходы на пациентов, проходящих по госстраховке. Наоборот, эти «омеги» каким-то образом извлекали пользу из бесплатных пациентов. Должно быть, именно поэтому Ингрид прикинулась, что ничего не знает, когда он предположил финансовую связь между пациентами «омега» и бесплатными пациентами, поступающими в отделение трансплантологии. Она знала, что происходит на самом деле, и то, что Стивен обратил внимание на эту связь — хотя и исходил из неверных предпосылок, — заставило ее занервничать.
Впрочем, это открытие пока никак не помогло Стивену продвинуться дальше. Единственной связью, которую ему удалось установить, была костномозговая пункция, проводимая Аманде Чепмен в крыле для пациентов «омега», и тот факт, что в больнице находились пациенты «омега» одновременно с Эми Тисдэйл и Кеннетом Лайнхэмом.
Кто же, черт возьми, такие эти пациенты «омега», со злостью подумал Стивен. Для чего они на самом деле находятся в больнице? У него возникло четкое ощущение, что времени остается совсем мало. Нужна информация, и как можно скорее. Пришло время сменить тактику. Хватит ходить вокруг да около — он поднимет шум, начав открыто задавать вопросы. И пусть даже он не сможет остановить операцию Аманде, зато наверняка создаст впечатление, что знает гораздо больше, чем на самом деле. Это может испугать тех, кто за всем этим стоит, — испугать достаточно, чтобы привести к такому же результату. Однако игра эта была очень опасной — незнание никогда не бывает позицией силы.
Стивен снял трубку и позвонил в кабинет Ингрид.
— Будьте добры, зайдите ко мне.
Через минуту она появилась в дверях.
— Вы что-то хотели? — спросила Ингрид с улыбкой.
— Я хочу знать, кто такая эта пациентка «омега». Мне нужно ее имя и цель ее пребывания в больнице. Кроме того, я хочу знать, где она находилась до того, как поступила сюда, и кто направил ее в «Медик Экосс».
Ее улыбка померкла.
— Не уверена, что смогу это сделать, — ответила она, запинаясь. — Строгая секретность, окружающая…